Чтение онлайн

Его двойная память уловила уже и открытую ложь и противоречия. Абендабот отказался мысленно говорить с Ромарреном, заявив, что Синги избегают телепатического общения. Фальк же знал, что это ложь. Почему же тогда Абендабот сделал это? Очевидно, потому что он лгал, излагая версию Сингов о том, что случилось с «Альтеррой» и ее экипажем, и не хотел или не осмеливался сделать это телепатически.

Но Фальку он рассказал точно такую же историю посредством мысленной речи. Если это была ложь, если эта версия была фальшивой, значит, Синги в состоянии лгать в мысленной речи и пользуются этим. Но была ли она фальшивой?

Ромаррен обратился к памяти Фалька. Сначала попытка подобного общения не удавалась, но когда он приложил все свое умение, то связи начали налаживаться и постепенно возникла ясность. Он мог воспринимать звенящую тишину, сопровождающую слова Абендабота: «Мы, кого вы называете Сингами, являемся людьми». Слыша их даже в памяти, Ромаррен понял, что это была ложь.

Это было невероятно, и тем не менее это не вызывало сомнения. Синги умели лгать телепатически. Предположения и страх униженного человечества были обоснованными. Синги были истинным Врагом.

Они не были людьми. Они были пришельцами, наделенными чужим даром, и, без сомнения, это они раскололи Лигу и добились господства над Землей, пользуясь этой способностью. Именно они напали на «Альтерру», когда она вошла в околоземное пространство. Все разговоры о бунтовщиках были вымыслом. Они убили всех членов экипажа или подвергли их разум обработке, пощадив при этом только ребенка Орри. Ромаррен был в состоянии догадаться, почему: потому что они обнаружили, испытывая его или другого, хорошо натренированного, телепата из состава команды, что верелиане могут распознать ложь в мысленной речи, это устрашило Сингов, и они разделались со взрослыми, оставив в живых только безвредного ребенка в качестве источника информации.

Для Ромаррена его спутники по полету погибли только вчера, и, перенеся этот удар, он пытался представить себе, что, может быть, где-нибудь на Земле спасся еще кто-нибудь так же, как и он.

Но если такие существуют, — а ведь ему очевидно везло все это время — то где же они сейчас? Сингам оказалось очень трудно отыскать даже одного, когда они поняли, что нуждаются в нем.

Но для чего он был им нужен? Почему они приложили столько усилий, чтобы разыскать его и вернуть ему память, которую прежде так непредусмотрительно уничтожили?

Факты, имевшиеся в его распоряжении, не давали этому объяснения, за исключением, правда, одного — того, что он пришел сюда, как Фальк. Сингам он был нужен для того, чтобы сказать им, откуда появилась «Альтерра».

Это дало Фальку-Ромаррену первую порцию развлечения. Если это на самом деле так просто, то это просто смешно. Они оставили Орри в живых, потому что он был юным, нетренированным, уязвимым, послушным, отличным орудием и источником информации. Он отвечал всем требованиям, кроме одного — он не знал, откуда он прибыл на Землю. К тому времени, когда они осознали это, информация уже начисто была стерта из сознания тех, кто располагал ею. Поэтому Синги вероятнее всего рассеяли свои жертвы по дикой, лежавшей в руинах Земле, обрекая их на смерть от несчастного случая или голода, отдавая во власть диких животных либо дикарей.

Он мог предположить, что Кен Кениек, манипулируя его мозгом с помощью компьютера, пытался заставить его выдать галактическое название солнца планеты Верель. Он мог предположить, что если бы он сообщил эти сведения, то был бы сейчас уже мертвым или лишенным разума. Он, Ромаррен, им не был нужен. Им нужны были только его знания. Но похоже, что они так и не получили их.

Это само по себе должно было изрядно их обеспокоить. Выработанные народом Келшак способы сохранения тайн, касавшихся содержания Книг Заброшенной Колонии, развивались нога в ногу с техникой охраны мозга от телепатического вторжения.

