Чтение онлайн

Значит, выход только один. Ворота.

Но не сейчас, не сейчас, не сейчас!

– Уйди, - устало, тихо, равнодушно.
– Я хочу побыть одна.

Едва ощутимое движение пустоты - Кариот коротко поклонился и исчез. Еще немного - и запах тоже растает. Почти.

Lao провела ладонью по коротким - в четыре пальца, не больше - волосам, медленно сделала глубокий вдох и легла на спину, раскинув руки в стороны.

Вечность.

Еще вечность...

О нем опять все забыли. Это происходило сплошь и рядом, что в детстве, что сейчас. Люди забывали о нем, стоило им понять, что он не оправдывает их надежд. Конечно, это злило! Даже не так: приводило в бешенство! Но кто обратит внимания на взбешенное пустое место?

Синмару только и оставалось, что кусать губы. Даже вынашивание планов мести никуда не годилось, как не годились и сами планы. Принц мучительно нуждался в умном и умелом покровителе, а воспитавший его маг был мертв! Мертв благодаря этой несносной дриаде и младшему братцу! На них нет никакой управы - об отце вообще говорить нечего, а единсвенная реальная сила, Инквизиция, после того, как всплыла правда об Иоре, молчит в тряпочку и в сторону Северного Престола не то, что смотреть, даже дышать боится!

Наследник короны как никогда раньше чувствовал себя покинутым и ненужным. В сердце с каждым днем росла жажда крови и мести за свои обиды. Эти мысли неотступно следовали за Синмаром повсюду, заставляя бесцельно бродить по коридорам дворца. В этих коридорах его и нашел барон Осельг Задольский. Одна вежливая улыбка, один внимательный взгляд, одно заискивающее "Ваше Высочество, я как раз искал встречи с Вами", - и принц попался в старые как мир сети. Синмар не осознал этого, но внезапно почувствовал, как чужая холодная уверенность в себе разливается по его телу. Теперь наследник верил: все будет хорошо. И Велемир еще пожалеет, что родился.

В тот день, когда Марианн разговаривал с Эве рен Даиро, Велен во дворце не появлялся. Пришел только поздним вечером и сразу же заперся в кабинете, выставив оттуда даже Малявку. Никому не открывал, на стук выдавал такие грязные и заковыристые ругательства, что удивлялся даже Вэрджес.

В общем, поговорить с ар-принцем Дерлесскому не удалось. Выспаться тоже. Отчасти поэтому на следующий день он наскоро разобрался со всеми более-менее важными текущими вопросами и вернулся во дворец, кружками пить горячий отвар, думать над письмом от Рэмиара, два дня назад вместе с Эрикой вернувшегося из Рощ в Аргент, и корить себя за то, что не поднял вопроса об этих проклятых похоронах в разговоре с мастером Эве. И еще чувствовать, как безумно он устал от всего этого, от чужой боли, нежелания смотреть на мир так, как смотрит он, упрямства; от необходимости думать за других, понимать других и давать этим другим право на ошибки, которые могут очень дорого стоить целому королевству.

"Потому что он мой друг".

Или дело все-таки в короне?

Мар раздраженно бухнул кружку на стол. Лезет всякий бред в голову, не отделаешься потом... И все-таки хорошо, что его эта напасть под названием "настоящая любовь" обходит пока стороной.

Вздохнув, граф еще раз пробежался взглядом по бумаге с личной печатью аргентского королевича, и поднялся. Если послезавтра у него не будет разрешения Велемира, дело рискует обернуться очень нежелательным образом. А значит, сегодня он просто обязан поговорить с Его ар-Высочеством, чего бы это ни стоило.

В коридоре недалеко от кабинета Велена наблюдалось заметное скопление народа. Удобно устроившись на софе в открытой нише, сидел Эрт, по приказу Вэрджеса несший очередную вахту. Прямо на полу у противоположной стены расположился Арлес, а рядом с ним пристроилась Янка, одну руку спрятав в ладонях вампира, а второй задумчиво гладя по загривку лежащего Малявку.

– Ну что?
– Мар не стал тратить слов попусту, поздоровался кивком головы.

– Как обычно. Правда, меня к себе пустил, - отрапортовал Арлес.

– И слугу с вином тоже, - добавил Эрт.

– Он же совсем свихнется так!
– Янка нервно грызла себе губы, но это слабо помогало сдержать слезы.
– И сопьется!

– Не сопьется, - как можно бодрее "утешил" ее граф.
– Во всем Володае столько вина нет, чтобы этот пират спился. А вот насчет свихнется... Арлес, ты с ним разговаривал?

– Разговаривал, как же!
– фыркнул вампир.

– Но ты же говоришь, впустил?

– Да дверь открыта оказалась, я и вошел, - досадливо махнул рукой клыкастый.
– Он молчит, как на допросе! Сидит, в одну точку уставившись... А я не каменный столько пить!

– А что, заставляет?

– Да. Но перед моим уходом он кубком в стену зарядил. Попал.

– Так он еще из кубка пьет?
– Мар выругался про себя. Он-то надеялся, что ар-принц уже дошел до той стадии, когда вино хорошо только непосредственно из бутылки. Это ж сколько Велемиру еще надо-то?!

Воспоминания о попытке разговорить Его ар-Высочество при помощи ихса были еще свежи, так что перспектива повторного подвига радости не приносила.

– Яна, ты не могла бы попросить принести сюда еще ящик... нет, давай сразу два ящика вина, - попросил Дерлесский, делая Арлесу знак остаться. Когда девушка ушла, граф опустился на корточки и прислонился к стене.

– Демоны бы побрали эту систему!
– глухо простонал он, закрывая глаза.
– Если я послезавтра не получу от Велена разрешение на похороны, то нам придется передать право на них Аргенту!

– Но ведь хоронить-то нечего, - вампир присел рядом.

– И что? Трупа нет, а похороны будут. У нас нет никаких законных причин для затягивания процесса. Высокие! Да если бы Таисс только узнала об этом!

– А почему Аргент, а не Рощи? Она же внучка Мудрейшей.

– Она дочь короля Аргента. А у нас все передается по мужской линии. Если бы ее родители поженились официально, еще был бы повод для разговоров, а так...

– А если Аргент и Рощи договорятся?

– Не договорятся. Я сегодня получил известия от Рэма. Тиалия позавчера навестила зятя. Увы, смерть нашей дриады не сблизила родственников, а наоборот, окончательно рассорила. Я даже не знаю, кому именно Его Величество решил таким образом насолить, теще или дочери... На Ромэн точно выходов никаких? Вам-то простят вмешательство, никуда не денутся.

– Мастер Эве сказал, что не намерен терпеть в княжестве пустую могилу. И вообще, пока сам трупа или праха не увидит и не убедится, что это действительно Рысь, никого он хоронить не будет.

– Отлично! Замечательно! Превосходно! Ромэн не намеревается терпеть пустую могилу. Рощи не намереваются мирно разговаривать с Аргентом. Аргент не намеревается уступать право второй очереди. Велемир не намеревается давать разрешение на похороны невесты. И никто не намеревается отменить необходимость этого глупого разрешения! А я должен сейчас спасать задницы всех ценой своего здоровья! Арлес, я сдохну столько пить! Но самое отвратительное не это. Самое отвратительное то, что я его прекрасно понимаю! Я глаза закрывать уже боюсь: только попробую - опять как будто стою в том храме! А ведь я не любил ее... так. И не чувствую себя виноватым. А он того и гляди пойдет и повесится!