Лилэр
Шрифт:
– Ладно. Дайте подумать немного... Сейчас...
– Слушай, а ты кирио или севас? – спросила вдруг Раллин. – Из какой ты страны?
– Ты что, глупая? Будь она из кирио, поселили бы её на этаже для катьонте?
– Стойте! Я вас не понимаю! – воскликнула Лиля, поднимая ладони. – Что вы такое говорите?
– Ну, ты из какого рода? – уточнила Раллин. – Твоё родовое имя не похоже ни на одно из тех, что мы знаем.
– Фамилия, что ли?
– Родовое имя... Твоё имя есть в родовой книге?
Лиля ошарашенно замолчала.
– Слушайте, я из другой страны, – сказала она наконец. – Из совсем далёкой.
– Из Койта? Или с Падена? – уточнила на этот раз Талимда, повергая Лилю в отчаяние. – Или из Харадала?
– Вы слышали про Россию?
Девушки в унисон помотали головами, потом переглянулись.
Лиля легла на кровать и закрыла глаза, вспоминая книги, которые читала в детстве. Юные, прекрасные девушки и парни переносились в иные миры, чтобы стать блистательными магами или героями и победить древнее зло, которое вдруг пробудилось в этом новом мире. Это сон, а сон обязан быть волшебным.
– Так, – сказала она, снова садясь на кровати. – У вас тут есть магия?
– А? – подняла брови Раллин.
– Магия. Огненные шары, потоки воды, которыми можно швыряться... Управление растениями или животными.
– А! Это есть, – кивнула Талимда. – Датилл умеет уговаривать свиней вернуться в хлев. Больше они никого не слушают. Лилэр, а зачем ты пила рум? Ты так настойчиво просила выпить...
– Я просила телефон. Ну, средство связи. У вас нету телефонов, да? Слушайте, а что у вас вообще есть?
– В каком смысле?
Лиля закрыла глаза, вспоминая всё, что видела.
– Девушки, я хочу осмотреть дом. Хочу понять, куда меня занесло и как я смогу вернуться.
– Ну, вообще-то тут не положено...
– Пусть оденется, – пожала плечами Талимда. – Кир всё равно в полях.
– Кир? – переспросила Лиля, неохотно натягивая серое платье, висевшее на стуле. – Ваш начальник?
– Хозяин этих земель.
Лиля прошла за девушками направо, по узкому коридорчику, и вышла в просторную кухню. Она внимательно оглядела посуду, очаг с решёткой, открыла по очереди все дверцы шкафчиков и попробовала на вкус то, что приняла за соль. Да, так и есть. Соль.
Она оглядывала помещение и стайку девушек, которые теперь следовали за ней хвостом. Две луны...
Стоп. Нет. Это какой-то сон.
Она схватила какой-то ножик и провела по руке. Если это сон, то раны не будет.
Девушки молча с ужасом смотрели, как из царапины на руке Лили выступают красные капли.
– Всё хорошо, – успокоила она их, прикрывая царапину второй рукой и чувствуя дурноту.
Ничего хорошего в этом не было. Разум восставал против мысли о том, что это может быть в реальности. А ещё дико, бешено хотелось курить.
– Пойдёмте дальше, – стиснув зубы, сказала Лиля.
– Там мужская половина, – остановила её одна из девушек. – Туда нельзя.
– Половина? – переспросила Лиля, убирая руку от ручки двери. – Мужская?
– Да. У вас нет половин?
Лиля озадаченно покачала головой и пожала плечами, поднимаясь по небольшой лестнице наверх, в холл, большой и светлый, с изящно изогнутой лестницей, по обе стороны которой открывались двери в такие же светлые комнаты.
– Гостиные... кабинеты, – показывали девушки, ведя её по помещениям. – Там столовая...
Лиля шла, с каждым шагом погружаясь в мрачное уныние. Электричества тут нет. Паровые двигатели... Ванная... Лиля резко остановилась, вспоминая всё, что слышала о мытье в... в старину.
– Как у вас моются?
Девушки смущённо переглянулись, потом кто-то хихикнул.
– Как везде, – сказала Раллин.
– А как именно у вас, в Арнае?
– Ну, мы умываемся из тазика... Раз в неделю греем воду в лохани и моемся.
Лиля помассировала виски. Водопровода тоже нет. Горячей воды... Опять деревня... барак. Твою мать!
– Держите её! – воскликнула Талимда, видя, что Лиля пошатнулась. – Сомлеет же!
– Куда она сомлеет. Вон, распущенная ходит, – хмыкнула женщина средних лет, которую Лиля приняла за домоуправительницу. – Лилэр, у тебя такое имя благородное, а ходишь как... как неряха.
Лиля недоуменно посмотрела вниз, на шнуровку корсажа, и девушки закивали.
– Дай помогу, – сказала домоуправительница.
Ох... Лиля застыла, не в силах пошевелиться или вдохнуть.
– Погоди... ну-ка выдохни, – нахмурилась Талимда. – Во-от. Другое дело.
Корсаж жестоко сдавливал все известные Лиле внутренние органы, а ещё те, о существовании которых она до сих пор не подозревала. Она прошла ещё несколько шагов, потом остановилась и расслабила шнуровку.
– Вы как хотите, а я мучить себя не собираюсь, – сказала она твёрдо. – Это невыносимо. Кто это придумал?
– Раньше, говорят, девушки носили другую одежду. Лёгкую и без рукавов. Но после разобщения народов это стало вносить смуту.
Лиля кивнула, осматривая спальни на втором этаже. Понятно. Бывает. Проще обвинить женщину, чем контролировать себя и не распускать руки. Это мы как раз знаем, плавали. Картина проясняется.
– Слушайте, я хочу посмотреть ваши книги по истории. Карты, всё такое.
Где-то внутри теплилась надежда, что это какой-то розыгрыш, сон... Какая-то иллюзия, которая вот-вот развеется. Но всё было слишком реальным. Шершавая серая ткань платья пахла какими-то свежими травами, запахи, доносившиеся с кухни, тревожили воображение, стёкла, ромбовидные, с красивыми желтоватыми гранями, были холодными и слегка припылёнными. Лиля осматривала светлое дерево стенных панелей, удивляясь изящному рисунку волокон древесины, вела рукой по мрамору перил лестницы, и чувства, что охватывали её при этом, тоже были настоящими, существующими.
– Так где книги? – спросила она у Талимды. – Любые. Учебники... Всё, что угодно?
– У кира есть книги. А нам зачем?
Лиля спустилась вниз, на хозяйственный этаж, и задумчиво сидела, разглядывая стену. Если представить на минуточку, что всё это – на самом деле... Просто представить. На один только миг. Она попала в прошлое... В прошлое какого-то иного мира, которое напоминает средневековье. Чёрт... Надо было лучше слушать на истории. Ладно. Эти девушки ничего ей не расскажут, они сами не очень в курсе, что тут вообще есть. Этот их "кир" – землевладелец, и у него есть книги. Надо просто пойти к нему и порасспросить.