Летопись первая: Велесовы святки
Шрифт:
— Ты тоже варяг? Воу, ну что, игра все покажет. Хотя я, по правде говоря, играю неважно, — призналась девочка, все же улыбнувшись, не размыкая губ.
— Я тоже, поэтому первогодки и не играют со старшими курсами, будут отдельные соревнования. У нас мало опыта, как ни крути, — вздохнул Третьяков и задумался. Его темные брови слегка сдвинулись к переносице. — Если честно, я думал, что в команде окажется Полоцкий. Не знаешь, почему он не участвовал в отборе?
Мирослава покачала головой. Ей не хватало общения с Яромиром, но она никогда не выпытывала истинные причины его нежелания играть. По жизни не имела такой привычки — лезть в душу тогда, когда ее об этом не просили. Так и друг никогда ничего не рассказывал.
— Странно, он отлично летает.
— Вы знакомы с ним?
Ваня неуверенно пожал плечами, посмотрев на высокий книжный стеллаж, стоявший перед ними словно стена.
— Наши семьи имеют некоторое влияние на ведьмаговское сообщество за счет своей истории, поэтому мы часто пересекались у кого-нибудь дома в общих компаниях, будучи еще детьми…
Мирослава нахмурилась и рефлекторно прижала несчастную книгу в тканевой обложке ближе к себе.
— А из каких вы семей? Имею ввиду... я просто... мало знаю обо всем этом, — она покрутила пальцем в воздухе, имея ввиду всю Магическую народную империю.
— Ничего страшного, еще все узнаешь, — Иван задумался на мгновение, а потом показал пальцем себе в грудь. Отчего-то Мирославе показалось, что он пытается перед ней «красоваться». Иван и правда был очень симпатичным, хотя, как и все подростки, долговяз, двигался дергано, будто не успевал за своим быстро растущим телом. — Например, моя семья является выходцами из купеческой династии. Бывала в Третьяковской галерее?
Мирослава кивнула, вспоминая экскурсию, на которую ездил ее класс из гимназии.
— Вот это дело рук моих однофамильцев, а не моей родни, — весело улыбнулся Ваня, прямо глядя на открывшую в удивлении рот девочку. Мирослава заморгала, тоже улыбнувшись и поняв, что он шутит. — Но, надо отметить, что те самые Третьяковы рисовали так, что от оригинала было не отличить, а еще они умели оживлять картины. Простаки этого не замечают, но когда на картину смотрит ведьмаг — он видит целый мини-сюжет, — рассказал Ваня и почесал острый подбородок, при этом открыто глядя на свою собеседницу.
Мирослава вдруг осознала, что когда была в «Третьяковке» вместе с классом на экскурсии, то не придала большого значения тому, что картины двигались. Словно, так и было надо, а говорить об этом кому-то ей и в голову не пришло. Может, это защитные от разглашения тайны чары?
— А мои предки издавна торговали какими-то медзнахарскими зельями да умеют добывать мертвую и живую воду, на этом и сколотили состояние.
— Живую и мертвую воду? Вот это да…
— Мой отец большой в этом специалист.
— А что же Полоцкие? — задала она не менее интересующий ее вопрос, а Иван пару раз стукнул пальцами по столешнице стола.
— Не уверен, что это я должен рассказывать, если он сам тебе не рассказал. Мне казалось, что вы, вроде как, дружите. Или нет?
Девочка задумалась.
— Ну да... Но я ему тоже про семью не рассказывала. Не думала, что это важно знать.
Третьяков коротко и, казалось, даже понимающе кивнул.
— А что же с твоей семьей, если не секрет?
— Мои родители археологи, сейчас в Африке участвуют в какой-то экспедиции еще с лета. А бабушка давно на пенсии, работала она врачом. Собственно, ничего интересного, — пожала девочка плечами.
— А дед? — спросил Ваня, а Мирослава в который раз не знала, что сказать.
— Он умер задолго до моего рождения, мы о нем мало говорим, даже бабушка. Я, если честно, и на кладбище у него никогда не была. Хотя я там вообще никогда не была... только случайно с друзьями... В общем, неважно.
Третьяков что-то обдумывал, на его лбу между бровей пролегла тонкая морщинка, а потом он взглянул на наручные часы с широким кожаным ремешком.
— Час до отбоя, пойдем в хребты?
Мирослава рассеянно кивнула и стала собирать книги. Парень помог вернуть их на места и проводил однокурсницу до развилки, коридоры которой расходились по разные стороны.
— Спокойной ночи, — попрощался с ней Ваня и напоследок сказал: — И прости, что помешал читать. Обещаю, в следующий раз могу ответить на все вопросы, которые у тебя накопились за время учебы!
— Пока, — бросила ему вслед яриловка. Да уж, вопросов у нее хоть лопатой разгребай.
Рукопись восьмая
??
В пятницу двадцать третьего сентября занятия проходили сокращенно и закончились уже до обеда.
Неслыханная щедрость , — думала раздраженная суетой и бесконечной подготовкой к празднику Мирослава. Без аппетита пообедав, она ушла в свою комнату, где и просидела за учебниками до самого вечера. В небольшой библиотеке, что располагалась в их хребте под милым прозвищем «курятник», можно было найти уйму книг, которые в последние недели стали для девочки верными спутниками и советниками.
Понимая, насколько сильно она отстает от остальных одногруппников даже в простых и самых банальных вещах, Мирослава изучила вдоль и поперек все волнующие ее вопросы про Ведоград, «шабаш», магические перстни: металлы и камни, а также «Велесов Зарок».
Из него она узнала:
Во-первых, что все юные колдуны и ведьмы, родившиеся, живущие или имеющие отсюда корни, получают приглашения из школ, находящихся на этих территориях, и имеют право выбора, куда пойти учиться, какую магию изучать. И называются они — ведьмагами, вне зависимости от национальности.