Чтение онлайн

— Рад вас видеть, братцы! — сказал Женька, улыбаясь. — Вы прям друзья не разлей вода!

— Не думали, не гадали, а вот так раз — и решили вас навестить тут! — Никита одним движением снял свою кепку с Мирославы и надел ее на свою голову.

— Да уж, — буркнул Яромир, думая о том, что если бы не Мирослава — он бы даже и из дома не вышел.

— К тому же! Самая неразрывная дружба есть та, которая начинается в юности — неразрывнейшая и приятнейшая. (Карамзин) Надо же ее поддерживать!

— Ого! Тогда наша с тобой — вообще на века? — улыбнулся Женька, подмигнув подруге. Та в ответ тепло ему улыбнулась.

— Вот веду экскурсантов посмотреть поселок! Присоединишься?

— Можно, только что тут смотреть?

— Вы покажите, а мы уж решим, стоила ли игра свеч, — на выдохе произнес Полоцкий, засунув руки в карманы летних льняных брюк.

— Княже, как ваши высокородные дела?

— О, прекрасно!

— Ну я рад!

— А где Катька, никуда не уехала? — спросила Мирослава, заметив повисшее в компании напряжение. Да, что-то тут было не так.

— Не, тут тухнет, предлагаешь с собой взять?

— Если только в ее голову не придет очередная идея по вызову Пиковой дамы, допустим!

— Кстати, дом Агафьи снесли, ты знала? — спросил у нее Женька, доставая простенький мобильник из кармана синих джинс и набирая номер их общей давней подруги.

— Ну и слава Богу, меньше соблазнов туда залезть.

— Это вы о чем? — спросил Никита, встав по правой стороне от Тихомирова.

— Катя — настоящий магнит для неприятностей! Надеюсь, сегодня обойдемся без этого…

Женька заговорил в динамик телефона:

— Привет, Меркулова, спишь?

— Если такой же, как и ты, то вы — та еще парочка, — тихо хмыкнул Яромир, встав рядом с Мирославой.

— Если бы не она, кстати, то вообще не факт, что мои способности бы проснулись!

— Это с ней ты в бане гадала?

— Какой еще томатный сок ты варишь на ночь глядя?! Выходи, тут Морозова приехала! — Женька почти орал в трубку — на фоне у Катьки работал кухонный комбайн.

— С ней. А еще зимой она нас всех на Рождество затащила в дом старой ведьмы и заставила гадать!

— Выходи, говорю! Всмысле не отпустит? Так, я сейчас сам тебя отпрошу!

Тихомиров отключился и в миг довел всю компанию до дома Меркуловых: стройного, кирпичного и одноэтажного строения с железным коричневым забором.

— Ждите, сейчас выведу Катьку Монте-Кристо!

— И что нагадали? — спросил Яромир у подруги. Он незаметно выдохнул, когда они остались втроем. Друзья встали под забором у высокой дикой яблони, днем создающей спасительную тень под своей кроной. Фонари на улице работали через одного, поэтому лица друг друга разглядеть было непросто.

— Знаешь, несмотря на то, что были нарушены все правила — каждый увидел что-то о себе, правда!

— И что же нагадали тебе?

— Мирка!!! — калитка с грохотом открылась, ударившись о забор, и показалась Катя, загорелая и повзрослевшая. Ей семнадцать исполнилось в мае, а Тихомирову в июне.

— Привет!

— Как там Хеопс? Все еще лежит? — повиснув на подруге, защебетала Меркулова.

— С твоей поездки туда, там ничего не изменилось!

— Ох, жаль не получилось и мне с вами еще разок туда поехать, родители купили новую машину, лишних денег нет!

— Успеешь еще! О, познакомься!

Но представлять ей лично никого не пришлось. Никита тут же протянул руку.

— Никита Вершинин, родом с севера страны, приехал в гости к друзьям!

— Очень приятно, Катя, родом отсюда! — засмеялась девушка, левой рукой смахнув лезущую на глаза челку, а правую протянула парню. Она повернулась ко второму незнакомцу, стоявшему поодаль, но снова заговорил Никита:

— Это Яромир, родом из Злат...

— Я из Питера, мы с Мирой одноклассники, — быстро перебил Вершинина сообразительный парень.

— О! Это твои друзья? Вау, что-то новенькое!

— И что тебя удивило? — спросил Яромир, прямо смотря на вполне симпатичную темноволосую девушку с правильными чертами лица. Он мог поклясться, что в другой ситуации принял бы ее за ведьму, такой сильный у нее был энергофон, который чувствовал его волк. Но скорее всего, это ее природная интуиция, граничащая на грани миров и не переросшая во что-то большее.

— Мирочка у нас очень закрытая, всегда какие-то тайны, чем живет, что любит — ничего о себе не выдает! — загадочным тоном сказала Катя, поймав недоумевающий взгляд Мирославы.

— Это что еще за новости? Что я от вас скрывала?!

— О, да почти ничего! — Женька, который только что-то вышел из Катькиного двора и закрыл калитку, притянул к себе подругу, закинув руку ей на плечо. А потом, нагнувшись к ее уху, прошептал: — Кроме того, что ты ведьма!

— А сам-то!

— Куда идем? — Катька взяла под руку Женьку, позволяя Мирославе вырваться из его медвежьего захвата. Она хихикнула:

— Что?! Неужели у тебя нет идей, Катюш?!

— Морозова, это что? Стеб?

— Он, родимый.

— Тогда ты в очередной раз права, сегодня ролевики устраивают какое-то шоу у реки. Ну помните, где стоит одинокая сосна?

— Та, с которой ты упал спиной вниз, и мы думали, что ты сломал позвоночник? — уточнила у Женьки Мирослава. Они уже шли в том направлении, к удивлению замечая, что вечернюю тишину стали разбавлять звуки этнической музыки и неразборчивый хор голосов.

— А тебе вот надо было вспомнить мой провал, да? — закатил глаза Тихомиров, выглянув из-за Катьки на подругу.

— Я так смотрю — детство у вас было травмоопасное? — спросил Яромир, наблюдая, как Мирослава отбежала слегка вперед. Там, на небольшом участке асфальта краской были нарисованы квадраты «классиков». Прыгая на одной ноге, девочка с легкостью пришла к финишу, а потом развернулась лицом к друзьям.

— Зато веселое, завидую белой завистью! — раздосадовано отозвался Никита, у которого на душе разлилось легкое чувство разочарования в собственном детстве. То же самое происходило и с Полоцким, только вот он давно смирился со своей участью и зря потраченными годами. Если раньше ему запрещали убегать с ровесниками Златогорска, чтобы не дай бог юный волколак не сболтнул новому другу о своей сущности, то сейчас это привело к одному — он не умел дружить. Не умел веселиться. Совершенно не знал, как расслабиться. Парень стал одиночкой. Поэтому его так тянуло в школу: к открытой всему миру Мирославе, вездесущему Никите, даже к горделивой Астре и доброй Иванне. Они, сами того не зная, уже многому его научили, но все же вылезать из своей «скорлупы» было до сих пор очень сложно.