Чтение онлайн

— Ну, родные, ура! — поднял бокал Михаил Иванович, и тут же раздался звон хрусталя. — Слава Роду, мы все рядом!

— И точно, как хорошо! — подхватила бабушка, делая маленький глоток из бокала.

— С новым годом, любимые мои! — сказала Ольга Кузьминична и чмокнула в щеку Мирославу, которой было безумно неловко отпить шампанское. В итоге она отставила бокал, к которому потом не раз за ночь приложился Персей. Дальше они все вместе вышли на балкон, выходящий на проездную улицу, и смотрели на салюты и фейерверки, продолжающиеся несколько часов, громко кричали поздравления прохожим и соседям, которые так же выглядывали из окон и балконов.

Наступил очередной новый год, и что он привнесет в их жизни — было покрыто тонкой шалью тайны, такой заманчивой и дарящей надежду на лучшее.

??

Поздним утром Мирослава проснулась от заманчивого запаха блинчиков и сладко потянулась, глубоко вдыхая запах любимого угощения. Видимо, бабушка не собиралась валяться в постели до самого вечера и решила побудить все семейство, заставив их желудки разбудить хозяев, неистово требуя завтрак.

Девочка поправила кофту от пижамного клетчатого комплекта и всунула босые ноги в тапки. Зевая, прошла в гостиную к новогодней ели. Несмотря на то, что она считала себя уже взрослой, все же ожидание подарков, а также знание о существовании настоящего Деда Мороза в лице Бога Чернобога делало праздник еще более волшебным.

Под украшенным гирляндами, шарами и лентами деревом стояли запакованные в подарочную бумагу коробки. Она и сама приобрела небольшие подарки на Малахитном проспекте Ведограда. А, если быть точнее, заказы принимал староста Илья, поскольку своих первогодок Рогнеда Юлиевна решила наказать запретом на спуск к Малахитнице за бесконечные драки и непристойное, как она выражалась, поведение. Маме Мирослава купила оберег-шарм «Макошь» на ее браслет; папе новенькую зачарованную лупу для осмотра археологических артефактов, так как на его старой пошла трещина; бабушке новый пуховый платок известных мастеров. Даже Персею Мирослава купила синий с ажурной вышивкой гамак, который сама повесит на свою кровать в школе, чтобы ворон не валялся у нее в ногах, а спал на своем персональном спальном месте. К тому же, ей казалось, что вальяжно качаться и брать от жизни все — это было как раз в его стиле! Подайте только стакан со свежевыжатым березовым соком и киньте туда трубочку, а еще отойдите подальше, ироды, не загораживайте солнце! Ну или лампу! Ну или свечку! Да отойди ж ты прочь, окаянный!

Но, прежде чем дойти до заветных подарков, предназначенных ей, девочка, улыбаясь от своих мыслей, кинула взгляд на стол. Там лежал свежий выпуск газеты «Славянский вестник», свернутый в трубочку и перевязанный тонкой веревкой. Персей подлетел ближе, садясь на плечо.

— Год новый, а я все еще старый, — прокаркал ворон, противно похихикивая. Но говорил он тихо. Может, просто голос сорвал от ночного пения?

— Твой подарок под елкой, — Мирослава почесала ворона по холке и схватила газету.

Что ж, на первой полосе была фотография того самого политика, вещавшего от имени славянского магического правительства. Черноволосый, с недлинной аккуратной бородой, взгляд строгий, будто прожигающий. Она уже хотела перелистнуть, но глаза наткнулись на имя… Борислав Мстиславович Полоцкий, император Магической народной империи.

— Борислав Полоцкий?! — ошарашено прошептала девочка, и ее осенило. Ну конечно! Мало того, что Яромир, впрочем, как и Владимир, его средний брат, были сильно друг на друга похожи: такие же черные курчавые волосы, острые черты лица и черные, как смоль, глаза. Даже имя совпадает с его отчеством! Так и сам Яромир когда-то ей рассказывал, что его отец в ведьмаговском обществе «какая-то большая шишка». Но Мирослава и подумать не могла, что он император. Это же приравнено к президенту, да?

