Литературные вечера. 7-11 классы
Шрифт:
Третий ведущий :
Кавказ, далекая страна, жилище вольности святой. Лермонтов полюбил «синие горы Кавказа» еще тогда, когда, приехав сюда маленьким мальчиком, с бабушкой, увидел их впервые. И вот судьба вновь привела его на Кавказ. Из письма Лермонтова Марии Александровне Лопухиной: «Милый и добрый друг… У меня здесь славная квартира; каждое утро из окна я смотрю на цепь снежных гор и Эльбрус; вот и теперь, сидя за письмом к вам, я то и дело останавливаюсь, чтобы взглянуть на этих великанов, так они величественны…»
И над вершинами Кавказа
Изгнанник рая пролетал;
Под ним Казбек, как грань алмаза,
Снегами вечными сиял;
И, глубоко внизу чернея,
Как трещина, жилище змея,
Вился излучистый Дарьял;
И Терек, прыгая, как львица
С косматой гривой на хребте,
Ревел – и хищный зверь, и птица,
Кружась в лазурной высоте,
Глаголу вод его внимали;
И золотые облака
Из южных стран, издалека
Его на север провожали;
И скалы тесною толпой,
Таинственной дремоты полны,
Над ним склонялись головой;
Следя мелькающие волны;
И башни замков на скалах
Смотрели грозно сквозь туманы —
У врат Кавказа на часах
Сторожевые великаны!
Четвертый ведущий :
Эти сияющие горы, бурные реки, зеленеющие долины Лермонтов щедро прославляет не только пером поэта, но и кистью вдохновенного художника. Из письма Лермонтова С. Раевскому: «С тех пор, как выехал из России, поверишь ли, я находился до сих пор в непрерывном странствовании, то на перекладной, то верхом; изъездил Линию всю от Кизляра до Тамани… Я снял на скорую руку виды всех примечательных мест, которые посещал, и везу с собой порядочную коллекцию…»
И перед ним иной картины
Красы живые расцвели:
Роскошной Грузии долины
Ковром раскинулись вдали.
Счастливый, пышный край земли!
Столпообразные раины,
Звонко бегущие ручьи
По дну из камней разноцветных,
И кущи роз, где соловьи
Поют красавиц, безответных
На сладкий голос их любви;
Чинар развесистые сени,
Густым венчанья плющом;
Ущелья, где палящим днем
Таятся робкие олени;
И блеск, и жизнь, и шум листов,
Стозвучный говор голосов,
Дыханье тысячи растений;
И полдня сладострастный зной,
И ароматною росой
Всегда увлажненные ночи;
И звезды яркие, как очи,
Как взор грузинки молодой!
Первый ведущий :
Великий кавказец, поэт Ованес Тумаян, назвал Лермонтова приемным сыном Кавказа: «Кавказ – древний витязь, стоящий между Востоком и Западом, Югом и Севером… Тысячи людей прошли через Кавказ, все они были для Кавказа прохожими; одни явились друзьями, другие – недругами, третьи – гостями, а приемных сынов у него было мало. К числу этих немногих… принадлежат два великих русских поэта: Пушкин и Лермонтов… Они любили Кавказ, а Кавказ – их, и они стали навеки великими сынами Кавказа». Изображая роскошную природу Кавказа в своих стихотворениях и поэмах, Лермонтов исполнил долг любви к прекрасной земле, к людям этой земли, которую считал своей второй, поэтической родиной.
Тебе, Кавказ, суровый царь земли,
Я снова посвящаю стих небрежный.
Как сына, ты его благослови
И осени вершиной белоснежной;
Еще ребенком, чуждый и любви,
И дум честолюбивых, я беспечно
Бродил в твоих ущельях; грозный, вечный,
Угрюмый великан, меня носил
Ты бережно, как пестун, юных сил
Хранитель верный – и мечтою
Я страстно обнимал тебя порою.
И мысль моя, свободна и легка,
Бродила по утесам, где, блистая
Лучом зари, сбирались облака,
Туманные вершины омрачая,
Косматые, как перья шишака;
А вдалеке, как вечные ступени
С земли на небо, в край моих видений,
Зубчатою тянулись полосой,
Таинственней, синей одна другой,
Все горы, чуть приметные для глаза,
Сыны и братья грозного Кавказа.
Второй ведущий :
В апреле 1838 г. благодаря неустанным хлопотам бабушки Лермонтов переведен в лейб-гвардии гусарский полк, расквартированный под Царским Селом. Период между двумя ссылками – самый плодотворный для Лермонтова. Он работает над «Героем нашего времени», публикует «Песню про купца Калашникова», написал «Мцыри», переработал «Демона». И, конечно, стихи:
Печально я гляжу на наше поколенье!
Его грядущее – иль пусто, иль темно…
Толпой угрюмою и скоро позабытой
Над миром мы пройдем без шума и следа…
Это строки из стихотворения «Дума». И также горько звучат размышления поэта о собственной судьбе.
Чтец:
И скучно и грустно, и некому руку подать
В минуту душевной невзгоды…
Желанья! Что пользы напрасно и вечно желать?
А годы проходят – все лучшие годы!
Любить… но кого же?.. на время – не стоит труда,
А вечно любить невозможно.
В себя ли заглянешь? – там прошлого нет и следа:
И радость, и муки, и все там ничтожно…
Что страсти? – ведь рано иль поздно их сладкий недуг
Исчезнет при слове рассудка,
И жизнь, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг —
Такая пустая и глупая шутка…
Барант :
– До меня дошли слухи, что Вы, господин Лермонтов, распространяете обо мне порочащие мою честь эпиграммы!
Лермонтов :
– Верить сплетням – удел неумных женщин. Я считаю даже излишним вступать с вами в объяснение по такому поводу. В конце концов, это становится скучным.
Барант :
– Вы поступаете неблагородно. Советую вам взять свои слова обратно.
Лермонтов :
– Я не нуждаюсь в ваших советах, сударь.
Барант :
– Если бы я был во Франции, я бы знал, как поступить с вами.
Лермонтов :
– В России правила чести соблюдаются так же строго, как и во Франции.
Барант :
– Однако вы пользуетесь тем, что находитесь в стране, где дуэли запрещены.
Лермонтов :
– Это ничего не значит, сударь. Я к вашим услугам. Сегодня же я пришлю к вам моего секунданта.
Барант :
– Но мы будем драться на шпагах.
Лермонтов :
– Как угодно. Пистолеты вернее и решительнее кончают дело. Я предпочел бы пистолеты, но выбор оружия принадлежит вам.
Первый ведущий :
Дуэль с Барантом состоялась 18 февраля 1840 г. за Черной речкой. Сначала дрались на шпагах. Потом перешли на пистолеты. Барант стрелял первым и промахнулся. Лермонтов выстрелил в сторону. Противники тут же помирились. Военно-полевая комиссия обвинила Лермонтова в том, что он был зачинщиком дуэли. Николай I приказал перевести Лермонтова в Тенгинский пехотный полк, который принимал участие в опасных делах против горцев.