Чтение онлайн

На территории складской крепости еще висела в воздухе поднятая мощным взрывом мелкая пыль. Она хрустела на зубах, от нее слезились глаза. Скрипя сапогами по развалинам, военные медики переваливали на носилки трупы солдат взвода охраны и налетчиков. В сторонке стояло несколько медицинских фургонов. Утреннее солнце, еще не ставшее жарким, освещало эту невеселую картину.

– Мы власть! Мы сила!
– горячо говорил Кречетов вяло ковыряющему носком сапога обломок стены Гоцману.
– Воры должны это почувствовать!

– Где-то я уже это слышал, - пробормотал Давид.

– Ты же видишь, что творится в городе! Не мне тебе рассказывать…

Гоцман грустно усмехнулся:

– Виталий, ты не одессит, с тебя спроса нет…

Хрустя подошвами по битому кирпичу, к офицерам подошел бледный после бессонной ночи полковник Чусов. Кречетов, замолчав, козырнул ему, Гоцман только взглянул без всякой симпатии.

– Подполковник Гоцман, где ваша группа?

– Ваши опять нас отодвинули, - сквозь зубы отозвался Гоцман.
– А мои ребята, как бобики, по всей Одессе.рыщут. Им хватает.

Чусов взглядом попросил Кречетова отойти. Придвинулся ближе к Гоцману.

– Вы думаете, я не знал, какие будут последствия?

– Думаю, не знали… - вяло кивнул Гоцман.

– Давид Маркович, - после паузы заговорил Чусов, - вы же смелый и толковый офицер, герой войны… Кстати, разрешите поздравить вас с очередным орденом… Вы одессит!… Одессу лучше всех знаете! Так помогите же!

– Мне уже подхватываться и бежать?
– поднял брови Гоцман.

Чусов вздохнул:

– Зря вы злитесь…

– Я не баба, шобы злобу по карманам собирать…

Усталое лицо Чусова осветила улыбка.

– Тогда - мир?… - Он протянул руку. Помолчав, Гоцман пожал ее:

– Перемирие.

– Вот и хорошо, - поспешно заключил Чусов и, козырнув, отошел.

Гоцман поискал взглядом Кречетова. Майор только что выслушал взволнованного Тишака, и, похоже, тот щедро поделился с Виталием своим волнением.

– Чекана нашли!…

Кречетов поразился тому, как мгновенно преобразилосьлицо Давида.

Секунду назад вялое и очень старое, в сетке горьких морщин и мелкой пыли, оно вмиг стало молодым, подвижным и нацеленным на охоту. Наверное, так становится комком стальных мускулов мирно дремавший леопард, почуявший добычу.

– Мы соваться пока не стали, Давид Маркович, - захлебываясь от волнения, на ходу рассказывалТишак.
– Поставили у квартиры засаду…

– Сколько человек?
– торопливо шагая рядом, спросил Кречетов.

– Пока трое.

– Мало!… - Кречетов покачал головой и побежал за своими.

– Кто за главного?
– продолжал расспрашивать Гоцман, ускоряя шаг.

– Довжик.
– Тишак почти бежал, чтобы поспеть за размашистым шагом начальника.
– Это его наколка.

– Молодчик, - одобрительно фыркнул на ходу Давид.
– Кто еще?

– Якименко и Саня…

У ворот оперативников догнал запыхавшийся Кречетов с тремя молодыми лейтенантами юстиции. Мельком взглянув на их крепкие плечи и решительные лица, Гоцман машинально кивнул. Лишними не будут.

– Раз ты с Чусовым на короткой ноге, ну, попроси хоть допрос арестованных провести!
– снова приноравливаясь к быстрому шагу Гоцмана, заговорил Кречетов.
– Тут же можно ухватить такую ниточку…

– Какую-никакую ниточку я тебе дам… Подумай сам. Бандиты приехали аж на трех грузовиках. Свидетели из числа уцелевших солдат говорят, шо грузовики были не наши, один «студер» и два еще каких-то иностранных… И это ночью-то! В Одессе!… Шо лыбишься?
– нахмурился он, увидев улыбку Виталия.

– Уже два человека занимаются этими грузовиками… Найдем, не беспокойся. Это не иголка в стоге сена…

– Все умные стали, пора мне на покой… - проворчал

Гоцман под нос, но видно было, что он доволен.
– Все прямо-таки роют землю, как те равлики…

– Кто?
– засмеялся Кречетов. Его глаза возбужденно блестели, лицо порозовело.

– Кроты, - неохотно пояснил Гоцман.

У того места, где еще вчера ночью были въездные ворота, грели моторы управленческие ГАЗ-67, эмка с покореженной дверью и наконец-то починенный Васькой Соболем «Опель». Оперативники и офицеры прокуратуры попрыгали в машины, Гоцман сел в кабину «Опеля» за старшего. Говоря Ваське адрес, прислушался - как там сердце?… Но стучало оно правильно, мощно и ровно. Так и должно работать сердце, когда идешь на настоящее дело.

Не доезжая квартала до места, выгрузились. Тишака с двумя офицерами прокуратуры Гоцман послал во двор, под окна, а сам обхватил Кречетова и третьего офицера за шеи и, волоча ноги по тротуару как пьяный, двинулся с помощью коллег к подъезду. Спектакль оказался ненужным - стоило им открыть дверь парадного, как они услышали наверху громкий крик и три выстрела.

Чертыхаясь на чем свет стоит, Гоцман вырвал из кармана ТТ и бросился вверх по лестнице. Мимо с ошалелым мяуканьем пронеслась кошка, под ноги некстати попалось полное мусорное ведро… Сверху несся пронзительный вой.

– Стоять! Кто идет?
– нервно выкрикнул с верхней площадки Саня.

– Гоцман здесь!

Дверь в квартиру была приоткрыта. На полу, в коридоре, валялся, держась за живот, завывающий от боли человек, в котором Гоцман тут же узнал фальшивомонетчика Родю.

Держа на изготовку пистолет, сильно сжав губы, Давид бросился в комнату. Никого. Комната как комната, ни за что не скажешь, что бандитская хаза. У окна, на обитом куском старой жести полу, явно оставшаяся с военных времен печка-буржуйка, зингеровская швейная машинка, аккуратно заправленная кровать, стол под бахромчатой скатертью, зеркало, распахнутое окно чисто вымыто. И даже картинка висит на стене, вырезанная из «Огонька», - «Великий Сталин - вождь и организатор всех наших побед». «Патриоты, мать их…» - просипел Гоцман, переваливаясь через подоконник на опоясывающую двор галерею… За ним, пыхтя, следовал Кречетов.

Чекан бежал по галерее уже по противоположной стороне двора. Гоцман сощурился: очень хорошо, профессионально бежал Чекан. За ним мчались Якименко и Довжик. Внизу, по двору, бандита преследовали Тишак и двое из прокуратуры. Они то и дело с руганью отбрасывали преграждавшие им путь выстиранные простыни, развешанные для просушки.

Кречетов, припав на одно колено, прицелился в Чекана. Но тот, сгруппировавшись, перевалился через перила галереи и полетел вниз, во двор. Тотчас же оттуда, из-за простыней, громыхнул выстрел. Рухнул, обрывая белье вместе с веревкой, убитый офицер из прокуратуры…