Чтение онлайн

Что именно необходимо для составления суждения о сложной задаче? Какие нужны умственные способности, чтобы прийти к разумному решению? На рисунке 17 показано возможное разделение этого общего процесса.

Рис. 17. Стадии организации действия

Конечно же, в сложной проблемной ситуации будет разумно первым делом ясно определить цель, которую нужно достичь. Ведь в каждой ситуации никогда не бывает сразу ясно, чего человек на самом деле хочет. Когда выдвигается требование, чтобы город-спутник стал удобнее для проживания, то при обдумывании этого требования возникает вопрос: а что следует понимать под понятием «удобный для проживания»? Улучшенное транспортное сообщение с деловым центром? Обеспечение большего количества досуговых мероприятий? Улучшение ситуации с детскими садами и школами? Увеличение контактов между жителями? Все это и многое другое может скрываться за понятием «удобный для проживания». Кроме того, с самого начала неясно, к чему, собственно, следует стремиться в этой ситуации. Ясно лишь то, что ситуация в городе-спутнике такова, что в чем-то он неудобен для жизни. Формулирование цели в сравнительной форме («удобнее для проживания», «лучше», «удобнее расположенный», «более дружественный для пользователя») достаточно часто указывает на то, что человек не знает точно, к чему он на самом деле стремится. И конечно же, для него было бы разумно иметь для своих суждений и решений ясные цели – тогда у него под рукой будут основные принципы и критерии, с помощью которых он лучше сможет оценить пригодность или непригодность принимаемых мер. Помимо недостаточной конкретики в целях, есть еще некоторые «дефицитные» свойства таких ситуаций, усложняющие планирование и поиск решений. На них мы детально остановимся в следующей главе. Первым же делом давайте посмотрим, что принимается в расчет, когда человек обдумывает стадии планирования и принятия решений.

На рисунке 17 стадия, следующая за определением цели, – это построение модели и сбор информации. Звучит весьма банально. Естественно, в сложной и неясной проблемной ситуации нужно позаботиться о сборе необходимой информации. Нужно попытаться самостоятельно прояснить ситуацию. Опять же, это только сказать легко, а сделать довольно трудно. Многие ситуации складываются так, что от нас требуется оценка или решение в рамках определенного срока, которого совершенно недостаточно для получения всей необходимой информации. Кто из людей на атомной электростанции, принимающих решения и имеющих весьма определенные суждения о тех или иных вещах, на самом деле хорошо разбирается в этой теме? Этот вопрос можно поставить еще более остро: кто вообще в достаточной степени разбирается в чем-либо? Существует ли вообще у обычного человека возможность составить для себя точную картину того, по поводу чего от него требуется некое суждение? Для того чтобы иметь возможность составить глубокое суждение об атомной электростанции, переработке ядерного топлива, вооружении или разоружении, проблемах беженцев, вопросах управления экономикой, необходимых мерах по борьбе со СПИДом и т. д., человеку потребовались бы непрерывное чтение, размышление и обучение. Естественно, это невозможно: ведь еще нужно когда-то работать, спать и есть. Проблема ограниченного времени на сбор информации касается не только обычных людей: в большинстве случаев политики тоже не имеют времени на то, чтобы принять к сведению даже ту информацию, которая имеет непосредственное отношение к делу, не говоря уже о сборе новой информации, которая в данный момент отсутствует или недоступна напрямую. Возникает проблема, насколько далеко человек может зайти при сборе информации. Существуют ли какие-то разумные ограничительные правила, которые говорят ему: «Все, при нынешних обстоятельствах тебе известно достаточно!»? Существует ли возможность собирать информацию только на очень общем уровне, необходимом для принятия решения в определенных условиях? Есть ли правила, дающие разумные критерии выбора нужной степени информированности? Когда мы обращаем слишком пристальное внимание на слишком мелкие детали? А когда мыслим слишком неточно и обобщенно?

Однако одним только сбором информации дело не ограничивается. Нужно еще так интегрировать эту информацию, чтобы получилась какая-то общая картина, «модель» реальности, с которой можно работать. Неограниченное накопление информации о тех или иных параметрах ситуации лишь увеличивает неясность обстановки и не помогает принимать решения. Все должно как-то гармонировать друг с другом: человеку нужна не просто куча информации, а такая картина ситуации, которая дает ему возможность отличить важное от несущественного и понимать, что связано с проблемой, а что нет. Человеку требуется то, что мы описали как «знание структуры» – то есть представление о том, как вещи взаимосвязаны. О механизмах же интегрирования информации мы подробнее поговорим в главе «Информация и модели».

