Чтение онлайн

Кстати, потом я узнала от односельчан, что у Эдуарда даже фургона своего не было, он снимал небольшую каморку в одной из повозок. Волшебник он хороший, но человек так себе. Так что и мне, и особенно Наташке, крупно повезло, что ни одна из нас не стала его женой.

До летнего бала оставалось все меньше времени, неделя пролетела, как один день, а у меня все еще был не у шубы рукав. Теперь даже если бы я смогла достать денег на ткань, сшить все равно не успела бы. Оставалось только купить готовое, Лола говорила, что в столице есть магазины с готовыми платьями. Но я вообще в городе ни разу не была, не знаю, где находятся эти магазины, да и денег у меня нет.

Мои раздумья о том, где взять бальное платье, прервал праздник самого длинного дня и самой короткой ночи, который еще называли Призрачным бегом. Родя уже просветил меня насчет него.

Праздновать Призрачный бег начинали вечером, песнями и танцами на главной площади села. Потом старшие, когда стемнеет, разжигали костер, в котором должно быть ровно двенадцать поленьев, водили хоровод вокруг, прося великих магов послать хорошую погоду на время сенокоса, и хороший урожай. Дров в костер подбрасывать запрещалось. Существовало поверье, если до рассвета он догорит, значит, и сено, и урожай будут плохими, а если пламя костра с зарей встретится, год будет удачный.

Господа Орловские на этот праздник, кстати, никогда не ходили, считая ниже своего достоинства плясать с простым народом, да и не верили они в то, что костер может предсказать будущее. Когда я сказала госпоже Светлине, что пойду на праздник, она заворчала:

— Ну вот еще, никуда ты не пойдешь. Мы не признаем этот праздник.

— А как вы меня остановите? — ответила я.

— Черт с тобой, иди, куда хочешь, — раздраженно сказала госпожа Светлина. — Но если в лесу с тобой что-нибудь случится, не жалуйся потом.

Я поняла, что раньше не ходила на праздник. Не отпускали, наверное, а я и слушалась.

— А что там может случиться? — спросила я.

— Этот праздник — сплошной разврат, — ответила госпожа Светлина. — Вот и думай, что может случиться.

Когда старшие начинали разводить костер, неженатая и незамужняя молодежь уходила в лес. И там, в эту волшебную ночь, все парни и девушки старше четырнадцати снимали всю одежду, и обнаженными бежали в темноте по лесу в противоположные стороны, девушки на восток, парни на запад. Если каким-то парню и девушке удавалось встретиться, это означало, что они — идеальная пара, осенью они могут сыграть свадьбу, и будут счастливы в браке. И в эту ночь девушке показаться парню обнаженной не было позором.

Правда, Родя добавил, что на его памяти еще ни разу никто из парней и девушек села в эту ночь не встретился в лесу, хотя старые люди рассказывали, что раньше такое бывало. А свадьбы осенью все равно играли.

— Я уже три раза по лесу бегал, — признался Родя. — Ни разу никого не встретил, но это так… чудесно. Бежишь, бежишь в темноте вместе со всеми, и вдруг в какой-то момент оказываешься совершенно один. Ветки деревьев хлещут по телу, но никаких следов на коже не оставляют. И легкость такая, словно вот-вот полетишь. Бежишь все время вперед, и вдруг оказываешься в том месте, где оставил одежду. Друзья рассказывали, что чувствуют то же самое.

— Да, интересно, — сказала я. Ну, предположим, человеку свойственно по лесу ходить кругами. Но вот почему он оказывается один, если бежит в толпе? И я спросила: — А если бежать в одежде?

— Не знаю, никто не пробовал. Самая короткая ночь только раз в году бывает. Кому охота опыты проводить? Я точно не буду.

И я решила, что не буду.

Я с нетерпением ждала начала праздника, надеясь, что он отвлечет меня хотя бы на время от мысли, что я не попаду на летний бал.

— А вдруг я встречусь в лесу с кем-нибудь из сельских парней? — спросила я Родю. — Я что, должна буду выйти за него замуж?

