Чтение онлайн

Древние египтяне говорили, что сердце есть центр кровеносной системы, из которого выходят сосуды, несущие в себе кровь, слизь, воздух и два «духа». «Дух жизни» и «дух смерти». Причем первый «дух» почему-то доходит до правого, радостного, уха, второй – до левого, печального. Любопытный обычай существовал и сохраняется до сих пор у ряда отсталых племен. Индейцы шуары носят в ушах подвески с бамбуковыми палочками, а некоторые африканцы – большие серьги и курительные трубки, продетые через мочку уха. По всей вероятности, такие «серьги», помимо ритуального назначения, имеют и другой смысл, они оказывают общее тонизирующее действие.

В современной нейрофизиологии не встречает особых возражений дошедший до нас от древних греков и шуаров факт взаимосвязи наружного уха с мозговыми образованиями и внутренними органами. В настоящее время изучены и описаны различные реакции организма: глотательные движения, урчание и вспучивание кишечника, учащение сердечной деятельности и т. д. Эти физиологические явления становятся понятными с позиций нервных связей, осуществляемых через наружное ухо.

В своих экспериментах японские ученые показали, что прикосновение и давление на мочку уха приводят к изменениям дыхательных движений, на основании чего можно говорить о существовании кожно-двигательного рефлекса, играющего в известном смысле приспособительную роль. Это подтверждает выдвинутую ранее нейрофизиологами точку зрения, что воздействие на орган слуха всегда сопровождается наиболее выраженными изменениями со стороны именно дыхательного аппарата. В этом существенное отличие ушной области и слуховой системы от зрительной с ее преимущественным влиянием на обменно-энергетические процессы и обонятельной с ее сексуально направленными связями.

Иное дело признание официальной медициной сенсации XX века – ушной раковины с ее топографической картой проекционных точек и зон. Рождение сенсации датируется VII веком нашей эры и связано с именем Сун Сы Мяо, основоположника ухоиглоукалывания.

В трактатах китайской народной медицины говорилось, что в ушной раковине происходит «скопление главных линий», при помощи которых наружное ухо связано с другими органами. Эмпирически было установлено, что при многих заболеваниях на коже ушной раковины появляется болезненная точка, прижигание или укалывание которой благоприятно влияет на течение заболевания. Первоначально ухоиглотерапия, эр-чжань-ляо, применялась при лечении глухонемоты, катаракты и ишиалгии, позднее – при многих других болезнях.

В пятидесятых годах прошлого столетия метод ухоиглотерапии проник в европейские страны. В 1956 году, после шестилетних исследований, лионский врач П. Ножье, горячий сторонник метода ухоиглотерапии, опубликовал первую в Европе топографическую карту точек и зон в области ушной раковины, являющихся проекцией определенных частей тела и внутренних органов. Картина расположения этих крошечных точек и зон напоминает поставленного на голову человеческого эмбриона.

С него, с этого поставленного вверх ногами эмбриона, началось интенсивное изучение у нас и за рубежом второй и, по-видимому, основной функции ушной раковины. Функции, которая никак еще не обозначена, но с известным допущением могла бы называться сигнальной и адаптационно-трофической.

Любопытство и удивление – неотъемлемые качества любого творческого человека – исследователя и новатора. Но, как говорит академик А. Мигдал, «в отличие от искусства, где главную роль играет живая и непосредственная реакция на увиденное или услышанное, в науке необходима способность удивляться тому, что возникает в результате размышлений, в результате осмысливания накопленных знаний. Когда причина такого удивления выражена в ясной форме, говорят, что это научный парадокс».

Научным парадоксом можно назвать мысль о спроецированном в ухе эмбрионе, с которой выступил на Международном конгрессе в Висбадене французский ученый П. Ножье. С тех пор прошло более 30 лет, за время которых удивление одного фанатика из Лиона передалось сотням и тысячам врачей. Изучением сигнальной деятельности ушной раковины занялись ученые многих стран. Исследования проводились по китайским источникам и данным П. Ножье, по разработанным ими топографическим картам уха.

