Чтение онлайн

Пока мы говорили визор доспеха ожил, вышел из спящего режима. Перед глазами у меня проносилась информация о состоянии системы, а в нижнем левом углу моргало сообщение, что в двадцати метрах, находится истребитель. Так что я повернул голову и вгляделся в ещё более темное пятно на фоне чёрного космоса.

— Вижу, — сообщил я, — ты висишь слева от меня.

— Прикольно, да? — неожиданно весело сказала Мариса, — мы двигаемся со скоростью двести метров в секунду, но кажется, будто стоим на месте.

От её слов у меня ёкнуло в груди, а во рту пересохло.

— Как двести в секунду? — просипел я, а в голове уже пошёл подсчёт. Спал я чуть больше часа, значит, от базы отлетел больше чем на… почти миллион километров….

Семьсот тысяч с лишним, если быть точнее…

Зарядить меня в торпеду и выстрелить! Это ж я спал на такой скорости! А если бы врезался во что-нибудь! Да меня б размазало по этому что-нибудь, как муху по стеклу автомобиля.

— А я откуда знаю, как ты ускорялся? Ладно, пора валить отсюда, пока ты в астероид за спиной не врезался.

— Что? — я аж руками и ногами взмахнул, как пловец в бассейне.

Развернуться в космосе без точки опоры сложно, но не невозможно, нас учили как. Так что я сместил центр тяжести, взмахнул ещё раз и перевернулся. За спиной всё также простирался безграничный космос. Никакого астероида не было.

Да и не могло быть, мелькнуло у меня в голове. Тут же не кино, где астероидов, как гальки на черноморском пляже. В космосе расстояние между ними в миллионы, а то и сотни миллионов километров.

— Купился, — воскликнула Мариса и залилась весёлым смехом, — надо же, поверил, а многие ребята ставили, что ты не поверишь и сразу догадаешься.

— Всегда приятно, когда о тебе хорошо думают, — буркнул я, пытаясь избавиться от нервозности, — полетели уже на базу.

— Да, сейчас, — всё ещё сквозь смех произнесла Мариса, — я сейчас медленно подлечу к тебе, а ты цепляйся за фюзеляж.

— Только аккуратней. Смотри, сама не размаж меня по корпусу, как масло по бутерброду.

— Брр, — смех Марисы оборвался, — ну у тебя и аналогии.

— А ты не представляй.

Чёрное пятно истребителя сместилось ко мне ближе. Системы доспеха наконец настроились, сфокусировались, и я смог различить треугольный корпус со множеством выступов и углублений.

Мариса филигранно выполнила манёвр. Затормозила в полуметре. Мне осталось только протянуть руку и, схватившись за неровности, полезть по фюзеляжу в более удобное место.

В космосе нет ни низа, ни верха. Всё относительно. Потому я искал такое место, где смогу упереться ногами и схватиться руками, и где было бы хоть какое-то крепление для страховочного тросика.

Нужного крепления я не нашёл. Зато увидел ствол пушки и, сделав петлю, обмотал тросик вокруг него.

— Готов, — сообщил я, надёжно закрепившись, — у меня кислорода чуть меньше, чем на час, так что поторопимся.

— Тогда держись, прокачу с ветерком. Уху! — закричала по связи Мариса, от чего я снова дёрнулся. Шальная девчонка, с каким ветерком? В открытом космосе нет атмосферы.

— Поехалииииииии! — выпалила девушка. По корпусу пробежала вибрация. Сзади истребителя сверкнула вспышка плазмы, и…. ничего не изменилось.

Казалось, что мы стоим на месте. Столь не значительной была наша скорость на фоне гигантских расстояний — далёкие астероиды и звёзды совсем не двигались.

Глаза говорили одно, но я знал, что мы несёмся очень быстро. Мне не было видно базу пиратов, мешал выступ от какого-то локатора, но я представлял, как она приближается. От этого чувство облегчения смешивалось с ужасом, порождая странное, доселе неведомое мне ощущение.

Даже не знаю, как его описать. Просто представьте себе, что вы осознали себя мелкой песчинкой в пространстве, где всё страдает гигантоманией. Причём это пространство не агрессивное, нет, оно просто безжизненное, равнодушное. Ему плевать на вас. Вы для него, что микропылинка, которая живёт всего миллисекунду по его меркам.

И вот вы мчитесь в этом пространстве, да ещё и спите. Скорость огромная. Ничто вас не тормозит, пространству плевать. А, если, вы столкнётесь с чем-то, то всё, нет пылинки.

Но, скажете вы, так бывает и на земле. Да, пусть там есть ветер, сопротивление воздуха, сила трения и прочие законы физики. Но и там мы можем мчаться, как микрочастица на встречу чему-то огромному. Например, лыжник со склона горы летит в сторону ущелья или отвесной скалы. Или водитель на авто несётся в стену на огромной скорости, или… да много можно придумать примеров, и все они будут справедливы. Скале и стене на нас также плевать, но! Есть одно но.

Там мы всё это понимаем, ощущаем, чувствуем и осознаём. Мы понимаем опасность, можем искать пути решения. Отвернуть, затормозить, пойти юзом и перевернуться, не садиться за руль в конце-концов. Но тут, в космосе, даже, когда проснулся, я совсем не ощущал скорости. Не осознавал, что нависла опасность разбиться о любой встречный объект. Да я, даже перегрузки не чувствовал. Триста метров в секунду — это не шутки!

Вот это меня и ужасало. Равнодушие космоса и подстерегающая опасность, которую ты не ощущаешь. В бою с невидимкой, что на Тау Метам, что здесь, я знал, на что иду. Понимал последствия и принимал возможную гибель в бою на Гусь-Налимске и на Святогоре, когда уходил через подземку от гвардии Раксы. Во всех случаях я знал, чувствовал, ощущал, мог повлиять. А здесь, будто каменщик на стройке, привыкший ходить под стрелой подъёмного крана.

А что такого? Ну, поднимает груз, что теперь, всё время мониторить небо? Да у меня работы полно. Вот и сидит такой человек на стене, вяжет арматуру и кладёт кирпич. Он прицепил себя страховкой, чтобы не упасть с верхотуры. Думает, что в безопасности, и совсем не видит, как над головой ежеминутно проплывает бесшумная смерть.

Вот и я также расслабился. Увлёкся работой, очаровался космосом, и совсем забыл, что он безмолвный, равнодушный, и опасный. Что погибнуть здесь можно не только от рук человека или потому, что кислород закончился.

Вот от чего внутри меня поселился страх, на фоне которого любая схватка кажется лёгкой прогулкой. Я расслабился, забыл, и оказался в ситуации, где ни на что не могу повлиять. Что может быть ужасней этого? что может быть ужасней беспомощности? Как по мне, так ничего.

— Мариса, а кто на меня ставил? — спросил я по связи, чтобы отвлечься, и поёжился. Блин, как же жаль, что у неё в рубке места хватает только на одного человека. С радостью бы сменил дислокацию. Пусть и вместо какой-нибудь тумбочки, скрючившись в уголке — везде лучше, чем на обшивке истребителя.