Следующая стадия на рисунке 17 – фаза прогнозирования и экстраполяции. Получив достаточно информации об определенной ситуации, человек должен быть в состоянии не только охватить взглядом существующее положение дел, но и оценить перспективы развития, которые возникают из нынешней ситуации. Сейчас она такова, но как она будет развиваться дальше? Этот вопрос часто бывает важнее для планирования и оценки принимаемых мер, чем сама текущая ситуация. Тот факт, что сейчас в моем бумажнике лежит сто евро, приобретает совершенно иное значение, если вчера в нем было двести, а позавчера – триста евро, чем если вчера в нем лежало пятьдесят, а позавчера – только двадцать евро. Имеет ли нынешняя ситуация тенденцию к росту или к снижению – вот что имеет большее значение, чем сама эта ситуация. В главе «Ход процесса во времени» мы рассмотрим некоторые данные, которые проливают свет на способность человека составлять для себя картину тенденций развития.

Когда у человека есть представление об имеющемся состоянии дел и когда он знает, как ситуация будет развиваться дальше, следующим шагом, как показывает рисунок 17, будет составление картины возможных мер. Что человек станет делать? Нужно ли вообще что-либо предпринимать? Ответ на эти вопросы часто выглядит совершенно банально: человек поступает так, как всегда поступал раньше. Превратившееся в ритуал поведение, конечно, имеет свои преимущества. Нет необходимости в каждой новой ситуации заново погружаться в размышления о том, как лучше поступить. Возможно, именно по этой причине мы склонны к ритуалам, и это часто бывает разумно. С другой стороны, через «методизм», как назвал тенденцию к такому ритуально-штампованному поведению Карл фон Клаузевиц[23], в наше поведение проникает консерватизм. В психологии существует много экспериментов, которые показывают, каким образом люди ограничены в своих действиях тем, что ведут себя согласно своим «штампованным» представлениям. В главе, посвященной планированию, мы подробно рассмотрим эту тему.

После планирования мер наступает время принятия решений. Зачастую существует несколько альтернативных вариантов действия, которые на первый взгляд кажутся хорошими, и теперь важно выбрать из них самый лучший. И это тоже непростая задача.

После принятия решения наступает время действовать: человек должен претворить в жизнь запланированные меры. И это тоже трудное дело. К примеру, этот процесс должен быть связан с постоянным самоконтролем. Произойдет ли на самом деле то, чего я ожидал? Были ли верными предпосылки моих действий? Или я должен вернуться к предыдущей организационной фазе? Должен ли я собрать новую информацию, поскольку та, которая лежала в основе запланированных мной мер, явно была неверной? Должен ли я выработать новые направления действий, поскольку те, что уже были выбраны, неэффективны? Должен ли я изменить всю свою общую модель данной ситуации?

С другой стороны, часто оказывается неразумным слишком рано отказываться от уже избранной линии поведения. Упорство и настойчивость зачастую тоже приводят к цели. Однако бывает непросто найти золотую середину между упрямым следованием выбранному пути и слишком быстрым отказом от него при первых же возникших трудностях. В главе «Планирование» мы займемся этой темой плотнее.

Итак, можно приблизительно представить себе стадии организации комплексных действий. Разумеется, представленный на рисунке 17 путь – это лишь схема; как правило, в реальности мы не просто переходим от одной стадии к другой. В норме человек сначала проясняет для себя цель, затем собирает информацию, предполагает вероятное будущее, планирует меры и, наконец, приходит к принятию решения, а после этого пересматривает уместность своих действий. Гораздо чаще случается так, что человек лишь на стадии сбора информации замечает, что его цели недостаточно ясны, чтобы дать ему действительно хорошие критерии для сбора этой информации. Часто только в процессе выработки линии поведения люди замечают, что информация, которую они считали достаточной, на самом деле таковой не является. Часто хорошо спланированные меры на деле оказываются неверными. Как видно на рисунке 17, между различными стадиями есть стрелки, означающие возврат назад. Фактическое планирование сложного пакета мер может состоять из многочисленных переходов туда и обратно между различными стадиями. Однако схематическое изображение стадий на рисунке 17 не описывает фактически протекающий процесс, которым занимаются реальные люди; оно лишь облегчает нам представление об этом процессе. Пять показанных на нем стадий – это возможное и, как мне кажется, рациональное разделение различных требований, которые сложная ситуация предъявляет к тому, кто хотел бы составить себе представление о правильных действиях и правильных мерах в этой ситуации. Стадии на рисунке содержат в себе задачи, которые нужно решить. В следующих главах мы подробно опишем, как именно их нужно решать и как на самом деле люди с этим справляются.

