Лилэр
Шрифт:
– Прошу.
Лиля, кусая губу, шагнула за порог и в недоумении остановилась. Комната. Почему не обратно в банкетный зал? Её покои? Нет...
– Это не моя комната! – воскликнула она. – Ты ошибся!
Она подскочила к двери, но та была заперта. Лиля перепуганно постучала в неё кулаком.
Снаружи было тихо.
Где она вообще? В чьих покоях?
Светильники на стенах горели ярко. Покои были приличные, вроде тех, что у неё. Далэир? Гисэл говорила, у той хорошие покои.
Лиля заглянула в спальню с выходом на балкон, потом подошла к окну и выглянула наружу. Море? С женской половины не видно море... И привёл её сюда парень!
– Эй! Люди! Откройте! – крикнула она, бросаясь обратно к двери и со всей дури колошматя в неё. – Почему вы заперли меня тут?
Дверь тихо открылась, и в комнату заглянул катьонте.
– Кирья, ты чего вопишь? Тебя крейт пожелал увидеть. Подожди, пожалуйста. Он сейчас закончит дела и придёт.
Лиля попятилась. Горло перехватило, она моментально вспотела. Накаркала. Крейт заметил тот её взгляд, а теперь ещё и в спектакле увидел. Переборчивый... Вряд ли он болтать её сюда позвал... Болтать он бы позвал в гостиную, а не сюда, в спальню.
Чёрт... Чёрт! Лиля стояла, вцепившись в волосы, смотрела на дверь, и на неё наваливалось осознание того, что сейчас тут произойдёт. Она зажала рот рукой. Человек, которого она видела мельком два раза в жизни, сейчас войдёт в эту комнату и полезет к ней с руками, ну или поговорит пару минут, но всё равно полезет...
Её трясло. Надо успокоиться. Подышать. Она просто скажет, что дни неподходящие, и всё. Если он вообще полезет.
Она метнулась в спальню и распахнула двери балкона, выглянула направо... Галерея!
Она же на третьем этаже, опоясанном галереей!
Лиля шагнула наружу, в холодный январский ночной воздух. Если идти направо, то она дойдёт до холла, отделяющего мужскую половину меглейо от женской. Шаг, шаг... Мимо каких-то комнат, освещённых изнутри. Быстрее... Быстрее!
Она почти бежала. Холодный воздух обжигал нос.
49. Мы осквернили это чудесное покрывало
– Куда спешишь, весёлая?
Лиля замерла. Закрыла глаза.
– Джерилл! – прошептала она, кидаясь ему на шею. – Джерилл, я влипла... Откуда ты тут?! Джерилл, помоги... Как ты сюда попал?
– От друга шёл, – сказал Джерилл, гладя её по голове. – Не шляться же мне по дорогим коврам там, правда? Вот, снаружи потихонечку. Что приключилось у тебя?
Лиля целовала его так яростно, что он немного пошатнулся, потом опёрся об стену.
– Погоди, – сказал он хрипло, пытаясь отдышаться. – Стамэ. У меня сейчас вся кровь от головы отхлынет окончательно. Ты откуда и куда?
– Меня заперли у крейта... Джерилл, я не могу!
– У крейта? Ты сбежала из покоев крейта?!
– Да... Я думала, я смогу, но меня привели, ни слова ни сказав, и оставили там! Я не хочу!
– Ты что... Лилэр... Ты что? Вернись! Он же крейт! Ты же этого и хотела! Связей!
Джерилл взял её за руку и уверенно направился по галерее налево.
– Пойдём. Я отведу тебя. Ну ты даёшь... Лилэр, так нельзя!
Лиля остановилась и с силой рванула руку, освобождая её. Джерилл остановился, повернулся к ней и схватил за плечи.
– Лилэр, ты сказала, от этого зависит благополучие человека, который важен для тебя, помнишь? – Лиля кивнула, закрывая глаза. – Если ты сейчас убежишь, крейт разозлится. Знаешь же, как о нём говорят. Ты навредишь себе, понимаешь? Тот твой человек наверняка приложил немало сил, чтобы ты сюда попала. Тебя отправят из дворца, если ты сейчас не вернёшься.
Лиля вцепилась в его плащ.
– Я не могу, понимаешь? – горячо зашептала она. – Он и крейт, и вроде как красивый, и такой светловолосый, но я не могу... Я думала, что смогу... Я не могу, ты слышишь? Не могу! Я думала, лучше грязь, чем кровь... Но не такая грязь! Это хуже грязи! Я не хочу его и не люблю! Я люблю тебя, и я не могу просто пойти и остаться там, чтобы он...
Джерилл схватил её шею под волосами и впился в её губы, прижимая Лилю к стене прямо возле чьего-то освещённого изнутри окна.
– Подумай ещё раз, – быстро проговорил он. – Хорошо подумай. Этот выбор ты не сможешь изменить. Ты можешь вернуться в его покои, и ты можешь пойти со мной. Прямо сейчас. Я поклялся помогать тебе, и у меня есть друзья тут, но это будет стоить времени и сил. Я должен знать. Ты должна выбрать. Нищий темнокожий камьер или светлоликий крейт, который обеспечит тебе роскошную жизнь и почести. Выбирай сейчас.
Цветные всполохи танцевали у Лили перед глазами. Свет из-за шторы освещал его лицо, жёсткое, решительное. Он смотрел на неё сверху, и Лиля подняла руки и обхватила его лицо ладонями.
– Я сделала выбор. Я не передумаю.
– За мной.
Он схватил её за руку и быстро пошёл по галерее, потом остановился около одного из окон и подёргал раму.
– Лезь сюда.
Лиля подобрала пышные юбки и перелезла внутрь. Перед ней был тёмный коридор, а из-за угла брезжил неяркий свет.
– Стой тут, – шепнул он. – Сейчас вернусь.
Он быстрым шагом зашёл за угол. Лиля вслушивалась в негромкие голоса, потом раздались шаги, и она отступила в тень. Мимо неё прошли два катьонте, перешёптываясь.
– Сюда.
Джерилл протянул ей руку, уводя за угол, в свет. Он завёл Лилю в комнату и закрыл за ними дверь.
– Эти покои не заняты. Останешься тут до утра. Мне нужно уйти. Я скоро вернусь.
Он вышел. Лиля ходила по комнате, сжимая руками корсаж. Это безумие... Безумие! Она натворила сейчас таких дел! Крейту сказали, что она ждёт в покоях, и он войдёт, а там пусто, и открыта дверь на галерею...
Она снова представила, как этот красивый блондин с холодными глазами заходит и улыбается ей, разглядывая. О чём она думала, соглашаясь на это?
Бинот. Она думала о Бинот Ирэл. О нежной любящей кире, которая из-за распрей двух кирио Бинот вынуждена, беременная, скрываться в чужом доме, до которого ещё надо умудриться доехать по прекрасным арнайским вытрясающим душу дорогам.
– Я вернулся, – сказал Джерилл, шагая в комнату. – Иди ко мне. Я скучал.
Он шагнул к ней, заводя руки за спину, и потянул за ленту корсажа.