Чтение онлайн

– Фашисты, – зло кивнула маленькая бомжиха. – Убивать нас будут. Уколами. Этот вон, бородатый, – кивнула она на профессора, – старый гриб, он и будет.

– Господи, какая же она мерзкая, – процедил седобородый профессор Каратаев. – Глаза бы на нее не смотрели.

Бомжи стали роптать. Пора было брать быка за рога.

– Елизавета Михайловна, – тихонько пропел Анастас Прокопович. – Ваше слово.

Дама в очках выступила вперед.

– Хватит базаров! – Резкая, как выстрел, реплика заставила замолчать буквально всех, даже длинный бомж в шинели перестал выть, осекся на полуслове. – Есть призовой фонд! Пять блоков сигарет «Винстон» тому, кто не побоится и даст сделать себе укол, – громко сказала она. – А еще бутылка коньяка «Наполеон», лично от меня. Здоровье, молодость и удовольствие гарантированы! Ну? Кто смелый?

– Я! – крикнула сморщенная бомжиха в тужурке. – Я смелая! Я сделаю укол!

– Ты ж говорила, Люська, что боишься сдохнуть, – запротестовал бомж в телогрейке и шапке-ушанке. – Что травить нас пришли?

– Обстоятельства изменились, Бобер.

– А я думал, ты идейная. Так что, уже не боишься?

Тут бугаи внесли в барак и кулер.

– Вот выжру пузырь «Наполеона», выкурю пять блоков «Винстона», а потом сдохну, но не раньше, – предупредила бомжиха. – Понял?

– Понял, – откликнулся Бобер.

– Я готова – делайте! – громко и во всеуслышание объявила смелая бомжиха.

– Браво! – сказала дама в очках. – Как вас зовут?

– Люсинда, – ответила бомжиха.

– Чудное имя.

– А то! Папка, алкаш, постарался. С похмелья назвал.

– Семен Прокопович, действуйте, – обернулась дама к хранителю серебряного чемоданчика.

– Не-е, – замотала головой бомжиха Люсинда. – Не так! Вначале пять блоков гони и пузырь, красотуля. А то ишь какая умная! Сразу под нож.

– Гоните, – поправила ее властная дама в очках. – На «вы», Люсинда, обращайтесь ко мне на «вы».

– Ну ладно, гоните, – хмуро сказала та. – Пять блоков и пузырь.

– А в денежном эквиваленте возьмете, Люсинда? – спросила дама в очках.

– В чем? – сморщилась та.

– Баблом возьмете, Люсинда? Приблизительно десять штук? Ну?

Бомжи оживленно зашептались: «Десять штук!»

– Этот балаган когда-нибудь закончится? – тихонько спросил у коллег профессор медицины Каратаев. – Может, это шоу «скрытая камера»?

Но его коллег эта сценка, кажется, забавляла – тут и в цирк ходить не надо.

– Анастас, – в свою очередь, окликнула дама одного из близнецов. – У меня с собой капусты нет – найдешь?

Анастас Прокопович все сделал мигом.

– Вот, Люсинда. – Он вышел вперед и взмахнул перед носом бомжихи двумя красными и двумя зелеными купюрами. – Идет? И еще две штуки от меня сверху? Сделка состоится? Только чтобы поскорее. С нами светила науки – их еще дела ждут.

– Ну ладно, если светила, – сказала Люсинда.

Она хотела было проворно выхватить у него из руки желанные купюры, но Болтун оказался ловчее – вовремя отдернул руку.

– Хрен тебе, пока укол не сделаешь. Я твоему шефу деньги отдам. Он – честный. Как уколешься, будут твои. Идет?

– Идет, – кивнула та.

– Франц Иванович, держите бабки. – Анастас Прокопович передал немцу четыре купюры и кивнул брату: – Готовь укол, Семен. А я дам документы на подпись нашей Люсинде. На согласие участвовать в эксперименте. Да, а вы как думали, госпожа Люсинда? – Он поднял брови. – Но при свидетелях, и они распишутся. Без дураков. Никакого кидалова. Все честь по чести.

– Черт с вами – подпишусь! – Предвкушая пир, Люсинда торопливо занесла руку над листом бумаги. – Только я забыла, как это делается… Я про подпись.

– Средневековые короли ставили крестик на документе, – вспомнил Болтун, взглянул на даму в очках и шепотом добавил: – Сам видел! – И когда дама в ответ улыбнулась ему, вновь обратился к бомжихе: – Да поставь ты что угодно! Смелее! Галочку поставь!

Люсинда выдохнула и поставила закорючку на документе.

– И что, печень хватать не будет? – спросил бомж в телогрейке и шапке-ушанке по кличке Бобер.

– Печень станет как у младенца, – заверил его Анастас Прокопович. – И стул тоже: здоровый и быстрый. Без запоров!

В этот момент Семен Прокопович уже набирал из ампулы в шприц золотой раствор. Серебряный чемоданчик был открыт. Его содержимое с подсветкой, с ампулами в гнездах, так и переливалось золотыми искрами. Бомжи уже давно сползли с постелей, но держались на приличном расстоянии от гостей, чтобы не смущать их нежелательными ароматами. Надзирательница Марта сама отпихивала их свернутым в трубочку старым журналом «Работница».

– А куда делать будете, в руку? – спросила Люсинда. – Или в зад? Я стеснительная, чтобы при всех.

И эти все тотчас и в очередной раз заржали и загоготали.

– В плечо будем делать, – взяв на изготовку шприц, строго сказал худой близнец. – Ну?

– А как скоро эффект будет? – вытягивая шею, спросил бомж-интеллигент.

– Эффект мгновенный, – ответил Анастас Прокопович. – Чудо, как говорится, ждать не любит.

– Ну что, Люсинда, вы готовы? – нетерпеливо спросил Злыдень. – Лекарство нужно использовать сразу.

– Готова-готова. Слышь, Каланча, и ты, Бобер, если что, отомстите за меня, – потребовала Люсинда. – Жестоко отомстите.

– Еще как отомстим, – кивнул длинный в шинели. – Жестоко отомстим!

– Ага, – кивнул его друг в телогрейке.

Бомжиха сняла тужурку и закатала рукав старой рубахи.

– Делай, лекарь! – решительно бросила Люсинда. – Оздоровиться хочу! Помолодеть, блин!

Морщась от ее терпкого запаха, Белоглазов протер прокопченную руку спиртом и метко всадил иглу в плечо.

– Ай! – воскликнула та. – Злодей…

Золотой раствор быстро ушел в тело бомжихи. Анастас Прокопович заботливо улыбнулся:

– Лучше прилягте, Люсинда, а то еще рухнете от волнения и счастья.

– Не боись – не рухну, – ответила та.

– Хотя бы присядьте, госпожа Люсинда, – мягко потребовала дама в темных очках. – Доктор не просто так говорит. Что вы как маленькая?

– Ну ладно, присяду, – ответила та, не желая перечить строгой благотворительнице.

А потом и ноги забросила, и прилегла. В бараке стало на удивление тихо.