Чтение онлайн

– Какие из недавно вышедших в Испании книг вы порекомендовали бы читателям «ЛГ»?

– Однозначно – роман Хуана Марсе «Настанет день, и я вернусь». Впрочем, назвать его недавно вышедшим нельзя. Он был издан в 1982 году, но к тому моменту, когда попал в СССР и был переведён, началась перестройка, для издания серьёзной литературы наступили не лучшие времена и потому его так и не издали на русском, хотя он переведён на многие языки и считается одним из самых значительных произведений испанской прозы ХХ века. В центре его – история анархиста-боевика, который после пребывания во франкистской тюрьме возвращается назад в Барселону. Его имя в прошлом овеяно легендами, а потому его возвращения со страхом ожидают его враги и с надеждой – его поклонники, особенно молодёжь. Однако герой романа, хотя он несломлен и не раз доказывает прежнюю силу духа, к этому моменту осознал бессмысленность насилия в сложившихся условиях, он отказывается от мести и закапывает свой пистолет под розовым кустом в саду. В конце концов, после многих перипетий, нанизанных на почти детективный сюжет, он погибает от рук своих бывших товарищей, не сумевших понять его. Из недавно вышедших книг я бы назвал роман Альмудены Грандес «Замороженное сердце» – своего рода сагу, в очень интересной, с постоянным присутствием тайны, форме повествующей о жизни нескольких мадридских семей (среди которых как противники, так и сторонники Франко) с кануна гражданской войны до нашего времени.

Ещё бы рекомендовал роман Хавьера Серкаса «Солдаты Саламины», вышедший в 2001году и имевший огромный успех в Испании и за рубежом, хотя автор его до этого был малоизвестен. В России прошёл фильм, снятый испанским режиссёром Давидом Труэба по этому произведению, однако, насколько мне известно, романа так и не издали. Фильм весьма далёк от романа, в котором действуют как реальные, так и вымышленные герои. Писатель расследует действительно имевший место эпизод времён гражданской войны, когда солдат-республиканец, рискуя жизнью, спас одного из видных идеологов Фаланги и позволил ему бежать. Автор книги находит своего героя в приюте для престарелых во Франции. Он сохранил своё былое достоинство и гордость. В финальной сцене он не разделяет восхищения автора его давним поступком, даёт понять, что не считает свой поступок экстраординарным, заслуживающим особого внимания, а лишь продиктованным естественными человеческими нормами.

Беседу вёл Александр НЕВЕРОВ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

ТелевЕдение

Можно понять?

ТЕЛЕБРАТЬЯ

Олег ПУХНАВЦЕВ

Во Львове 9 мая бандеровцы XXI века срывали с людей георгиевские ленточки, жгли красные флаги, плевали в окна автобусов с ветеранами, короче, совсем озверели. Российские СМИ реагировали на эти события со смешанными чувствами – возмущения и удивления. Но стоит ли удивляться, что натасканный стаффорд подтвердил свойство породы? Недоумевать следовало бы по другому поводу: почему до сих пор День Победы отмечают с прежним размахом в Харькове, Одессе, Донецке, Луганске?

Двадцать лет методичной десоветизации явили миру новую поросль – оголтелых русскоязычных украинофилов. В школе им рассказывали о «подвигах воинов УПА», улица воспитывала «русским шансоном». В результате жёлто-голубой период украинской истории безоговорочно доказал, что системная идеологическая работа позволяет делать настоящие чудеса. Берёза стала плодоносить волчьей ягодой.

Вот девочка-ботан, одиннадцатиклассница из Одессы, в программе «Шустер Live» размышляет, затрудняясь подбирать верное русское слово: «УПА, конечно, была против коммунизма, потому что, когда они хотели на свою сторону… залучиты больше кадров, они просто приверженцев советской власти убивали, это, конечно, каждый знает, однако я смотрела передачу про то, что НКВД переодевался под УПА и убивал мирное население».

Перед Днём Победы Савик Шустер, звезда украинского ТВ, устроил «интеллектуальную игру» между лицеистами Одессы и школьниками Львова. В итоге победила дружба. Молодёжь Галиции продемонстрировала гордость осанки, самоуверенную холодность, кастовую сплочённость, мировоззренческую прочность. Одесситы – суетливое заискивание. Отметим в скобках, что название одесского лицея – «Приморский» – отдаёт шашлычком, а его отборные ученики ловко оперируют понятием «советский режим» и употребляют слово «ихний».

