Чтение онлайн

Наконец достопочтенный Корома обратился к Шимону:

— Друг мой! Если ты сам толкаешь себя в руки мошенников, то я ничем не могу тебе помочь!

И обиженно повернулся спиной к Шимону, будто бы собираясь уходить — но почему-то остался стоять у двери.

— Достопочтенный Корома, послушай меня, — сказал Шимон. — Ты — неотъемлемая часть нашей компании. Если компания выиграет, то выиграешь и ты. Тебе это прекрасно известно. Эта сегодняшняя встреча — на благо компании! Когда ты узнаешь все детали, то сразу поймешь, что я все сделал правильно. И расцелуешь меня так же, как я тебя сейчас расцелую!

Растопырив руки, Шимон шагнул к достопочтенному Короме и заключил его в объятия. Тот пытался высвободиться, кряхтя и чертыхаясь. Корома-младший и Омар наблюдали за этой сценой с неуверенными улыбками.

Наконец достопочтенный Корома со смехом оттолкнул от себя Шимона и сказал, пытаясь отдышаться:

— Что это на тебя нашло?

— Это чтобы ты понял, как я к тебе отношусь, — сказал Шимон, — и больше не подозревал, что я могу оставить тебя в стороне.

— Но почему нас не пригласили на эту встречу? — нахмурился Корома-старший. — Я уже подумал, что ты хочешь остановить проект в Бонге и перебраться в Харпер...

— Ни в коем случае! — воскликнул Шимон. — Я не пригласил вас по той причине, что не хотел спугнуть наших гостей из Мэриленда. Ближайшее время мы будем продолжать действовать таким образом — пока не заключим контракт с ними. Вы, друзья мои, должны пока что оставаться за кадром. Хорошо?

— Ладно, Шимон, — неохотно сказал Корома-старший, — я соглашаюсь. Но только по одной единственной причине: я знаю, что если ты принял решение, то бесполезно пытаться тебя переубедить!

— Ты прав, достопочтенный! — кивнул Шимон. — Упрямство — моя отличительная черта. Но я буду держать тебя в курсе и советоваться с тобой по всем вопросам. Договорились?

— Мой совет тебе такой. Не ограничивайся только договоренностью с суперинтендантом — он глава исполнительной власти округа, и его в любой момент могут снять по приказу из центра. Важно договориться с представителями законодательной власти, сенаторами округа; эти будут занимать свои должности до следующих выборов, а рычагов влияния у них не меньше. Я знаком с ними и могу организовать встречу.

— Спасибо за совет! — кивнул Шимон. — Я сегодня же с ними переговорю, еще до отъезда в Мэриленд наших разведчиков.

— А когда они едут? — спросил Корома-старший.

— Завтра утром, — ответил Шимон.

Достопочтенный Корома посерьезнел, подошел к Шимону вплотную и заговорил тревожным шепотом:

— Шимон! В этой стране только что закончилась гражданская война. У нынешних либерийцев психология военного времени. Здесь каждый сам за себя, и никому нельзя доверять. Моя задача, как твоего старшего брата, уберечь тебя от бесчестных людей, которые хотят взять твои деньги и скрыться с ними, а тебе предоставить расхлебывать последствия.

— Спасибо за заботу, достопочтенный, — сказал Шимон. — Я очень рад приобрести в твоем лице старшего брата, которого у меня никогда не было.

— Мое требование к тебе, Шимон, да и вообще условие моей поддержки, — продолжил Корома-старший, кашлянув в кулак, — это чтобы проектом в Мэриленде также занимались мои сыновья, Мохаммед Корома и Мохаммед Омар.

— А разве они ваши сыновья? — спросил я.

Мохаммеды, Шимон и Гена повернулись ко мне и некоторое время недоуменно на меня смотрели, как будто пытаясь вспомнить, кто я такой и что здесь делаю. Затем Корома-старший сказал с добродушной усмешкой:

— В Африке, мой юный друг, мы все друг другу — отцы, сыновья и братья.

— Только если ты не тупой "грэбо", — добавил Омар.

— Или деревенщина "кру", — сказал Корома-младший, и оба рассмеялись.

Достопочтенный Корома грозно сдвинул брови и цыкнул на них; те притихли.

— Не обращай внимания на их глупые шутки, Шимон, — сказал Корома-старший. — Они думают, что, обрюхатив своих подруг и отрастив усы, они уже стали взрослыми мужчинами. Но мы-то с тобой знаем, что в свои тридцать пять они всего лишь шаловливые мальчишки. Так что ты скажешь насчет моего предложения?

Шимон похлопал достопочтенного Корому по плечу:

— Раз я доверяю тебе, значит, доверяю и твоим людям. Твое предложение принимается.

— Тебе обязательно нужно познакомиться с двумя сенаторами округа Мэриленд и заручиться их поддержкой, — сказал Корома-старший после краткого раздумья. — Я договорюсь с ними о встрече.

— Спасибо, достопочтенный! — ответил Шимон. — Но, как уже было сказано, я хотел бы, чтобы на данной стадии вы оставались за кадром. Так что вам не стоит беспокоиться — я сам свяжусь с ними и обо всем договорюсь. Апрель Стронгман поможет мне в этом. А вечером я приглашаю вас всех на ужин — там я и расскажу, о чем мы с ними договорились. Окей?

— У нас говорят: "Когда идешь по джунглям, не пытайся обогнать самого себя", — сказал Корома-старший, поджав губы. — Подумай об этом, Шимон.

Попрощавшись с нами, Мохаммеды ушли.

*******

Когда охранник закрыл за ними ворота, Шимон дал волю чувствам.

— Пятнадцать долларов! Ты только подумай! — взволнованно говорил он, меряя гостиную широкими шагами. — В четыре раза дешевле, чем в Бонге! Это же золотая жила! Конечно, Бонг Майнс на этой стадии бросать тоже нельзя, но мы вполне можем потянуть оба проекта одновременно. Конечно, нам понадобятся еще деньги...

И Шимон многозначительно покосился на Гену.

Тот достал из пачки сигарету, закурил и сказал с глубокомысленным видом:

— Хорошо, я позвоню папе. После завтрака. Кстати, сколько ты дал этому суперу-пуперу... Как там его?

— Четыреста долларов, — сказал Шимон. — Двести — суперинтенданту, и по сто — двум другим. Ты видел, как эта тетка обнимала бутылку пива? Она так растрогалась, что готова была меня усыновить. А получив от меня четыреста долларов, мой дорогой друг, они готовы будут по моему приказу спрыгнуть в пропасть. Поверь, Гена, не зря я говорил тебе, что Африка — это место, где малыми средствами можно достигать больших целей...

— А где он, этот Мэриленд? — перебил я его, разглядывая карту Либерии на стене.

— Женя! Ну какая тебе разница, где Мэриленд? — протянул Гена с недовольным видом. — Почему ты все время задаешь глупые вопросы?

— Как ты сказал? Женья? — воскликнул Шимон. — У нас во дворе жила семья русских евреев, и эта женщина все время высовывалась в окно и кричала: "Женья, иди домой!" До сих пор она у меня перед глазами стоит... Они долго жили в Израиле, но так и не научились толком говорить на иврите. По вечерам к ним приходили соотечественники, и они пили водку и пели унылые песни. М-м-м, м-м...