Наши многолетние исследования позволили на основе этих карт создать собственную схему проекционных точек и зон в области ушной раковины. На ней отражено 48 участков, являющихся проекциями определенных частей тела и внутренних органов. В настоящее время имеются несколько топографических карт уха.

Принципиальных отличий в расположении проекционных зон на этих картах нет. Все дело в большей или меньшей детализации проекций. На всех топографических картах область мочки и находящегося над ней противокозелка соответствует голове и головному мозгу, область ладьевидной ямки – поднятой вверх руке, полость раковины – органам грудной клетки, чаша раковины – органам брюшной полости и т. д.

Среди многочисленных проекционных зон на ушной раковине Ножье выбрал 30 наиболее пригодных для практики пунктов. Пятнадцать из них локально связаны с органами чувств, мышцами и внутренними органами. Это так называемые «пункты органов», через которые можно влиять на симптомы болезни; 15 других пунктов, часто невозбудимых, обладают более или менее общими воздействиями на организм. Это очень активные «пункты-хозяева», через которые можно влиять на основы самой болезни.

В 1976 году вышла в свет первая в Советском Союзе монография по ухоиглотерапии Д. Табеевой и Л. Клименко. В ней приводятся описание и топографическая анатомия 131 проекционной точки на вогнутой поверхности и 6 проекционных точек на выпуклой поверхности ушной раковины.

По современным взглядам, ушная раковина с ее ничтожной рупорной функцией совсем не выглядит второстепенным органом. Она представляет собой особую рефлексогенную зону, где как в релейном устройстве переключаются многочисленные сигналы, идущие от внутренних органов в ухо. По мнению А. Кваглия-Сента, наружное ухо утверждает психическую и физическую гармонию организма. По внешнему виду ушной раковины, ее размеру и форме, по взаимоотношению ее деталей в общих чертах можно судить о наследственности того или иного индивидуума.

Симметричность расположения обоих ушей, правильность отдельных их участков, строгость линий изгиба завитка и противозавитка свидетельствуют о гармоничном развитии субъекта. Психологам, криминалистам и антропологам давно известен факт большой вариабельности форм ушной раковины. Нередко даже у одного и того же человека правое ухо оказывается отличным по строению от левого. Подобные отклонения относятся уже к области психической и физической дисгармонии.

Необычно большие, изуродованные, оттопыренные, сращенные и уплощенные ушные раковины говорят о наличии наследственно-дегенеративной патологии. Грубые изменения в форме и величине ушных раковин отмечаются при олигрофрении, болезни Дауна, различных уродствах и врожденных аномалиях. Замечено, например, что при незаращении баталлова протока выявляется деформация корня завитка и центральной части полости раковины, при уродствах почек – изменения верхнего отдела чаши раковины и т. д.

Статистическая обработка частоты различных вариаций формы и рельефа ушной раковины, проведенная немецкими учеными Л. Хиртом и К. Ниблером у 606 детей, показала, что наследственно-биологические признаки формы уха пригодны для установления генетической связи в 88 процентах случаев.

При изучении структурных особенностей ушной раковины у долгожителей нам удалось выявить интересный факт. Оказалось, что у 85 процентов людей старше 90-летнего возраста отмечаются три характерных, статистически достоверных признака: крупные размеры ушной раковины; удлинение и утолщенность мочки уха; выбухание гребня противозавитка.

Не только наследственные, но и приобретенные заболевания «выражают себя» изменениями в области ушной раковины. Если внимательно относиться к жалобам больных на болевые ощущения в ухе и систематически исследовать чувствительность ушной раковины, то можно удивиться, сколько своевременных и точных сигналов поступает от пораженных органов в проекционные зоны уха. Жаль, что такая ценнейшая информация ускользает из поля зрения врачей-клиницистов.

По нашим данным, у большинства больных с инфарктом миокарда за несколько часов или дней до коронарной катастрофы появляется щекотание, зудящая боль и повышенная чувствительность в центральной части полости левой раковины. При острых воспалениях в соответствующих кожных проекционных зонах возникают участки покраснения, выпота, реже изъязвления. При хронических воспалениях обнаруживаются тусклые точки бледно-желтого и серого цвета, участки помятости, небольшие возвышения и углубления.