— Император Полоцкий, папаша твоего дружка-волколака, — каркнул Персей, тоже заглядывая в газету.

Пол у девочки под ногами перестал казаться твердым, и она села на стул. Теперь ей стало понятно, почему все очень странно лебезили перед Яромиром, почему София так жаждала его внимания, и почему все разом вдруг решили склонять голову и перед ней, Мирославой, как только поняли, что ее связывают какие-то отношения с Полоцким-младшим. Но почему никто ей не сказал, из какой он семьи?! Его называли молодым князем, но могла ли она догадаться, почему именно?!

А еще, возможно, Мирослава поняла, что причиной их недодружбы было не только проклятье друга. Яромир не просто боялся, что сможет причинить ей вред, но и скорее всего, понимал, что Мирослава ему не ровня. Когда мысли чуть осели в голове, переставая гудеть, словно рой диких пчел, девочка ради интереса пролистнула следующую страницу, и ее челюсть отвисла уже в который раз. «Очередное нападение в школе ведовства Ведоград» гласил заголовок. «Елена Олеговна Даль, ученица общины купалы была найдена почти полностью обескровленной вблизи зачарованного леса в ночь проведения новогодней елки. Состояние ведьмы средней тяжести, однако медзнахари пока не дают никаких гарантий…».

Мирослава зажала рот рукой, дабы ни единого звука не вышло из него без ее воли. Она вспомнила темноволосую девушку в длинном, молочного цвета платье, которая сама подошла к ней познакомиться. Ее же упоминала Астра в день, когда сама нарвалась на ссору с Вершининым. Кузнецова говорила, что Ваня гуляет каждую неделю с новой девушкой, а сейчас происходит нападение на одну из них…

Свернув газету, Мирослава засунула ее под пижаму, когда услышала шаги в коридоре. Не надо, чтобы родители и бабушка знали об очередном нападении, иначе не видать ей больше Ведограда.

— С новым годом, душенька моя! — ворвался в гостиную Михаил Иванович, чья рубашка была застегнута через одну пуговицу. Он обнял дочку и чмокнул ее в светлую макушку. — Хорошо погуляли, да? — улыбнулся мужчина, почесывая отросшую бороду. Тут в помещение зашла и бабушка, неся на тарелке высокую стопку пышущих жаром блинчиков. Посередине верхнего блина лежал кусочек маслица, растекаясь ароматной жирной лужицей.

— Уже проснулись? — лукаво спросила Серафима Николаевна, будто совсем не ожидала, что ароматы ее стряпни и звонкое громыхание кастрюльками на кухне кого-то разбудят. — Где Ольга, Миша?

— Прихорашивается, — как котяра улыбнулся папа и потянулся включить электрический самовар.

Тут же вихрем в гостиную ворвалась мама в шелковой бордовой майке и широких пижамных штанах, поверх был накинут халат до щиколоток, чьи полы взмывали вверх от каждого ее резкого шага.

Откуда у нее было столько энергии? — читалось в глазах каждого находившегося в зале.

— Какие вы ранние пташки, Морозовы! А-а-а, вот в чем дело! — кинула она взгляд на стол. — Волшебные блинчики Серафимы Николаевны.

Женщина приобняла свекровь, а затем ринулась к дочери, захватывая ту в поистине «медвежьи» объятия, несмотря на свою миниатюрность. Схватив верхний блинчик, она свернула его, чуть подула и целым засунула в рот, застонав от удовольствия. Обычно мама постоянно сидела на диетах, но в приезды Серафимы Николаевны ела все ее угощения, за что потом очень себя корила, вставая на весы и видя несколько лишних килограмм.

— Непонятушки, а что, подарки еще никто не открывал?