4. Работа с целями

Важный этап при решении проблем и планировании – это работа с целями. Цели нужны, так как на них ориентированы действия человека. Как же еще обдумывать необходимые меры или принимать решения, если не на основе поставленных целей? В известной степени цель – это маяк для действия: она задает ему направление. Следовательно, формулирование и переформулирование целей – это главная когнитивная деятельность.

О работе с целями мы уже говорили в последней части предыдущей главы. В этой главе мы сначала рассмотрим, какие проблемы и трудности могут при этом возникнуть. В следующей части главы мы займемся тем, что может пойти не так при постановке целей и что из этого может выйти.

Задачи при работе с целями и их достижение

Как человек приходит к цели? Глупый вопрос: цели у человека просто есть, иначе он бы вообще не занимался делом! Никто не станет готовить, читать, писать книгу, учиться, выступать за или против строительства атомной электростанции, не имея на то какой-нибудь причины или даже нескольких причин. В любой деятельности человек к чему-нибудь стремится либо хочет чего-либо избежать или чему-либо воспрепятствовать. Нечто должно быть приведено в «состояние долженствования», или человек должен воспрепятствовать тому, чтобы нечто лишилось этого состояния.

В предыдущем абзаце мы уже вскользь ввели понятия о двух видах целей, а именно «позитивных» и «негативных». Иногда человек действует, чтобы достигнуть некоего состояния, которое он считает желанным; иногда он действует, чтобы изменить то состояние, которое ему не нравится, искоренить его или попытаться его избежать. Если имеющееся состояние нехватки чего-либо должно быть устранено, то это негативная цель. Если же человек стремится к желанному состоянию, то это позитивная цель.

Различие между позитивными и негативными целями может показаться абстрактным, но оно имеет большое значение. В одном случае – а именно при наличии позитивной цели – я хочу достичь чего-то определенного. В другом случае я хочу, чтобы что-то перестало быть, однако при этом то, чего я действительно хочу, имеет менее точное определение, чем в случае позитивной цели. Поэтому цель избежать чего-либо (негативная цель) часто определяется как глобальная: положение должно «как-нибудь» измениться; в любом случае, нынешнее состояние является невыносимым. Позитивные цели тоже могут иметь обобщенное определение: «Мне нужно что-нибудь съесть», например. Однако согласно самой логике отрицания чаще обобщаются именно негативные цели. «Не-плита» или «не-стул» имеют менее точное определение, чем «плита» или «стул». И поэтому получается, что то, к чему человек должен стремиться, чтобы не оставаться в нежелательном состоянии, избежать его или воспрепятствовать его возникновению, обычно является чем-то более глобальным, чем то, к чему он стремится, желая получить нечто определенное.

«Я не знаю, будет ли лучше по-другому, но я знаю, что если должно быть лучше – то должно быть по-другому!» Это высказывание Лихтенберга[24] отсылает нас к неопределенности негативного целеполагания и одновременно напоминает об осторожности при работе с такими целями.

Итак, мы разграничили негативные и позитивные, глобальные и специфические цели. Глобальная цель установлена лишь в отношении небольшого количества критериев, а при определенных обстоятельствах – только в отношении одного из них. Специфическая цель установлена относительно многих критериев, ее можно точно описать и представить. Если сравнивать с шахматами, то глобальная цель – поставить мат королю соперника. Она хоть и достижима, независимо от того, является или нет ситуация на шахматной доске близкой к мату, но таких ситуаций может быть множество; следовательно, критерий «мат» делает поставленную цель весьма неопределенной.