Чтение онлайн

И вдруг, как титры на экране, -

Последнее из расставаний -

С самим собой.

На грани времён

ПОЭЗИЯ АМЕРИКИ

Елена ДУБРОВИНА

Родилась в Ленинграде. Уехала из России в 1978 году. Книги стихов "Прелюдии к дождю", "За чертой невозвращения". В этом году вышла книга рассказов The Dying Glory ("Умирающая слава") и двуязычная антология русской поэзии в изгнании Russian Poetry in Exile. 1917-1975. Стихи, литературные эссе и рассказы печатались в различных русскоязычных периодических изданиях. Живёт в Филадельфии, США.

* * *

Не думать о смерти. Но ржавый замок

Под утро скрипит, вызывая тревогу.

Сварливая ночь повторяет урок

И старый рюкзак собирает в дорогу.

Как в комнате тихо. Смертельный покой

Едва нарушает движение мысли.

И тихо считает всю ночь метроном

Часы и минуты - о жизни, о смысле...

Я сплю и не сплю. Я парю над скалой

На грани времён и на грани бессмертья.

Но рвётся душа в неизвестность порой,

Где в строчках стихов затерялись столетья,

Где рифмы сплетают ажурную сеть,

Где птицы давно щебетать перестали,

И с ангелом белым сражается смерть.

И море застыло, как будто из стали.

Ночь ссорится с утром. Я слышу их брань.

Засовы скрипят, как шаги по паркету...

Завяла на солнце в стакане герань...

Ночь старый рюкзак всё таскает по свету...

За выдуманной стеною

ПОЭЗИЯ АМЕРИКИ

Борис КОКОТОВ

Родился в 1946 году в Москве. Автор восьми сборников стихов, последний - "Смена декораций" (2012), а также ряда переводов из немецкой, английской и американской поэзии. Член редколлегии интернет-журнала "Гостиная", участник литобъединения "Орлита". С 1991 года живёт в Балтиморе, США.

На обочине вечности

На обочине вечности разговор тeт-а-тeт.

Прохрипела труба архангела - cборы? побудка?

На ладони у Бога спит мой старый отец,

перевитый, как пуповиной, дыхательной трубкой.

Я хочу дотянуться хотя бы ресницей строки,

я пытаюсь прочесть в серый камень обутое слово.

Разрушая миры в оголтелой игре в городки,

о, Небесный Отец, для чего отнимаешь земного?!

Если лик Твой сокрыт, если имя Тебе - Немота,

если бедный мой папка - подушка для швейных иголок,

сли плач мой - под каменной буквой черта,

пусть архангел тогда не дудит у пустых мышеловок!

На обочине вечности боль превращается в свет.

Облекаются в свет шаткий столик, газета с кроссвордом.

"Ты простужен, сынок?" - "Не волнуйся!" - шепчу я в ответ.

Эхо звёзд.

Остывающей меди аккорды...

Хочешь?

Хочешь пройти сквозь стену?
– пройди, а потом вернись,

чтобы забрать с собой то, что принадлежало:

в соседней камере точно такая жизнь

как и здесь, но приходится жить с начала,

а не с конца, к чему твой аватар привык,

неторопливо листая книгу справа налево.

Там не читают таких безнадёжных книг,

когда покупают чипсы в seven-eleven.

Хочешь согнуть из проволоки маленького скрипача?

Лучше согни горниста - этот не отличает.

В шёлковом алом галстуке ластится алыча

к дымчато-ароматной пачке цейлонского чая.

Ласковое сокровище, искреннее как нарыв

детской любви, цветущей за выдуманной стеною.

Хочешь пройти насквозь?
– пройди, а потом умри

треснутой грампластинкой под судорожной иглою.

Мест нет

ПРОЗА АМЕРИКИ

Семён КАМИНСКИЙ

Прозаик, член Международной ассоциации писателей и публицистов, Международной федерации русских писателей и Объединения русских литераторов Америки. Родился в 1954 году в городе Днепропетровске. Публиковался в России, на Украине, в США, Канаде, Израиле, Германии, Финляндии, Дании, Латвии. Лауреат премий журналов "Дети Ра" (2011) и "Северная Аврора" (2012). Автор книг: "Орлёнок на американском газоне", "На троих". Сборник рассказов (в соавторстве с В. Хохлевым, А. Рабодзеенко), "Папина любовь", "30 минут до центра Чикаго". Живёт в Чикаго.