Чтение онлайн

Но что происходит здесь? За нее два парня устроили сначала танцевальный поединок, потом драку, а сейчас гонки на конях? Ей это доставляло дискомфорт. Ей это было не нужно! Она провела вспотевшими ладонями по лицу.

Замечательно, Морозова, вот теперь и разгребай эту кашу. Джульетта недоделанная, — думала Мирослава и с кислой миной смотрела, как ее товарищи, именно ими она их и считала раньше, скачут рысью обратно.

К всеобщему удивлению, Яромир, с ровной спиной сидя на коне, протянул Ване руку, а тот, недолго подумав, все же крепко ее пожал, как всегда широко улыбаясь. Они перебросились парой слов и спешились с коней, выглядя так, будто не дрались еще пять минут назад.

Толпа ревела, кто-то громко свистел, девчонки пищали, тут и там Мирослава слышала громкие обсуждения по вопросу хозяйки платка, а когда показывали на нее, ощущала, будто кипит изнутри. Она стояла, сложив руки на груди, когда оба конника подошли к ней.

— Дружба? — хором спросили Мирославу улыбающиеся парни, и она закатила глаза, а затем показательно сделала жест «рука-лицо». Девочка обняла их обоих одновременно, выдыхая с облегчением, но тут Астра, резко выбежавшая из толпы, схватила Третьякова за руку.

— Мне нужен напарник для ручейка, отказы не принимаются! — и Ваня, улыбнувшись, махнул им на прощание, убегая с не в меру активной Кузнецовой.

Толпа зевак постепенно рассосалась, и Мирослава повернулась к Яромиру. Он протянул ей честно добытый платок.

— Он твой. Считай это трофеем и белым флагом нашей размолвки, — улыбнулась девочка, и внутри потеплело, когда улыбнулся и одногруппник. Но все же небольшая недосказанность ее гложила.

— Я не лучший ведьмаг, с которым можно дружить, Мира, — качнул он головой. — Я обязательно все тебе расскажу, но... Я не готов пока... Ты не готова. И вот это... — он обвел рукой пространство. — Все, что ты здесь видела, ни к чему тебя не обязывает. Третьяков мой старый знакомый... Наше общество старомодно, я это ненавижу всем сердцем… В общем, просто выяснили для себя кое-что, не подумай чего лишнего...

— Да и слава Яриле, — у Мирославы вырвался нервный смешок. — Не готова я на шестнадцатом году жизни мужа себе присматривать. Хотя я читала, что заключение ранних брачных договоров между некоторыми семьями вообще в норме и не порицается ведьмаговскими властями.

— Совершеннолетие в нашем мире наступает так же в восемнадцать. Хочешь — заканчивай три курса по магическому образованию и иди занимайся делом семьи или иди в отшельники, путешествуй, познавай магию в диких условиях. Хочешь — продолжай учиться, получай высшее, совершенствуйся. Но вот заключение брачных договоров происходит годам к семнадцати. Поэтому к совершеннолетию некоторые уже помолвлены, — пожал он плечами. Для него, как для ведьмага, что родился и вырос в Магической народной империи, это не вызывало удивления. Но это не означало, что ему хотелось стать частью подобной традиции.

— Это дикость. У простых людей в таком возрасте задумываются о женитьбе, только если девушка заберем... — Мирослава осеклась и тут же ярко покраснела. Тема их разговора зашла слишком далеко.

Яромир не обратил внимания на неловкость девочки, ибо опять же понятие девственности в империи воспринималось по большей части как магический атрибут и помощник во многих обрядах, а не как нечто постыдное и тайное.

Парень обхватил Мирославу за плечи и чуть потряс, привлекая к себе внимание.

— Давай с тобой договоримся вот о чем, — он смотрел прямо в ее яркие глаза, к которым до сих пор не мог привыкнуть. Ее радужка вызывала у него… восторг, смешанный со страхом. — С этого дня никаких обид и недомолвок. Кроме тех, которые касаются моего здоровья. Я болен, хоть и не смертельно, но ничего с этим не поделаешь. Я тебе чуть позже все расскажу, хорошо?

Мирослава ошарашено кивнула, а Яромир продолжил:

— Я всегда буду рядом, а когда ты встретишь кого-то, и вы начнете встречаться, то я буду как старший брат тебя оберегать. Либо же исчезну, если ты того пожелаешь, согласна?

Мирослава кивнула во второй раз, хотя все сказанное Яромиром ее удивляло. Зачем вообще это сейчас обсуждать? И какие еще парни, господи, о чем он вообще говорит...

— Поэтому предлагаю быть открытыми друг с другом. Все, что бы ни случилось, мы можем спокойно обсудить и придумать решение проблемы. Я младший сын в моей семье, у меня два старших брата. Они уже давно закончили Ведоград, а я всегда хотел сестру. Ты хоть и не пай-девочка...

Она легонько и как-то игриво пихнула его в плечо.

— Эй, — улыбнулся Яромир. — Вот, я об этом и говорю! Ты мне как сестра, которая и мне еще может щей прописать, но все-таки девочка.

— Могу. Я в семье вообще одна у родителей, поэтому против брата ничего не имею, — с облегчением сказала Мирослава и обняла Яромира, но тут же расцепила руки, ощутив его мокрую спину. — Даже такого нечистоплотного, — она посмотрела на рукава своей некогда белой рубахи, которые стали грязно-зелеными из-за рубахи парня, ранее валявшегося на земле.

— Так значит, да?!

Парень схватил девчушку и обтер руки об ее предплечья.

— Дурак! — вырываясь, взвизгнула Мирослава, не представляя, как это отстирывать.

— Друзья?

— Друзья!

Отсмеявшись и выплеснув все скопившиеся за эту неделю отрицательные эмоции, они пошли в сторону ярмарки. Набрав себе разных кушаний на поднос, сели за деревянный стол, с удовольствием уплетая горячую солянку с сосисками, гречку со шкварками и запивая все это имбирным чаем вприкуску с вишневым пирогом.

На душе стало легче, когда решился этот висевший в воздухе и накалившийся до предела вопрос. Дружить она умела, и так ей было легче, чем заводить ненужные романтические отношения. Нет, Полоцкий был хорош собой, разумеется. Но… все ведь в жизни успеется, а сейчас необходимо сосредоточиться на том, чтобы не вылететь из Ведограда за неуспеваемость.

Жуя сладкий пирог и разглядывая толпу, Мирослава увидела Ягу. Она стояла в сторонке и нервно, как показалось яриловке, оглядывалась. Выглядела она при этом, как молодая девушка. Яромир, поймав направление взгляда и найдя объект внимания подруги, напрягся.