Чтение онлайн

Я ощутил в своём родном просторе

Святую необманчивость земли.

Песчаная, болотная, лесная...

Для предков с самой давней старины

Была ты чаще адом, а не раем,

Но всё ж тебя не бросили они.

Не побрели куда-то сквозь метели

В края чужие, где теплей, сытней...

Тот, кто к тебе прописан с колыбели,

С тобой пребудет до последних дней.

О Беларусь! Как сердце гулко бьётся!

Я о любви не смею говорить,

Ведь в верности Отчизне не клянётся

Тот, кто не может без неё прожить.

Меня ты и учила, и лечила,

И песенных душе давала сил.

Моя зелёнокрылая Отчизна,

Страна курганов и святых могил.

* * *

Слово лечит и калечит,

Лишь одно из многих слов

Наши жизни человечит:

Слово светлое – любовь.

Мир зачахнет и поблекнет

В бесполезности своей,

Если вдруг оно исчезнет

Для земли и для людей.

Где ты, истина святая?

Из глубин далёких лет

Слово это прорастает

Светом, явленным на свет.

...Перепёлка плачет в жите,

И гудят шмели в траве.

Не гневите, а любите

Всё живое на земле.

Чтоб порою неизбежной

Каждый сердцем не забыл

И ответил жизни грешной:

Что любил,

Кого любил.

Колодец копают

Колодец копают!

Колодец копают!

Чистое всё на себя надевают.

Не ссорятся тётки. Не курят мужчины,

Как будто здесь все собрались на родины.

И вот под лопатами гравий скрипит –

Желтеет, лоснится и влажно блестит.

А нам запрещают его рассыпать –

И новые сменщики лезут копать.

Стараемся вглубь заглянуть, умолкая.

А там и земля уже, нет, не такая.

На дне остаётся теперь лишь один,

Но это сильнейший из сельских мужчин.

Он там подгоняет дубовые кольца,

Округло сжимая пространство колодца.

Советники дружно о чём-то кричат,

А он ожидает, пока замолчат.

Он знает: от крика такого – беда, –

Мутнеет и прячется в землю вода!

И вот он ныряет в дубовую клеть.

Теперь бы родник ему не проглядеть,

Не то забурлит на глубеющем дне...

Ну вот, уже вёдра стучат по спине.

Он мысленно нетерпеливых ругает,

А сам всё копает, копает, копает.

И вдруг из той клети, где зыблется мгла:

«Ой, братцы, смотрите!

Ой, братцы, пошла!..»

А «братцы» не видят ещё ничего,

Лишь мокрую, чёрную спину его,

Но дружно советуют: «Глубже копай!

Давай шевелись и смотри, не зевай!..»

И на руки хукая, дядька копает,

Да так, будто клад для себя добывает.

А всё остальное – уже не беда,

Была б лишь прозрачной и чистой вода!

Последний круг

И.П. Мележу

Трудно

Стае птиц без вожака...

На Полесье

Посреди болота

Вижу я ещё издалека

Танец журавлей перед отлётом.

Звёзд неблизких

Слыша вдруг хорал,

Скачут птицы

Под напев картавый.

Не тревожат

Этот ритуал

Звери приутихшие и травы.

Чуть поодаль

Замерший вожак,

Вспоминая,

Где ж друзья былые,

Вскинул клюв

И наблюдает, как

Дерзновенно скачут молодые.

Пусть поскачут

Среди спелых трав,

Каждому

Есть место в междулесье.

Пусть узнают

Всё, что он познал

В холодящих высях

Поднебесья.

А пока,

Печально величав,

Нет, уже не в свадебном

Дуэте,

Журавлихе пёрышки

Журавль

Чистит

В задрожавшем звёздном свете.

Он ещё

Поднимет ввысь

Косяк,

Бросит клич –

И гордый, и смиренный,

Хоть не скажет

Стае птиц вожак

То, что совершает

Круг последний.

Сентябрь

Опять сентябрь – запасливый грибник –

Усердствует на мшащихся низинах,

Дрожит роса на гибких паутинах

И травостоя запахи роднит.

Лучи несуетливо аж до дна

Просвечивают водные глубины.

И гроздья тяжелеющей калины

Вновь соками насытились сполна.

Такой сентябрь мне нравится всегда

Не потому, что в нём и я родился.

Мне в сентябре весь этот мир открылся

Той зрелостью, что соком налита.

Весь мир! Я сам сентябрьский – и сейчас,

Как будто гроздь, просвечиваюсь тонко.

Пою, пою не тихо и не звонко

Для вас, просторы милые, для вас.

Опять щемяще чувствую душой

Всю ясность, завершённую в природе:

И в журавлином сдержанном полёте,

И в охладевшей быстрине речной.

Всё ищет улей поздняя пчела.

И кротко мягок мир, как та вощина.

Вновь добротой просвечена Отчизна –

Багрянцем бора празднично светла.

Перевёл  Изяслав КОТЛЯРОВ

Теги: Анатолий Гречаников , белорусская поэзия

Владимир Гниломёдов. На рубеже времён (русскоязычная поэзия Беларуси).- Минск: унитарное предприятие "Голиафы", 2013.– 200 экз.

Свою новую книгу известный литературовед и писатель Владимир Гниломёдов посвятил обзорному анализу русскоязычной поэзии Беларуси. Сделано это впервые. Несмотря на неизбежную фрагментарность (ведь речь идёт о множестве поэтических имён), автор сумел достичь масштабной целостности своего аналитического повествования. Уже с первых строк он напоминает о примечательном юбилее – тысячелетии восточно-славянских литератур, и рассматривает творчество известных и не очень известных поэтов именно в этом контексте. Отсюда и название книги: «На рубеже веков».