Чтение онлайн

А может, лучше «Уроки французского» Распутина, «Пегий пёс, бегущий краем моря» Айтматова, «Два капитана» Каверина? Может быть, прочитав эти вещи, подросток сам определит, в чём разница между ком­промиссом и конформизмом? Тина Канделаки на философский вопрос ведущих ответить не смогла.

Не потому ли, что мозги её затуманены литературой постмодернизма?

Вадим ПОПОВ

televed@mail.ru 21

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 8 чел. 12345

Комментарии: 06.04.2011 22:41:26 - Марина Ивановна Чебыкина пишет:

Назвать побрякушками звезды Героев Соцтруда может только моральный урод, для которого важны лишь побрякивающие в карманах доллары

Театральная площадь

Жить и выполнять свои обязанности

ПО РУСИ

Анна КУЗНЕЦОВА, КИРОВ–МОСКВА

Конец театру предрекали почти так же часто, как истощение неф­тяных запасов (был доклад Римского клуба, в 1972 году назначившего этот «час Х» на 1992-й) и опустошение ресурсов пресной воды… Но пошло уже второе десятилетие нового тысячелетия, а нефть всё дорожает, вода не убывает, апокалипсис отодвигается… а вот с театром действительно день ото дня становится хуже и хуже.

Не могу отделаться от наивного убеждения, что цель любых реформ – это всё-таки улучшение жизни, иначе – зачем они?! А театр наш попал буквально под каток нынешних реформ государственной бюджетной сферы.

Ставшие притчей во языцех три модели собственности, предложенные на выбор театрам: государственная, АУ (автономное учреждение), частная, – как известное сказочное распутье. Налево пойдёшь – коня потеряешь, направо – голову сложишь… Всё безвыходно, всё хуже!

Кировский областной театр драмы пока остался в государственной собственности (стало быть, полностью зависит от бюджетного финансирования), а значит, в зарплатах перешёл на новую форму расчётов: то есть базовая часть, оклад плюс стимулирующие выплаты за «интенсивность» и так называемые компенсационные. Ну, оклад – понятно, его дают из областного бюджета, и он больше не стал, а дополнительные выплаты взять неоткуда.

Область, где из миллиона с небольшим жителей 18% живут за чертой бедности, где большинство зарплат составляет не более 10тысяч рублей и 20тысяч безработных, где театр, если не хочет потерять последних зрителей, не может поднимать стоимость билетов выше 150рублей (а несколько рядов для VIP-персон на премьеры – 250рублей), где заполняемость зрительного зала не выше 55%, не может «прокормить» свой театр, хоть и преданно любимый горожанами вот уже 135лет.

Кировский театр как может героически сопротивляется обстоятельствам и старается удержаться в профессиональном достоинстве. Его спектакль «Забыть Герострата» по давней и почти забытой многими пьесе Григория Горина, поставленный художественным руководителем Евгением Степанцевым, – важное тому свидетельство. Предметом тщательного рассмотрения на сцене становятся те человеческие страсти и пороки, которые губят общество: жажда славы и самоутверждения любой ценой, даже за счёт поджога храма Артемиды, тотальное стремление не честно исполнять долг, а пристроиться, хотя бы и к преступлению, но и здесь попытаться «поиметь» какую-либо выгоду, – вот они, увеличенные режиссёром в объёме, рисунке, способе подачи «герои», точнее – антигерои жизни. Далёкой? Времён античности? Сегодняшней? Ответы спектакля, его жгучая современность очевидны.

Герострат (Дмитрий Левинсон), повелитель Эфеса (Александр Тетерин) с женой Клементиной (Ольга Вихарева), архонт Клеон, верховный судья, разжалованный в тюремщики (Владимир Севостьянов), – они здесь являют собой настоящее скопище пороков, ненавистных режиссёру, отчего он порой даже слишком сгущает краски. Но главный объект – даже не они. Народ, превращённый в быдло, умело управляемый интриганами и карьеристами, – вот против кого направлен основной гнев и пафос спектакля.

Разумеется, такой по-настоящему гражданский спектакль на массового зрителя и на кассовый успех рассчитывать не может. В отличие от «Ханумы», также поставленной худруком, где достаточно самого сюжета, азартно разыгранного талантливыми артистами, – чего-чего, а этого кировчанам не занимать, – и аншлаги на месяцы вперёд обеспечены.

