Чтение онлайн

— Думаешь, ему нужна та книга? — передразнил Ной и вдруг остановился, подняв вверх указательный палец. — Слышишь?

Видимо, он не до конца осознал мою звериную сущность. Звуки музыки я услышала ещё на подходе к общаге. И это была не синтезированная музыка, не запись: откуда-то из глубины коридора доносились глубокие звуки настоящего пианино. Оно напевало грустную, пронзительную и одновременно волнительную мелодию. Я на несколько мгновений прислушалась. Сердце дрогнуло. Настолько мелодия подходила этой ночи: тяжёлой, снежной, полупустой.

— Слышу.

Ной приподнял бровь, быстро прошагал вглубь коридора и, остановившись возле комнаты номер 404, с самым удивлённым выражением лица приложил ухо к двери. На мой вопросительный кивок он указал пальцем на дверь и прошептал:

— Это Толль!

Я скептически выгнула брови и, подойдя к двери, потянула носом. Действительно, пахло Русом. И кроме него в комнате не было ни души. Изо всех сил стараясь не шуметь, приоткрыла дверь и заглянула внутрь. В уютной небольшой комнате у стены стояло пианино. За ним на круглой табуреточке сидел мой белобрысый напарник, а его тонкие длинные пальцы порхали над чёрно-белыми клавишами. Я мотнула головой, всё ещё надеясь, что это морок, видение, сон. Как так может быть-то?

Волосы, перекинутые на татуировку, безвольно свисали, почти полностью скрывая от наших глаз напряжённое выражение лица. Нога мерно опускалась и поднималась, то зажимая педаль, то отпуская её, корпус качался взад-вперёд, вторя музыке. И казалось, он весь, без остатка, поглощён ею.

— Да ну… — выдохнул Ной.

Музыка резко оборвалась с придавленным бряком. Ну да, у него же тоже отменный слух.

Сириус резко крутанулся на табуретке и уставился прямо на нас. Разобрать эмоции было сложно, но подозрительная влага блестела на его глазах.

— Аристократ, блин, — не выдержав, прыснула я. Идеальная осанка, длинные пальцы, бледная кожа, чистоплотность, манера одеваться, а теперь ещё и музыкальные навыки! Одно к одному, ни дать ни взять аристократ!

Вдруг глаза Ноя расширились, и он застыл с открытым ртом в позе озарения.

— Точно! — воскликнул мой одногруппник. — Толль! Он же Толль!

— Поздравляю, гений, — мрачно отозвался Сириус. Подперев голову рукой, он смотрел на Ноя своим самым тяжёлым взглядом. Тот в свою очередь повернулся ко мне и нечленораздельно что-то мычал, тыкая пальцем в Руса. Длинная прядь выбилась из-за уха и болталась в такт его движениям.

— Ну? — не выдержала я. — Чего?

— Он же Толль! — только и смог ответить Ной.

— Я в курсе. И что?

Он махнул рукой и во все глаза уставился на хозяина комнаты, словно увидел сошедшее с небес божество.

— Всё время забываю, что ты не местная. Чёрт возьми, настоящий!

— Ты меня ещё палочкой потыкай, — Сириус отвернулся и начал как ни в чём не бывало перебирать лежащие на пианино ноты. — Вдруг манекен.

— А который? Младший? Или средний? А! Отречённый! Минутку, а отречённый — это младший? Или всё же не отречённый? Его же вроде так и не нашли…

Толль резко захлопнул крышку пианино, заставив Ноя заткнуться, и оно ещё несколько секунд жалобно звенело.

— Младший, — сказал он, пустым взглядом буравя пианино. — Отречённый.

— Стоять, — я подняла ладонь, призывая обоих к тишине. — Я вообще не понимаю, что здесь происходит.

— Ой, Нэт, там такая история! — затараторил было Ной, но Сириус его перебил:

— И нечего её вспоминать! Не мог бы ты заткнуться, а?

Несколько секунд царила тишина. Потом Ной не выдержал и, наклонившись ко мне, тихо проговорил:

— Он сын директора нашего банка.

Сириус поморщился, но комментировать не стал. Выждав ещё несколько секунд, Ной добавил:

— В общем, да, аристократ.

— Да заткнись уже! — рявкнул Сириус, резко вставая на ноги, и в воздухе запахло озоном. Глубоко вдохнув, он добавил более спокойным тоном: — По-твоему это хороший тон — говорить с отречённым о его семье?

Ной поднял брови и виновато отвёл взгляд.

— Так, ладно, — начала я не очень уверенно. — Давайте, может, к делу?

— Ага, — вставил Толль с надменными нотками в голосе. — Что за делегация ветеринаров в моём доме?

— Сам ты ветеринар, — обиделся Ной.

— Это вы ФакМаЗы, не я.

— Прекратите оба! — крикнула я уже ставшую привычной фразу. — У нас общее дело, давайте им и займёмся!

— У меня с этим чудилой общих дел нет, — заявил Сириус. Ной прищёлкнул пальцами, вызвав бодренький шарик огня.

— Настоятельно рекомендую быть повежливее, — угрожающим тоном проговорил он.

— Тихо! — пришлось снова поднять на них голос. За эти несколько минут они меня так утомили, что я рухнула на кровать Толля и принялась тереть лоб. — Уже поздно, я устала, а у нас нерешённый вопрос. Давайте его обсудим — и по домам, спать.

Парни смерили друг друга тяжёлыми взглядами, но спорить не стали, и молча уселись на стулья друг против друга.

— Ну, и? — хмуро спросил Рус.

— Есть вариант, как попасть в библиотеку ограниченного доступа.

Он поднял голову, и взгляд его чуть просветлел. Восприняв это как сигнал, Ной принялся излагать.

— Ты же знаешь про конкурс на лучшую пару Академии?

Несколько долгих мгновений Толль думал, а затем его взгляд просветлел ещё больше.

— Он что, в курсе? — уточнил Сириус.

Я кивнула.

— Предлагаешь дойти до полуфинала? — Толль повернулся к Ною. Тот победно улыбнулся.

— Именно.

— А если виды конкурсов изменят?

Ной покачал головой.

— Все этапы уже заявлены в расписании. Классика. Парашют, катакомбы, библиотека. Ну, и финал, как обычно.

Всю раздражённость Толля как рукой сняло. Он встал, вытянулся в струнку, подошёл ко мне твёрдым, красивым шагом. Затем, заложив одну руку за спину, вторую протянул в мою сторону ладонью вверх и склонился в изящном мужском поклоне:

— Будете ли вы моей леди, Лисанэтта Блик?

— Эй, алё! — Ной уверенным жестом оттолкнул Сириуса в сторону. — Играть буду я!

— Ты здесь вообще ни при чём! — рявкнул Толль в ответ.

— У вас выхода другого нет! — Ной тоже поднял голос. — Тебя вся Академия считает ублюдком, вы первое же голосование сольёте!

И они уставились друг на друга с таким напряжением, что в воздухе чуть не начали летать молнии.

— Ладно, — неожиданно легко отступил Рус. — Делайте, что хотите.