Чтение онлайн

– Здесь такое дело, дед, - заговорил с запинкой Серегин.
– Из штаба сообщили, что японцы предлагают помощь. Они берутся в считанные часы доставить водолазов, понтоны, гарантируют спасение человека и парохода.

– Ну так надо же соглашаться!
– воскликнул стармех.

– Я тоже ответил им так, прости, не посоветовался с тобой, Вячеслав Иванович.

– Какой совет, о чем ты говоришь! Человек там, какие могут быть торги! Он повел рукой по горизонту.
– Гляди, собралось полфлота, а толку нет, ни у кого же ничего не приспособлено для спасательных дел. Мы собрались, а парень гибнет. Пока притащим сюда понтоны, водолазов из Приморска!

– Я все им так радировал, - капитан постукивал пальцами по планширу.
– Но они решили, что слишком дорого, приказали нам обеспечить спасение своими силами.

– Хороши моряки!
– Стармех махнул рукой.
– Так у нас все, в нашей системе. В самые ответственные моменты командует тот, кто ни хрена, извини, не смыслит в деле, вроде начальничков в нашей столице. Получится дело - им честь и хвала. Провалим - они в стороне, отвечать нам... Ну что, капитан, значит, ничего не остается, как вырезать отверстие в борту, пока светло, и достать парнишку. Это я, с вашего позволения, беру на себя.

– Все так...
– буркнул капитан. Непорядок, о котором ему пришлось рассказать стармеху, был в полной мере упущением палубной команды, а значит, и его капитанским проколом в первую очередь. И то, что Гусев не ругался, унижало капитана еще больше, потому что как старший по званию на пароходе он считал себя в какой-то мере и уполномоченным той самой системы, для которой они все работали.
– Все так, - повторял он. Отверстие вырезать, конечно, можно, только тетя Дуся не стала бы этого делать.

– Уборщица?
– с интересом взглянул на него стармех.

– Именно так, Вячеслав Николаевич. Любая уборщица, в том числе и наша тетя Дуся, знает, что если ведро плавает в воде вверх дном, то нельзя вырезать в дне дырку, оно тотчас утонет.

– Что же предложит тетя Дуся? Пусть оно плавает, пока оттуда не перестанут стучать? Двое суток мы мучим парнишку, давайте добьем его до конца дусиной мудростью.

Капитан остановился.

– Я не хотел подначивать, Вячеслав Николаевич, хотя язычки у нас у обоих, я гляжу, хороши.
– Он поднял на Гусева воспаленные бессонницей глаза. Это я не вам, себе говорю, фильтрую идеи, а ничего доброго не нахожу. Водолазов я запросил в Приморске, будут здесь через сутки. Но к вечеру обещают ухудшение погоды, шторм. Удержится ли буксир на артикаплах? Выживет ли парень еще сутки без воды, пищи, в холоде, раздетый.

– Как хотите, надо немедленно резать и выручать мужика!
– сказал стармех.

– Пока мы его вырежем, воздух уйдет и пароход утонет, - капитан снова заходил по мостику. Если б сразу - бах - и дыра.

– Товарищ капитан, можно?
– спросил поднявшийся на мостик боцман. Я думаю так: надо надрезать, потом рвануть разом - и порядок.

– Спасибо, Петр Семенович, остается маленькая деталь, где взять сварщика?
– он поглядел на стармеха. Где достать вашего долбанного ударника комтруда? Капитан поднял ладонь, останавливая пытавшегося вмешаться боцмана.
– Знаю, что и вы когда-то варили, Петр Семенович, и вот дедушка наверняка умеет, но для такого дела нужен специалист высокого класса, рисковать мы не можем. Третий! окликнул капитан вахтенного.
– Переговорите с пароходами, у кого есть классный специалист.

– Есть, - ответил молодой штурман, отходя к переговорной станции.

– А я дам радио штабу с нашим предложением, - сказал капитан.

– Без штаба - не имеем права?
– крикнул стармех.
– Им оттуда все так хорошо видно, особенно шефу, с его портовским образованием?

– Ух вы и язва!
– сдержанно улыбнулся капитан, хлопнул стармеха по плечу.
– Право-то мы имеем вместе с вами, Вячеслав Николаевич, только отвечать придется мне, потому уж позвольте, я все же свяжусь.

В десятом часу утра с рыбацкого транспортного рефрижератора доставили на боте газоэлектросварщика, угрюмого вида мужчину, который, выслушав суть дела, сразу сказал, что резать можно только электродами, и ни в коем случае не газовой горелкой.

– Но газом же легче, Геннадий Викторович, возразил ему стармех с выражением почтения, которое всегда оказывают технари истинным мастерам своего дела.

Сварщик посмотрел на него из-под густых, .висячих бровей. Уловил уважительный тон и потому ответил обстоятельнее, чем сделал бы это для другого, не разбирающегося в деле человека.

– Легче-то - да, но вы же поймите, что как только мы дырку прорежем, оттуда засвистит: и пламя потушит, и воздух разом уйдет. А так я надрежу до пленки, тогда можно и рвануть концом через брашпиль.