Эта мистическая секретность, или, вернее, замкнутость выросла за долгие годы из ревностного контроля за развитием научно-технических знаний, практиковавшегося первыми колонистами и имевшего в основе своей Закон Лиги о Культурном Эмбарго, который запрещал импорт достижений культуры и техники на колонизируемые планеты. К нынешнему времени цельная концепция сдержанности и замкнутости стала краеугольным камнем верелианской культуры, и стратификация общества на Вереле обусловливалась убеждением, что знания и техника должны оставаться под разумным контролем. Такие детали, как Истинное Имя Солнца, были формальными символами, но формализм этот воспринимался серьезно, с беспредельной серьезностью, ибо у келшак знание было сродни религии. Для охраны таких нематериальных святынь были разработаны неуловимые и неуязвимые средства защиты человеческого разума. Если только он не находился в одном из Мест Тишины и к нему не обращался при этом один из его сотоварищей, достигших такой же Ступени. Ромаррен был абсолютно неспособен на то, чтобы предать — будь то устный разговор, письмо или телепатический обмен — истинное имя Солнца своей родной планеты.

Он располагал, разумеется, эквивалентным знанием — комплексом астрономических знаний, которые давали ему возможность проложить курс между Верелем и Землей, знанием точного расстояния между солнцами этих двух планет, точной астрономической картой звездного неба, каким оно видится с Вереля.

Очевидно, Синги пока что не получили от него этих знаний, скорее всего, вследствие того, что мозг его был в слишком хаотичном состоянии, когда был восстановлен посредством манипуляций Кен Кениека, или, может быть, потому, что продолжал функционировать его парагипнотический усиленный защитный блок и специфические барьеры. Зная, что на Земле до сих пор еще может быть Враг, экипаж «Альтерры» не позволил себе быть неподготовленным к этому. Если только научные достижения Сингов в области изучения мозга не превосходят уровень, достигнутый верелианами, то они так и не сумеют вынудить его что-либо рассказать им.

Они еще надеялись внушить ему, убедить его рассказать все. И потому он сейчас в безопасности, по крайней мере до тех пор, пока они не узнают, что он помнит о том, что раньше был Фальком.

Пока… По его коже прошел мороз. Раньше это не приходило ему в голову. Как Фальк, он был для Сингов бесполезен, но и безвреден. Как Ромаррен он был им полезен и тоже безвреден. Но как Фапьк-Ромаррен он представлял из себя угрозу, и они не потерпят этого.

Они не могут допустить существования такой угрозы!

Кроме того, необходимо было ответить еще на один вопрос — зачем им так нужно было узнать, где находится Верель? Какое им дело до Вереля?

И снова память Фалька начала рассказывать разуму Ромаррена на этот раз о спокойном, жизнерадостном, ироничном голосе. Старый Слухач в дремучем лесу, человек еще более одинокий на Земле, чем даже Фальк, когда-то сказал: «Сингов совсем не так уж много».

В памяти Фалька было много информации и мудрых советов. Многие из них были истинны в самом буквальном смысле. Согласно старинным преданиям, с которыми Фальк познакомился в Доме Зоува, Синги были пришельцами из очень отдаленного района Вселенной, расположенного за скоплением Риалы, на расстоянии в несколько тысяч световых лет. Если это было так, то вероятно не очень большое их число пересекло эту невообразимую бездну пространства и времени. Но их оказалось все же достаточно, чтобы внедриться в Лигу и уничтожить ее то ли посредством телепатической лжи и других неизвестных способов, то ли с помощью какого-то секретного оружия, которым они располагали.

Но было ли их достаточно много, чтобы править всеми теми планетами, которые они разъединили и завоевали? Планеты были обширны по любой мерке, исключая только протяженность космического пространства между ними. Сингам, должно быть, пришлось рассеяться и сосредоточить внимание на том, чтобы покоренные ими планеты не воссоединились. Орри сказал как-то Фальку, что Синги, похоже, много путешествуют или торгуют, используя для этого корабли с околосветовой скоростью.

Еще он сказал Фальку, что за все время его пребывания на Земле он ни разу не видел такого корабля. Может, Синги боялись своих соплеменников на других планетах, которые могли во многом превзойти их за прошедшие столетия.