Чтение онлайн

– Живые!
– крикнул старпом.
– А ну стучи, Володя!

Моторист постучал - в ответ затрещали частые, настойчивые удары. Так стучат в железную дверь тюремной камеры доведенные до отчаяния узники.

– Братцы, там люди!
– крикнул Лещенко. Он упал на колени и, наклонившись к заросшему ракушками днищу, крикнул:

– Эй! Кто там есть?

Все замолкли, прислушиваясь. Ответа не последовало. Старпом, выхватив у моториста молоток, стукнул раз и после паузы - три раза подряд. В ответ повторили: "тук"... "тук-тук-тук..."

Известие о сигналах изнутри буксира разом перечеркнуло подготовленный на совещании и утвержденный Штабом план операции. Ни о какой буксировке не могло быть и речи, пока не будут вызволены из беды люди. Сколько их там живых? В каком состоянии? Но самое главное - как высвободить их из ловушки? На коротком командирском совещании решили просверлить несколько отверстий в борту судна, чтобы во-первых, услышать голоса тех, кто там, в машинном отделении, во-вторых, приспособить шланг для поддува уходящего воздуха.

– Только надо сразу же заготовить чопы, - заметил боцман.

– Понятно, вот ты этим и займись, - сказал капитан.
– Передай чопы тому, кто будет сверлить. Вы, Александр Иванович?
– спросил он электромеханика.

– Естественно, - сказал тот как о деле окончательно решенном.

– Воды бы им подать, товарищ капитан, - с состраданием в голосе предложила буфетчица.
– Наверное, ни воды, ни что кушать у них нет...

– Будут им и еда и чай, Ася, - бросил капитан, сейчас надо спасать, тогда все будет.

Экипаж собрался у фальшборта на главной палубе, провожая отходивший к Системе бот. Спустя некоторое время, работая переменными ходами, спасатель приблизился к перевернутой барже, с носа подали электрический кабель и дрель высадившимся на днище парням. Третий электромеханик, не мешкая, включил дрель. Победитовое сверло вгрызлось в металл. Широкая спина Александра Ивановича напряженно качнулась. Он на мгновение отключил инструмент, обернулся к наблюдавшим морякам, кивнул, дескать, сейчас, идет дело!
– и снова нагнулся, давя рукоятку. Дрель завизжала - и сверло провалилось. Тотчас изнутри ударила синеватая струя воздуха. Электромеханик спешно заткнул отверстие деревянным чопом.

– Во свистит! Это боцман вовремя придумал с чопами.

– Ты с ними, с ними разговаривай, нам не надо!
– крикнул старпом с носа спасателя.

– Сейчас!
– Александр Иванович нагнулся пониже, раскачав, вынул из отверстия деревяшку и крикнул в испускавшее воздух отверстие.

– Эй, братцы, кто там, откликнись!

В ответ раздался слабый голос Максима.

– Я здесь один. А сколько на шлюпке?

Электромеханик недоуменно взглянул на болтающуюся около борта перевернутую шлюпку, она держалась на невидимых сверху уходящих в глубину шлюлталях. Понял, что внутри слышно, как шлюпка бьется о борт.

– Шлюпка перевернулась, никого!
– крикнул он в отверстие.

– А я думал...

– Кто ты?

– Ковалев, Максим, третий механик... Замерз, спасайте, ребята!

– Держись, Максим, не оставим!
– кричал в отверстие электромеханик. Сильно пахнущая маслом, ржавчиной, аммиаком струя воздуха изнутри била ему в лицо. Сейчас придумаем быстренько, как тебя достать!

– Ребята, не думайте, я все уже рассчитал... Водолазов пошлите... Или парня в гидрокостюме, с запасным комплектом, машинный кап (Вентиляционная дверца вверху машинного отделения) открыт, поднырнуть легко, мы вместе уйдем...

– Добро, добро, Максим, мы найдем способ, ты будь уверен, извини, брат, закрою дыру, чтоб не выходил воздух.

– Не могу больше, ребята...

Максим Ковалев!
– Через несколько минут это имя стало известно всем на спасателе и собравшимся вокруг места катастрофы судам: в штаб полетела радиограмма с сенсационным сообщением.

Старший механик Гусев поднялся на мостик, где, не присаживаясь ни на минуту, мерил палубу шагами капитан Серегин.

– Что будем делать?
– обратился к нему Гусев.

– Этот вопрос я обращаю к вам: что будем делать?
– сказал капитан.

– Вы - человек наверху, - уязвленно заметил Гусев.
– Но вот одно из самых разумных предложений и сделал его, как ни странно, Максим Ковалев. Парнишка правильно подсказал, надо направить к нему водолаза.

– Надеюсь, вы не хуже меня знаете, что водолаз списался в отпуск, - сказал капитан.

– В таком случае стоит прислушаться к его второму предложению - отправить ныряльщика с запасным гидрокостюмом. Дайте команду старпому, костюмы у него.

– А кто осмелится нырнуть?
– скептически произнес Серегин, - до отверстия капа - глубина не менее 12 метров, да там и заплутать не долго.

– Я нырну, если не найдется добровольца помоложе, - сказал Гусев нетерпеливо.
– Только не надо больше размышлять, давайте что-то делать, товарищ капитан. Звоните старпому, боцману, у кого они там хранятся? Надеюсь, баллоны в порядке?

Капитан, кашлянув, покосился на неподвижно стоящего у окна вахтенного штурмана. Взял стармеха за локоть, вывел его на крыло мостика.

– Слушай, дедушка, ты только не матерись, тут такое дело... Я все понимаю, но не надо!
– поднял он руку в ответ на быстрый взгляд стармеха.
– Не надо, чтобы слушали люди... это наши нюансы...
– Он сморщился, глядя сверху на распластавшееся вокруг море с темно-синими буграми некрупных волн, на покачивавшиеся среди этих волн два днища перевернутых судов. На меньшем копошились с инструментом спасатели.
– Короче, гидрокостюмов у нас нет, Вячеслав Николаевич, - сказал он наконец-то, что никогда в другое время не выговорил бы своему строптивому стармеху.

– Вы что, все тут с ума посходили?
– вырвал локоть Гусев.
– Почему нет, если они должны быть, как есть шлюпки, мачты, главный двигатель! Мы спасатели! Где старпом?

– Я говорил с ним, - отвел глаза капитан.
– Он сдал гидрокостюмы на склад. Объяснил так, что их положено протирать, спиртом, спирт команда расходует не туда... А сейчас знаешь борьба с этим самым... проклятым зельем. Ну, он и сдал костюмы от греха.

Стармех схватился за голову, глядя в лицо капитану. Хотел, наверное, что-то крикнуть, но сдержался, опустил руки.