Савик Шустер был очень рад корректному диалогу, атмосфере, да и почему не радоваться, ведь команды сошлись в главном: УПА – борцы за независимость Украины. (В тесте были другие варианты: «борцы против нацизма», «борцы против коммунизма» и совсем фантастический, обсуждать который и смешно, и неловко: «пособники нацистов»).

Главным итогом Второй мировой войны для Украины признано «установление тоталитарного коммунистического режима». Варианты «вступление Украины в ООН» и ещё более курьёзный «спасение украинского народа от уничтожения» не рассматривались. Один одессит, правда, робко предложил обратить внимание на версию «объединение всех украинских этнических земель». Версия эта, однако, не прошла, потому что львовяне посчитали: ещё не все этнические земли отошли Украине…

Когда всё это началось? В конце восьмидесятых прошлого века. Perestroika неожиданно материализовала на Востоке Украины мужчин в вышиванках с жёлто-голубыми флагами, театральными усами и трезубцами. Питающаяся «Огоньком» либеральная образованщина легко приспособила этот «праздник Нептуна» к своему тогдашнему плану. Выяснилось, что бандеровцев «можно понять», оказалось, что русскоязычные антисоветчики готовы использовать «свидомых» как аргумент в разговоре о «застенках Гулага». Кто кого использовал на самом деле, выяснилось позже. Совсем скоро стало ясно – уловка «можно понять» работает по принципу ниппеля, в одном направлении. Оказалось: 1) «можно понять» только бандеровцев, 2) грязь липнет исключительно к красному флагу.

Вот с тех пор народ и убеждали, что «пид цым прапором гвалтувалы нашых дивчат», и в результате к 2011-му остался единственный аргумент в пользу красного знамени – вывесить рядом с жёлто-голубым «хотя бы из уважения к ветеранам», то есть в качестве милостыни. Этот аргумент обречённо и безуспешно повторяют регионалы, а ещё они твердят (чтобы в Европе плохо не подумали): красное знамя – это не флаг Советского Союза, а символ Победы. Регионалы собрались евроинтегрироваться.

Подобную казуистику в отцеженном виде можно услышать в главных политических шоу Украины «Шустер Live», «Большая политика». Вот и по следам львовских событий с фирменным скепсисом модерировал Евгений Киселёв, блистали интеллектом русскоязычные украинофилы, украиноязычные русофобы, не скрывая особенно своего отношения к событиям во Львове – виноваты пророссийские «левые радикалы», зачем, мол, развернули красный флаг, зачем спровоцировали беспорядки…

Достаточно посмотреть последние выпуски программ Шустера и Киселёва, послушать риторические упражнения украинской интеллектуальной элиты, чтобы сделать вывод: перестроечное «можно понять» окончательно трансформировалось в «нужно понять, иначе будет кровь». Новую уловку продвигают с помощью новых персонажей (оцените тонкость манипуляции) – вместо Виталия Коротича на авансцене появляются актуальные московские гости, идеи западенцев популяризируют с помощью квазипредставителей России. Именно Шустер и Киселёв выводят в свет партию «Свобода», в мягких креслах телестудий бандеровцы приобретают желанную респектабельность.

Киселёв и Шустер – настоящие профессионалы, имеют особую – ласковую манеру обхождения. Они будто бы следят за политическим процессом со стороны, попробуйте таких упрекнуть в личных симпатиях… Однако показная нейтральность заканчивается, когда возникает малейший повод проявить антисоветские взгляды. Именно так, почти незаметно, методично отрицая всё советское, авторитетные ведущие убеждают народ окончательно отказаться от красного флага. В этом смысле львовские события оказались некстати, что называется, сбили с ритма. Убаюкивающее «нужно понять, нужно понять» беспардонно прервали неполиткорректные нацисты: «Хальт! Понимайт!»

Однако и сцены насилия можно использовать для дела. По старой, хорошо знакомой Киселёву и Шустеру методике, зарекомендовавшей себя на последних выборах Ельцина (народу внушали, что поддержка коммуниста является голосованием за ГУЛАГ). Так и сейчас на Украине – красное знамя становится символом насилия. Насилия не из какого-то абстрактного прошлого, а конкретного настоящего, которое по телевизору показывают.

Прокомментировать>>>