Чтение онлайн

— Кто следующий, или боитесь меня?! — закричал парень в лохмотьях, голос которого Мирославе показался смутно знакомым. Но тут же из толпы вышел Иван Третьяков, который козырнул в сторону стоявших яриловцев, давая понять, что заметил их. Третьяков, который в прошлом году стал воскрешенным упырем, сейчас выглядел более, чем хорошо. Розовощекий, даже слегка загорелый, совсем не похожий на вампира. Наверное, перед отправкой в школу, отец обеспечил его организм запасом донорской крови.

Девчонки помахали ему в ответ, а он уже рванул в перепляс, отточенными движениями обходя Кривду, который не собирался сдаваться. В конечном итоге, применив не очень красивый, но хитрый прием, парень в лохмотьях все же сбил Третьякова с ног. Тот, сидя перед Кривдой на пятой точке, только покачал головой, улыбнувшись. Наверное, и сам не понял, как умудрился оступиться.

— Следующий!!! Эй, Перун! Дай же мне достойного бойца!

К одногруппникам подбежали Влас и Елисей.

— Княже, иди, покажи им, что яриловцев так просто не сломишь!

Полоцкий, равнодушно наблюдавший за поединком, сложа руки на груди, неохотно повернулся к парням.

— А сами?

— Ты же императорский наследник! А мы пойдем за тобой, куда б ты нас не повел! — произнес хитро прищуренный Влас. Елисей закивал, широко улыбаясь.

— Не пойду.

— Ну что же, хлопцы, кто смелый? — спросил у толпы Кривда. После того, как он уже уложил пятерых, желающих поубавилось.

— Парни, отстаньте, ладно? — шикнул на них Вершинин, отодвинув Власа в сторону.

— А чего?! Должен же кто-то выйти! — непонимающе уставился на Никиту Елисей.

— Вот сам и выйди! — огрызнулась Астра, цокнув языком. — Ну чего пристали, как репейник к штанине?!

— Да я нас только опозорю! — фыркнул Елисей, поджав губы и втянув голову в плечи.

— То-то же!

— Все в порядке? — тем временем Мирослава повернулась к другу, у которого даже ввалились щеки, будто он уже несколько месяцев перебивался одними хлебными корочками и водой.

Он кивнул. Слушая перешептывания о том, что кто-то все же должен выйти, все же сделал шаг в круг, подумав, что у него начинается раздвоение личности. Волк рвался в бой. Кривда продолжал зазывать к себе добровольцев, кого-то даже пытался вытащить силой, но похоже не сильно старался. Мирослава сделала шаг за другом.

— Яромир!

— Все нормально, — Полоцкий подмигнул подруге и постарался сильно не кривиться, расправляя затекшие плечи. В голове по вискам стучали барабаны, попадая в такт играющему для праздника ансамблю.

— Неужели! Появился очередной богатырь! Ну, парень, пойдешь в бой за правдой? — крикнул ему Кривда, прыгая на месте и раззадоривая толпу.

Яромира знали все. Если и не все, то многие, поэтому в его поддержку разразился такой шквал аплодисментов, что ему едва не стало плохо. Он, показательно расслабленно засунув руки в карманы брюк, шел по краю образованного школьниками круга, опустив голову и смотря на соперника исподлобья. Музыка усилилась, набирая ритм, и ноги сами пустились в пляс, будто в оркестре притаились гусли-самогуды, заставляющие всех танцевать. Кто-то свистел, девчонки из ансамбля визжали, заводя толпу и участников обряда.

Мирослава посмотрела на Никиту, и тот попытался улыбнуться ей, чтобы успокоить, но лишь неловко потрепал ее за плечо.

— Пусть отвлечется. Мы же рядом, ничего не случится.

— Ну ладно…

Тем временем Яромир, набирая разгон, заставлял людей отходить назад, делая круг намного шире. Ему нужно было место. Все сделали почти с десяток шагов назад, наблюдая, как он, набирая скорость, делал в воздухе перевороты туловища, выбрасывая вверх ногу, что взлетала выше голов тех, кто стоял в первом ряду. Кривде пришлось уйти в центр круга, пока молча наблюдая. Полоцкий, у которого сводило мышцы, начавшие гореть от предстоящего обращения, перенес вес на руки, перевернувшись через голову и встав ровно на ноги.

— Что, Кривда, хочешь правду знать? — пытаясь отдышаться, крикнул он, мотнув головой, чтобы волосы не лезли в глаза. Толпа взревела, довольная его вопросом.

— Не люблю правду, — лениво отозвался парень в лохмотьях и резко присел, когда в его голову полетела нога противника, который ловко перевернулся в воздухе. Кривда не менее ловко оперся на руки, вытягивая ногу вперед, чтобы сделать подсечку Яромиру. Тот еле успел увернуться.

Они, желая отдышаться, стали ходить по кругу, глядя друг на друга и пытаясь предугадать дальнейшие шаги соперника.

— А я не люблю обман. Поэтому играй по правилам!

В следующее мгновение, совмещая танцы и рукопашный бой, два парня уже махали руками и ногами, подбадриваемые толпой. Тело Яромира не чувствовало боли от наносимых ударов, хотя те и не были показательными, а имели ощутимую силу. Ему и так было плохо, и хуже станет точно не от боя.

Внутренний волк рьяно рвался наружу, прося самому поиграться с противником, что казался игрушкой в лапах огромного оборотня. Но он только просыпался, пока человек еще был сам себе хозяином. Однако силы ему теперь было не занимать. Игнорируя боль, пропустив несколько ударов в живот, очередным ударом ноги снес Кривду на траву. Тот ошарашено смотрел на него снизу. Сняв маску, принял протянутую ладонь.

— Тихомиров, я так и думал, — отозвался Яромир, снова становясь мрачным. Краска и румянец быстро уходили с его лица, что было неестественно. Будто развивалась сердечная недостаточность. Человек собирался умереть на всю следующую ночь.

— Правда, так и быть, сегодня победила! — Женька протянул ладонь. Полоцкий ответил. Взревели аплодисменты, многие одногруппники поздравляли хлопками по плечу Яромира.

Заиграла танцевальная музыка, и школьники рассредоточились по танцполу.

— Что-то ты хреново выглядишь, — заметил Женька, стягивая с себя обрядовые лохмотья, в которых было жарко.

— Правда дорогого стоит!

— Яромир! — к нему выскочила Мирослава, сразу поняв, что стало хуже. — Женя! Это ты был Кривдой?

— Я! — улыбнулся ей друг детства, кивнувший в приветствии Никите. Подошли и Астра с Иванной. — Потанцуем, а, ребят?

— Обязательно! — кивнула ему Мирослава, утягивая Полоцкого за собой. — Мы сейчас.

— Я с вами! — вслед им кинулся Никита, подхватывая друга под плечо. — Совсем плохо?

Полоцкий не ответил, зато, как только они покинули поляну, его вывернуло в ближайшие кусты.

— Надо спешить, — поторопила его Мирослава, все же дожидаясь, пока друг освободит желудок. Как только он выпрямился, то позволил утащить себя в школу. Они добежали до коридора, ведущего в Ведоград и его школьный корпус. Пробежав самым коротким путем, остановились около белых дверей медзнахарских палат. После короткого стука в них, им открыла Валентина Петровна Пирогова, полная женщина, работающая в школе медзнахаркой.

— Давно пора! Почему всегда приходите в самый последний момент!