— Ну, нет, не должна, конечно, если не хочешь, — ответил он. — Вообще, в эту ночь в лесу можно встретить совершенно незнакомого парня или девушку. Может оказаться, что он или она живет в соседнем селе, а, может, за тысячу дней пути отсюда, и вы больше вообще никогда не встретитесь.

— Тогда в чем смысл бегать по лесу ночью, да еще голыми? — усмехнулась я.

— Когда пробежишь, поймешь, — ответил Родя.

— А почему госпожа Светлина говорит, что этот праздник — сплошной разврат? — спросила я.

— Да никакого разврата, парни в эту ночь обнаженных девушек даже пальцем не трогают, — возразил Родя. — Но я догадываюсь, почему она так говорит.

— И почему же? — полюбопытствовала я.

— Госпожа строго запретила всем, кто знал, рассказывать эту историю. Пригрозила, что если хоть слово услышит, или ей донесут, что кто-то ее кому-то рассказывает, она наймет волшебника, чтобы тот у всего села память отшиб. Но ты-то не донесешь?

— Конечно, нет. Я же, наверное, знала ее, пока все не забыла, так что запрета ты не нарушишь, — сказала я.

— Историю эту каждый в селе знает, и рассказывать ее уже некому, так что запрет все соблюдают, — усмехнулся Родя. — В общем, было это четыре года назад. Лола, ей тогда четырнадцать исполнилось, во чтобы то ни стало, захотела в Призрачном беге поучаствовать. Мать не отпускала ее, но если Лоле в голову что пришло, ничем не вышибешь, пока своего не добьется. В общем, госпожа отпустила, и Анюту с ней послала, чтобы за ее дочкой присматривала. На площади Лола не танцевала, все за старух пряталась, а когда мы в лес пошли, за нами увязалась. Ну, как она по лесу бежала, я не знаю, не видел. Но утром, когда все девчонки вернулись, Лолы среди них не оказалось. Девушки подумали, отстала, стали звать ее, но она не откликнулась. Госпожа, конечно, сразу на Аньку бочку покатила, почему, мол, не уследила за ее доченькой. Ну, а как там уследишь-то? В эту ночь каждый сам по себе бегает… Так ты первая в лес бросилась искать Лолу. Ты это совсем не помнишь?

— Не-а. Ну и как, нашла?

— Нашла. Лола на дереве сидела, плакала и тряслась от страха. Эта дурочка умудрилась в лесу заблудиться, в такую-то ночь. Ее занесло на болото, довольно далеко от нашего села. Хорошо, что оно высохло, так как в тот год лето жаркое стояло. Она об острые ветки вся исцарапалась. И кровь между ног была. Лола была так напугана, что говорить не могла несколько дней. А госпожа Светлина сразу кричать начала, что ее дочь изнасиловали. Волшебника из города вызвала, чтобы тот нашел, кто это сделал. А он никого не нашел. Но хоть испуг у Лолы снял. И она тогда рассказала, что никто ее не насиловал, она просто там тоже об острый сучок поцарапала, когда через кусты пробиралась. С тех пор Лола больше на праздник не ходит, и тебя госпожа Светлина не отпускает.

— В этот раз отпустила. А даже если бы не отпустила, я все равно пойду, — сказала я. — Родь, а что я должна делать, если вдруг кого-то встречу?

— Ну, я не знаю, я же никого еще не встречал. Старые люди говорят, нужно делать то, что подскажет сердце.

Ну совершенно никакой ясности. Наверное, оттого я и волновалась все больше, по мере приближения темноты.

Танцевали мы под мелодии свирелей и пение. Чем дальше, тем танцы становились быстрее и раскованнее.

Анюта, девушка на три года старше меня, работавшая у госпожи Светлины горничной, по секрету посоветовала мне в этот день не надевать под платье ничего, чтобы потом поскорее раздеться и бежать одной из первых. Сказала, что она всегда так делает. Ну, а почему бы нет? Пока расшнуруешь корсет, развяжешь все тесемки на панталонах, все уже убегут.