Летняя практика Эоэллы Лаврушиной
Шрифт:
– Вот именно, что трясутся – над нами! До тлоров им, по большому счёту, дела нет! Это для них мелкий, частный случай, а им главное – отношения не испортить. Не веришь? Ладно, сейчас увидишь. Специально для тебя устрою показательную проверку! Сдрисните тут куда-нибудь, чтоб не отсвечивать, но всё слышать!
Эо, Кирей и Генка спрятались за ближайший куст.
– Во, даже долго искать не пришлось, - пробормотал Андрей и окликнул громче:
– Элла Валерьевна, можно вас на минуточку?
Учительница приостановилась, приветливо улыбнулась.
– Что такое, Богатырёв?
– Да вот, посекретничать бы надо – срочно! Посоветоваться!
– Хорошо, отойдём в сторонку.
6.
Преподавательница и практикант присели за стол на кухне. Элла Валерьевна неосознанно поправила пышно взбитую короткую стрижку.
– Я слушаю тебя внимательно!
Андрей огляделся, мазнул взглядом по кусту, кривовато усмехнулся.
– Понимаете, тут такое дело, даже не знаю, как лучше объяснить…
– Говори-говори, не стесняйся!
– Познакомился я с девушкой в Орлиной деревне. Хорошая она очень, и как человек, и как девушка. Ну, вы меня понимаете, да?
Учительница кивнула.
– Опасность ей грозит, а я хочу её спасти! У тлоров, оказывается, не только мальчики суровую инициацию проходят, но и девочки…
– Охренеть! Ты что несёшь, Богатырёв?!
– Вот я тоже охренел, когда узнал! Не только мальчики, но и девочки! Очень точное слово, Элла Валерьевна!
– Да я вовсе не об этом! Ты вмешаться, что ли, вздумал?!
– Конечно! Она слабенькая, она не выдержит испытания, погибнет тут, а я её спасу, увезу на Землю и потом женюсь на ней! Мне скоро восемнадцать стукнет, всего через год, я буду совершеннолетним, я же позже в школу пошёл, вы знаете… - Андрей тараторил, как заведённый, а глаза у преподавательницы всё больше округлялись.
– Да ты с ума спрыгнул!!! Ты всех подставишь! Знаешь, что сделают местные со всеми нами, если мы спрячем её в нашем лагере?!
– Да нет же, Элла Валерьевна! Мы вовсе не будем прятать её в нашем лагере! Я всё понимаю! Я не хочу никого подставить! Она сама где-нибудь спрячется, оставит следы, будто убежала на соседнее плато, в другую деревню! А когда мы будем улетать, возьмём её на борт!
Учительница больше не слушала.
– Нет, нет и ещё раз нет! Тлоры не будут разбирать никакие следы, они сразу решат, что виноваты мы, и тогда на лагерь экспедиции налетит…
Элла Валерьевна замолчала и запустила судорожно скрюченные пальцы в волосы, словно когтями вцепилась, как археоптерикс.
– И тогда на лагерь экспедиции налетит размалёванная, улюлюкающая толпа взбешённых дикарей с копьями и топорами, прямо как в старом фильме-вестерне, - с крайне серьёзным видом продолжил Андрей её фразу.
– Вот именно, ты меня правильно понял! Тут дети, за которых мы отвечаем! Я не буду взваливать на себя груз т а к о й ответственности! И вообще это всё глупости! Забудь, выкинь из головы! У девушки есть родители, родственники, соплеменники, вот они о ней и позаботятся! А ты через год станешь совершеннолетним, прилетишь снова на Тлору, вот тогда и забирай, кого хочешь! Под с в о ю ответственность!
– Но за этот год либо она погибнет на испытании, либо её выдадут замуж! А если она откажется, её выгонят из деревни, и она умрёт в одиночестве! Надо действовать сейчас!
– Значит, судьба у неё такая. Нет, Богатырёв! Мы отвечаем за несколько сот несовершеннолетних. Что я должна, по-твоему, выбирать? Что важнее – жизнь одного или жизни нескольких сотен?
– Но можно же что-нибудь придумать! Чтобы никто не пострадал, и в то же время человека спасти! Хорошего человека, между прочим!.. О! А может, мы официально посватаемся? Глеб Петрович, как мой номбарун, попросит руки этой девушки для меня у её родителей! Тлоры согласятся! Для них это будет престижный союз!
– Нет!!! Глеб на это не пойдёт! Глеб Петрович, то есть! И не вздумай заикнуться ему хоть одним словом! Брякнешь пол-намёка – и всё, пиши пропало, не будет тебе никакой практики! Я-то просто буду молчать обо всём, а он поступит куда жёстче – немедленно запрёт тебя на борту до самого отлёта!
Учительница пристально всматривалась в лицо практиканта расширенными глазами.
– Ты всё понял, Богатырёв? Всё осознал?
Старшеклассник вернул ей такой же пристальный взгляд и кивнул.
– Да, Элла Валерьевна, я всё осознал. Я буду молчать.
– Ну, ладно. Смотри – не натвори глупостей!
Учительница ушла, озираясь по сторонам.
Двое ребят и понурая девушка вышли из-за куста.
– А ты рисковал, Пират! – невесело усмехнулся Кирей. – Вдруг они согласились бы сватать?
– Это было бы лучше всего, - Андрей не улыбнулся. – Потому что означало бы, что они согласны подумать, как спасти. Тогда им можно было бы рассказать правду. Но я хорошо их знаю, так что нисколько не рисковал. К сожалению.
Он повернулся к Эо.
– Вот так, особая эла! Поняла? Они ничего не предпримут, только нам помешают, если всё узнают, и тогда кранты! Самим надо действовать!
– Как? Я не знаю почти ничего! Как я могу предотвратить, если не знаю – что? Мне никто ничего толком не сказал!
– Да ты и сама не слишком много говоришь. Что тебе сообщил шаман?
– Много чего. Наплёл с три короба. У меня создалось впечатление, что…
– Ну?! Рожай уже, не тяни кота кое за что!
– Что он задумал убить! Хвалил, пугал, хвалил, пугал, странные намёки делал…
– Кого хвалил, кого пугал? Яснее говори!
– Ири хвалил, меня пугал. Убеждал, что предсказание изменить нельзя, Ири обязательно умрёт! И между делом такие фразочки ронял, мол, если духам надо, они всё равно заберут того, кого хотят! В нужный момент под руку толкнут! Не понимаю, что он имел в виду! Как я могу предотвратить, если не знаю – что? Ни Ири, ни этот демонов шаман, ни один человек изо всей деревни самого главного мне не сообщили, что в точности предсказали духи и в чём заключается этот обряд!