Чтение онлайн

— С Избушкой?

— На курьих, Навь ее побери, ножках. Знаем мы вашегось княжича. Он как толькось в лес вбежал, мы его тогось, поймали и в избе закрыли. Вое-еть! Но ничегось, до утра потерпит.

— Удивил. Мне к нему можно?

— Не, пущай один побудеть. Еще даже я к нему не заходил. Ходил по лесочку, нужные травы собирал. У него там лопатка кровить удумала…

— Его мавка укусила… — предположила Рогнеда, переступая с ноги на ногу и наблюдая за лешим.

— Вот ентось гадость!

— И не говори… Но вот… — она похлопала себя по карманам ферязя, что-то ища. — Мне дать тебе за помощь нечего. Не рассчитывала, что придется.

— Брось! Я по утряне княжичу скажу, чтобы подругу свою ко мне отправил. Она все и сделаеть.

— Подругу? Это Мирославу что ли?

— О, ее, родимую. Пора с ней поговорить по душам.

— Отправь тогда мне ветровиком послание, если вдруг состояние Яромира ухудшится. Я его классрук, ответственность несу.

— Отправлю. И не переживай, никого он не тронеть.

— Да я о…

— И с ним ничегось не случится. Чем смогу, тем подмогу. Пойду я.

— Спасибо, Онисим!

Леший почти мгновенно затерялся в лесной чаще, и Рогнеда еще некоторое время смотрела туда, где он стоял. Но все же развернулась и бесшумно двинулась по тропинке к сеновалам.

??

телеграм-канал автора: Колдовство в Избушке

Жду вашей обратной связи?

??

Пробуждение в первый день вересеня было болезненным. Тело ломило, однако, уже не так в сравнении со вчерашним днем. Яромир непроизвольно застонал, хмурясь в томной полудреме. Открыв воспаленные глаза, с удивлением уставился на стену с небольшим оконцем, завешанную пучками с травами. Пахло хвоей, базиликом и чем-то приторно сладким.

Спина затекла и, казалось, стала деревянной. Попытался перевернуться на нее с живота и чуть не упал, когда наконец понял, что лежит на дубовом столе, накрытый тем же лоскутным одеялом, под которым однажды уже лежал. Узнал его, скорее, по немного затхлому травяному запаху, нежели по внешнему виду.

— Ежели и встаешь, то давайка-сь аккуратно. Не хватало тебе еще больше покалечиться туть, — проскрипел знакомый голос, и Яромир оттолкнулся ладонями от столешницы, оборачиваясь. Неподалеку у пылающей жаром печки стоял Онисим. В избе, надо было признать, на самом деле было очень тепло.

Парень стер со лба капли пота и очень осторожно на дрожащих ногах опустился на деревянный чистый пол босыми ступнями. Придерживая одеяло, покачнулся, глядя на лешего замутненными и очень сухими глазами, в которые хотелось что-нибудь закапать для увлажнения.

— А чего я здесь?

Онисим вздохнул, оглядывая своего нежданного заложника. Рассвет наступил пару часов назад, тогда-то ему и удалось перенести юного оборотня на стол, потому что до этого волк метался по Избушке, не останавливаясь ни на мгновение, чтобы передохнуть. Лешего он не различал, поэтому Онисим только сидел на печке, свесив ноги-копыта, и периодически вздыхал да пытался не дать волку разгромить избу изнутри. Надо было признать, что даже его эта ночь изрядно вымотала.

— Ты чегось обратился раньше времени, а, княже?

Яромир пожал плечами и вдруг ощутил боль в районе правой лопатки. Замер, чтобы унять ее, но заметил, как скривился леший.

— Случился форс-мажор. Я и сам не ожидал… А что там у меня? — парень закрутился на месте и заметил небольшое зеркало, висевшее на стене. Подойдя ближе, заглянул себе за плечо и с удивлением уставился на почерневший укус на своей лопатке. Человеческий укус с глубокими следами от клыков. В отражении встретился со взглядом Онисима. Леший увидел в глазах парня ужас и немой вопрос.

— Если бы яд этих хвостатых дев подействовал, ты бы уже помер, так чтось не боись.

— Это укус мавки?! — у него на спине выступил липкий мерзкий пот.

— Ее, гадины.

Онисим вернулся к печке, снял с крючка закипевший чайник и налил чаю в чистую эмалированную кружку.

— Поймали мы тебя вчерась около девяти часов вечера, когда ты в лес вбежал. Мне птички донесли, что в Пуще еще один волк появился. Я тебя сразу и не признал, княжич. Не время ведь былось… Избушку попросил, побежали мы с ней тудась, откудась птицы кричали. Там она тебя и поймала. Закрыли внутряне, дабы изолировать… Время раннее, мог вреду натворить… Ты уж не обижайся сильно. На-ка.

Он протянул замершему Яромиру кружку. Тот взял ее окаменевшими пальцами, даже не чувствуя того, какой горячей была вода.

— Это заговоренный хвойный чай с морошкой. Хорошо тонизируеть, пей.

Парень кивнул и сделал несколько глотков, обжигая язык и небо, но обессиленному организму сейчас было все равно на еще одни повреждения. От кружки целебного чая, который, надо было признать, оказался очень вкусным, легче не стало. После обращения не помогали даже серьезные медзнахарские зелья, что уж говорить об отварах лешего. Но все же он отставил кружку и попытался улыбнуться, чтобы выразить благодарность.

— Да ладно тебе, не вракай! Думаешь, я и сам не вижу, как тебя ломаеть? Во что бы тебя приодеть, а…

Онисим почесал мохнатый подбородок и пошел к сундуку, начав рыться в его закромах. Яромир стоял на месте, кутаясь в одеяло. Неловкости за то, что он стоял под ним голый, не было. Мучали и другие более важные переживания.

— Что я успел натворить?

— Да чегось… Ничегось такого. Успели мы тебя сразу перехватить, — леший повертел в руках длинную ночную сорочку. Яромир округлил глаза.

— В этом я точно не пойду!

— Точнось? По-моему, как раз пошите по тебе! — он поднял ее повыше, примеряясь. Яромир побледнел еще сильнее, на секунду представив, как он, разодетый в одну ночнушку с кружевными оборками, пойдет до сеновала. Что ж, репутация вряд ли испортится еще сильнее, а вот разговоров будет…

— Штаны есть какие, может? Любые…

Выбросив ночнушку в сундук, леший хмыкнул и почесал затылок. Он будто сдерживал улыбку, а как посмотрел на своего подопечного, так и вовсе хрипло и как-то по-дедовски рассмеялся, покачав головой. Яромир молчал. Было не до смеха как минимум из-за собственных физических ощущений. Однако ему еще не настолько поплохело, чтобы он согласился идти в неглиже мимо однокурсников.