«Ханума» – спектакль-праздник, требующий от артистов не просто умения выходить на сцену и разговаривать, но и петь, и танцевать, и обладать неисчерпаемыми запасами юмора. Особенно хороши в спектакле женщины. Обе свахи, Ханума и Кабато (Наталья Исаева и Елена Одинцова), Текле (Галина Марина), Ануш (Галина Малышева) так властно, увлечённо, заразительно ведут за собой сюжет, так насыщают зрительный зал своей неиссякаемой энергетикой, так темпераментны и увлечены сами, что являются безусловными лидерами, точнее лидершами происходящего. Вообще как-то так сложилось, что Кировский драматический издавна стал «женским» театром, женская часть труппы здесь всегда была очень сильная. И яркий, весёлый спектакль «Ханума» прежде всего для них – замечательных актрис, ну и, конечно же, для зрителя, о котором здесь пекутся, которому посвящены непростые, порой мучительные раздумья: какие пьесы пойдут в сезоне, как они будут соотнесены друг с другом, какие лучшие артисты труппы получат интересные, значительные роли, и как они все вместе ответят на запросы своего города. Степанцев называет репертуарные потребности театра лоскутными, он знает, что успех его спектаклей – это прежде всего точный учёт зрительских потребностей и безошибочно составленный репертуар. Он включает в себя разное и порой неожиданное: и «Соловьиную ночь» Валентина Ежова, советскую классику, и редко идущую на сцене комедию Джона Пристли «Скандальное происшествие». Ещё одну комедию, но совсем иную – изысканную, тонкую, стильную, с особенным английским юмором. А конфликт главного героя Джорджа Кэттла (Александр Тетерин) с обществом, вызов, на который решается заурядный банковский служащий, его бунт, в котором рядом с ним неожиданно оказываются и Дэлия Мун (Светлана Золотарёва), и Моника, девочка, только начинающая жизнь (Светлана Лаптева), дают надежду, что они (а стало быть, и мы, сидящие в зрительном зале) ещё не окончательно потеряли возможность вырваться из серых будней на свободу, что они ещё, возможно, смогут начать заново другую жизнь. То есть конфликт драматургический, заложенный в этой пьесе, и «упакованный» в форму изысканной комедии, оказывается очень интересным для современных людей: деньги или свобода, привычная, унылая жизнь или бунт против неё. И попытка найти себя в каком-то новом качестве. Так, вдруг оказалось, что артист А. Тетерин ещё и замечательный музыкант-ударник. А их сцена с Делией, когда вместо объяснения в любви они «сыгрываются» на барабанах, одна из лучших в спектакле.

Кировская драма, невзирая на наличие рядом двух специализированных детских театров, привыкла включать в число своих зрителей и детей. Они понимают, что их – самый большой в городе театр – должен ставить самые интересные, масштабные спектакли для маленьких. И тогда появляется «Волшебник Изумрудного города» по знаменитой книжке Александра Волкова. Не просто яркое, красочное представление, а умный урок для детей с убедительными героями, ищущими предметы куда как «актуальные»: один – сердце, другой – мозги, третий – храбрость… Сказки – всегда прекрасная школа для актёров, проверка на мастерство, на фантазию, на умение «взять зал». А такие работы, как у Вячеслава Чистякова (Железный Дровосек), Владимира Шишлянникова (Страшила), Сергея Пушкина (Гудвин), да и общее существование актёров на сцене в ансамбле сделали бы честь любому взрослому спектаклю. Постановщик спектакля – актриса Елена Одинцова, пробующая себя в режиссуре.

Евгений Кузьмич Степанцев – мастер, на которого Кирову явно повезло, прямой ученик М.О. Кнебель, сразу же по окончании столичного ГИТИСа сознательно выбравший провинцию как место своего «послушания» и вот уже 30 (!) лет стоящий у штурвала театра. О том, что такое внутренние противоречия художника, он знает не понаслышке: с одной стороны, те сравнительно быстро выработавшие свой «ресурс» спектакли, которыми он по праву гордится, – «Ивушка неплакучая», «Три сестры», «Власть тьмы», «Контрольный выстрел», с другой – долгожители типа «Выходили бабки замуж» или «Пока она умирала», годами не сходившие со сцены и по сто–двести раз кряду собиравшие аншлаги. Это тоже отличительная особенность провинциальной театральной жизни. Хотя Степанцев не перестаёт быть неисправимым романтиком и верит, что когда-то эти две пока разные ипостаси театра совпадут.

Сейчас место «шлягера» на афише заняла незамысловатая, но добрая пьеса Андрея Иванова «Божьи одуванчики», весёлая «к'aмедь, да не только!», как определил режиссёр жанр истории про двух старух – актрису «погорелого» театра и её сестру, костюмершу, и их неиссякаемую, но и смешную жажду жизни (в спектакле ещё две чудные женские работы – Галины Мариной и Галины Малышевой). Худрук знает, что без современной пьесы театру не развиваться. Сейчас он репетирует пьесу Ю.Полякова «Одноклассники», которая в Кирове пойдёт под названием «Соврёшь – умрёшь».