Летние ливни в Бриндаване 1974
Шрифт:
приносим богам какую-либо жертву, то к слову, обозначающему вид жертвенной пищи, добавляется окончание сваха, поэтому люди думают, что оно не восходит к Ведам. Другие
считают, что слово “сваха” связано с богами, а “свадха” – с праотцами, так как во время
жертвенных ритуалов, посвященных памяти предков, применяется исключительно возглас свадха.
Значение этих двух слов – сваха и свадха – может быть объяснено только через их связь друг с
другом. Слово сваха является окончанием таких фраз, как “Кешавайа сваха”, “Мадхавайа сваха” (букв. “адресуюсь к Кешаве”, “адресуюсь к Мадхаве”) и так далее. В наших повседневных ритуалах
эти слова встречаются достаточно часто. Совершая жертвоприношение, мы произносим особые
слова и возлагаем на алтарь особые предметы, и смысл слова сваха заключается в том, что все, предназначенное огню, должно быть сожжено и усвоено без следа. Для этой же цели и в таком же
значении применяется слово сухута (“хорошо принесено огню”).
В этой связи должны неминуемо возникнуть сомнения. Независимо от того, произносите ли вы
слово сваха или нет, все, что бросите в огонь, обязательно сгорит. Сущность и свойство огня
заключены в том, что он сжигает и поглощает все, с чем соприкасается. Но в таком случае, почему
мы используем слова сваха и свадха и просим, чтобы все, преданное огню, сгорело без следа? Эти
слова, применяющиеся во время жертвы, восходят к Ведам. Веда раскрывает их внутренний
смысл, а именно: эти два слова предназначены для умилостивления Бога во время хомы ( хутама)
– огненного ритуала, и также для удовлетворения жреца, возглавляющего церемонию. Если мы
внимательно изучим слово сваха, станет ясно, что оно появилось из сочетания сва-вак-аха (“свою
речь сказал”), а это значит, что это слово, реченное Самим Праджапати (Владыкой созданий и
речи).
Исходя из этого слова - сваха, мы воспринимаем Сарасвати (Богиню священной речи и
искусств) как Вакрупини, или олицетворение всей речи ( "Свою речь (т.е. "Сарасвати") сказал" - т.е.
Сарасвати, как порождение Праджапати, воспринимается как Его супруга, или воплощение.). Мы
должны также понимать, что это слово указывает на Сарасвати – воплощение всего содержания
Вед. Существует и другой взгляд на происхождение этого слова, который рассматривает его как
Су-аха (“хорошо сказал”). Это значит, что процветание, сопутствующее голосу Праджапати, распространяется на весь мир ( "Хорошо сказал" - т.е. воплотил слово, "И увидел, что это хорошо", 37
т.е. Словом обеспечил процветание миру.). Есть и еще одна комбинация, включающая в себя слово
сваха, – сва-атманам-аха (“высказал самого себя”; атманам – “себя”). Мы воспринимаем это
сочетание как относящееся к знанию об Атмане, а также раскрывающее полный смысл слова
Шакти (как силу Слова, исходящую из Атмана и воплощающуюся как Его Шакти).
Таким образом, слово сваха может рассматриваться с различных сторон, и ему могут быть даны
различные значения. Мы понимаем, что оно относится к Шакти Праджапати (силе Владыки
существ и речи, отождествляемого с Параматманом)), но ошибочно полагаем, что оно относится
лишь к окончанию жертвоприношения. Для каждого ведического слова существует два аспекта: первый – пратьякша (очевидное) и второй – парокша (скрытое, глубинное), то есть то, что вы
непосредственно видите и воспринимаете, и то, что за этим стоит. Для слова агнихи (истинная
скрытая суть) существует альтернативный аспект – агрихи, соответствующий непосредственному
восприятию. Эти слова, агрихи и агнихи, означают то же самое, что пратьякша и парокша, –
непосредственное проявление и то, что подразумевается. Об этом говорил Калидаса в сочинении
“Кумаре самбхава” (“Рождение бога войны” Кумары): он описывал Праджапати, Отца творений, как несущего два аспекта – прямой, очевидный – пратьякшу и скрытый – парокшу.
Какие у нас основания утверждать, что слово сваха способно умилостивить богов, а тем самым
принести удовлетворение и устроителю церемонии? В наших Ведах говорится о том, что
способностью умилостивить богов обладает жизненная сила, заключенная в слове сваха, и боги, удовлетворенные ходом ритуала, даруют милость жрецу. В мантрах содержатся различные силы.
Иногда кажется, что мантры – это просто сочетание слов, не обладающее особой силой. Энергия, существующая в мантрах, может быть понята только теми, кто хорошо с ними знаком. При
помощи одной лишь пратьякши – непосредственного восприятия – нам трудно уловить связь
между божественным и человеческим, но парокша – глубокий анализ внутреннего смысла – дает
нам возможность понять, что именно мантры помогают нам соединить божественное и
человеческое. Не следует думать, что сила есть только там, где она непосредственно проявляется –
например, в созданных человеком машинах, и нет в мантрах, созданных Богом, – только потому, что мы не видим ее. Обратимся к примеру.