– Все правильно, дай бог тебе удачи, - сказал стармех.

В чем не откажешь нашей системе, так это в удивительном умении срочно, шумно и щедро принять меры "ПОСЛЕ ТОГО КАК". Диву даешься - откуда враз появились бодрость и энергия у вчера еще сонно моргавших в президиумах бесчисленных заседаний глав, нач. и помов, кто выделяет и откуда берутся бессчетные суммы, фонды и лимиты, вчерашнее отсутствие которых, быть может, и стало основной причиной взрыва, пожара, морской или железнодорожной катастрофы, общественной несправедливости. Каким образом переродился вчера еще никого не желавший выслушать чинодрал самого высокого ранга, вдруг превратившийся "после того как" в вежливого, неглупого руководителя, умеющего и подобрать себе знающих людей и разумно последовать их совету. Полюбуйтесь-ка на работу штаба спасательных операций пароходства. Далеко еще до начала рабочего дня, темень на улице, а в кабинете начальника уже идет деловой и кому-то полезный разговор, так отличающийся от обычных бесплодных говорений по поводу обязательств на грядущую пятилетку, подведению итогов пресловутого соцсоревнования, обсуждению очередных руководящих писем "оттуда" и прочей обязательной, но никому не нужной ракушечной шелухи на теле пароходского организма. Анализируются радиосообщения с места аварии, после краткой и демократичной дискуссии принимаются, наверное, самые умные (учитывая отдаленность от места событий) решения, отправляются ЦЕННЫЕ УКАЗАНИЯ (в народе их давно уже обозначили кратко: ЦУ) и ЕЩЕ БОЛЕЕ ЦЕННЫЕ УКАЗАНИЯ - ЕБЦУ. Начальник пароходства Юрьев вполне уже овладел обстановкой, теперь он не позволит себе грызть ногти - он собран, строг, активен и мгновенно ориентируется в мнениях собравшихся специалистов штурманских, инженерных, спасательных и прочих служб. Отправив с посыльной текст ЦУ, он не забывает и о немаловажном для себя докладе - САМОМУ министру, сумевшему, как и он, сделать морскую карьеру, не отличая стеньги от гафеля, или форпика от форплехта. Нет, сейчас он не отправит доклад единолично, он весь - воплощение демократии.

– Вот послушайте, что я тут набросал шефу, учитывая наш сегодняшний спор, - сказал Юрьев, откладывая карандаш и беря в руки черновик радиограммы: "МОСКВА ЦМ ХОДУ СПАСАТЕЛЬНОЙ ОПЕРАЦИИ ББС БОЛЬШЕКАМЕНСК ДОКЛАДЫВАЮ... ПОМОЩИ СПАСЕНИЯ ЯПОНСКОЙ ФИРМЫ ОТКАЗАЛИСЬ ОБЕСПЕЧИМ СВОИМИ СИЛАМИ ТЧК ЮРЬЕВ

– Пойдет такой текст?
– оглядел Юрьев собравшихся.

– Отметьте, что работа спасателя сильно затруднена значительным волнением, - сказал с места начальник службы мореплавания.

– В радиограммах с "Селены" про волнение не сказано, - улыбнулся Юрьев догадливому заместителю.

– Ожидается шторм, надо написать уже сейчас, мало ли что может произойти.

– Предусмотрительно, - одобрил Юрьев.
– Дополняю.
– И еще о том, что дали указание всеми силами обеспечить спасение человека... третьего механика, взглянул он на пододвинутую к нему бумажку.

– По-моему, об этом не обязательно, ведь ясно, - сказал с неудовольствием Мельков.

– Это не помешает, - дружески улыбнулся ему Юрьев.
– Тысячу раз мы слышали: переходите дорогу в отведенном месте - и все же приходится об этом повторять, не так ли? Зазвонил один из пяти телефонных аппаратов на его столе. Начальник безошибочно поднял нужную трубку, прижал к уху. На лице его появилась приятная, но вместе с тем чуть ироническая усмешка. Прикрыв ладонью мембрану, он кивнул собравшимся.

– Дмитрий Иванович интересуется!

– Ему-то чего?
– недовольно сказал Мельков.
– Смотри-ка, чуть выдвинули уже и запрос! Занимался бы своими делами.

– Т-сс...
– показал ему палец Юрьев.
– Слушаю, Дмитрий Иванович, - сказал он в трубку.
– Рано ты на работе. Мы? Ну, нам положено, сам знаешь. ББС? Что сказать, все идет по плану... Я имею в виду не аварию, а спасение, усмехнулся он в ответ на замечание в трубке. Человек? Есть такой. Только что сменная радистка принесла радиограмму, - он порылся длинной рукой в ворохе бумаг, нашел нужный листок.
– Да, третий механик Максим Ковалев. Тебе? Зачем? Ну, если оч-чень надо, прикажу снять копию и занести тебе. Ничего, ничего, Ю АР ВЕЛКАМ, как говорят в Нью-Орлеане, штат Луизиана. Хе-хе, привет!
– Он положил трубку, нажал на кнопку, вызывая секретаршу.