Чтение онлайн

Виктор… Теперь она может найти Виктора!

Лиза отвлеклась, и огонёк погас. Ничего, теперь это только вопрос времени. Она представила себе мужа и создала Искателя. Призрачная лисичка возникла на её плече, повела чутко носом, втягивая и запоминая образ Виктор. Вильнула огненным хвостом и пропала.

Внешний вид Искателя зависел от характера мага. У Виктора Искатель имел вид коршуна, у шефа – удава с янтарными глазами. Это было неудивительно, даже обычные люди решают задачи по-разному, что уж говорить про магов.

Запахло палёной шерстью, в воздухе рядом с Лизой появился Искатель. Лисичка виновато поджимала лапки, роскошный хвост обгорел и превратился в прутик. Лизе даже стало её жалко, хотя Искатель не живой и не может чувствовать боли. Вид зверька – это отчёт, то, как воспринимает хозяин Искателя результат поисков. Лиза щёлкнула пальцами и лисичка развеялась.

Она пока не готова, ей не хватает сил создать настоящее, мощное заклинание. Искателя, который будет поддерживать себя сам, без внешней подпитки. Лиза и не ожидала, что всё получится сразу. Она в этом мире всего лишь месяц, и совсем недавно ничего не могла сделать сама.

Лиза мстительно улыбнулась. Рано или поздно силы вернутся, и тогда кое-кто пожалеет, что месяц назад посмел напасть на них на горной дороге!..

Матвей никогда не думал о программировании. Про эту профессию он только читал в фантастических книжках или слышал, когда в новостях рассказывали о страшных хакерах. Хакеры почему-то были обязательно русские.

С детства Матвей хотел быть альпинистом. Штурмовать гималайские восьмитысячники, висеть над бездной на отвесной стене, оглядывать мир с острого пика. Такие вот картинки крутились в его мечтах. Кто мечтает и ищет, тот всегда находит. Нашлись и у него сподвижники. Так Матвей вступил в клуб «Вертикаль».

Два года пролетели как один день. Тренировки на заброшенной электростанции, посиделки у костра с гитарой, песни и споры обо всём на свете. Знакомство с Танечкой… Клуб «Вертикаль» собирался по выходным и праздникам, а в будни Матвей пропадал на двух работах и трёх халтурах. Альпинизм и скалолазание и сами по себе увлечения не дешёвые, а ещё Матвей откладывал деньги на поездку в Сибирь, на Красноярские Столбы.

В поезде удалось купить три смежных купе. Среднее стало их временным лагерем. Там они пели песни и травили байки, и пьянели без вина. Расползались сильно за полночь. Тогда Матвей впервые поцеловал Танечку и был шальным от счастья.

Из Красноярска его привезли на носилках и в корсете. Эйфория первого пика сыграла с ним дурную шутку.

– Какие горы, о чём ты, молодой человек? – сказала звезда областной неврологии, на приём к которому его привезли родители. – Скажи спасибо, что жив остался. Нигде тебя не поправят, хоть в Америке, хоть в Германии. Всякое бывает, конечно, но учись жить на коляске.

И Матвей учился. Наука эта, – если забыть о бытовых неудобствах, – нехитрая. Но к любым неудобствам привыкаешь, особенно если тебе двадцать лет и ты не хочешь превратиться в обузу для родных.

Матвей этого не хотел. Конечно, проскочила сладкая, но малодушная мыслишка встать в позу обиженного ребёнка. Не присмотрели вовремя, не уберегли бедного мальчика, вот теперь и страдайте! Матвей сумел задавить эту мысль, изгнать на периферию сознания. Родителям и так не сладко, зачем добавлять им горя?

Надо было жить. Но как? Друзья и знакомые по «Вертикали» покинули его, и первой оказалась Танечка. Матвей скрипнул зубами, но простил. Зачем ей, молодой и красивой, инвалид?

Он попробовал пить, и ему не понравилось. Горькое пьянство требует привычки, а он не успел её приобрести. Водка была слишком противной на вкус, а коньяк – слишком дорогим. Кроме того, за опьянением всегда следовало унизительное и бессмысленное похмелье.

Матвей заново открыл для себя сеть. Раньше работа и тренировки сжирали всё его время, теперь же оно затопило его с головой. Бороздя электронные моря, Матвей наткнулся на программистский форум. Открыл от скуки одну из веток… и остановился в ошеломлении!

Перед ним открылся огромный мир, настолько же далёкий от школьной информатики, насколько далёк изуродовавший его каменный останец от Эвереста. Этот мир дразнил мириадами тайн, и он же взирал на Матвея с добродушным презрением.

Иди мимо, мальчик, здесь умные и занятые.

Матвей обиделся. Он перечёл учебник и записался в одну из тематических групп. Сначала над ним смеялись, потом стали снисходить до помощи и разговора. От новых знаний пухла голова, но через год Матвей написал свою первую утилиту, а через полтора – сломал первый сайт.

Это был сайт какого-то сетевого неофита, это был детский, простодушный хак, но Матвея заметили. С ним связались мудрые люди и посоветовали не глупить. Ему не место в океане, где водятся мако скриптов и кархародоны машинных кодов. Зачем рисковать, если хороший программист в силах заработать честно?

Матвей внял и уяснил. Он впрягся в работу, он брался за всё, пахал дни и ночи, и скоро забыл про пенсию по инвалидности. Теперь у него появились совсем другие деньги, и он стал потихоньку помогать родителям. Вскоре Матвей переехал в съёмную квартиру, нанял домработницу, которая согласилась заодно и на работу сиделки.

Вера Ивановна никогда не унывала, никакое занятие не считала зазорным, знала множество песен и не стеснялась их петь. Кроме того, она была набожна и простодушна, одновременно верила в приметы и в сглаз, и регулярно ставила за Матвея свечки вцеркви.

Каждую неделю Вера Ивановна купала его в ванне. Матвей стеснялся своих бледных ног, бёдер, которые стали тоньше коленей, беспомощной промежности. Это всё не его, уговаривал он себя, это чужое, он – только то, что выше пояса… Вера Ивановна относилась к этому проще.

– Бедненький, – приговаривала она, намыливая ему спину. – Эка тебя угораздило! Разных я мыла, – улыбаясь, рассказывала она между делом. – Коматозников мыла, тяжёлых, расплывшихся, с пролежнями! Не думай о мелочах, Матвей. Помни, тебе надо тело в чистоте держать, я и тебе в этом помощница. А человек там, где бог, – она распрямлялась, вытирала клочок пены со лба. – Человек здесь и здесь, – прикладывала тыльную сторону ладони сначала ко лбу, потом к груди, – всё, что ниже, это дьявол, зачем его звать? Сам явится.

– Почему тело? – спрашивал Матвей. – Почему не дух?

– В здоровом теле здоровый дух. А не мыться, будет дух – только ух! – отвечала Вера Ивановна неожиданным каламбуром.

Именно от Веры Ивановны узнал он про врачевательницу Лизу.

Вера Ивановна перенесла его, чистого и благоуханного, завёрнутого в простынню, на кровать, а сама приводила ванную комнату в порядок. Гремела ведром, шуршала пластиковой занавеской и говорила, говорила… Потом замолчала, пришла и встала с виноватым видом рядом с кроватью.