Чтение онлайн

Боже, Уна Боннер в этот момент была гением. Я практически любовалась собой, выдавая Рэю самую красивую причину своего любопытства из всех возможных. Ну и, кстати, это было не очень далеко от правды, потому что если бы я работала здесь просто так, думала бы примерно в том же ключе.

Хотя даже в роли шпионки не хотела бы целые дни проводить в бессмысленных действиях. Это скучно.

О господи, так вот что творилось со мной! Не лень, не глупость – аллергия на скуку. И вот почему мне нравилось приезжать сюда: я просто ввязывалась в приключения.

– Достойно, – с ноткой удовлетворения кивнул Рэй. – Тогда давай попробуем кое-что другое. Разберем твой отчет по EasyJet.

Еще один поворот колесика кресла, и он уже оказался рядом со мной. Открыл программу, сам переключил поиск на внутренний и ввел запрос, связанный с моим отчетом.

– Вот что спрогнозировала ты, – закинул его Рэй на левый экран.

– Ты, – поправила я. – Это ты исправил, я предрекала им провал.

– Ладно, – неожиданно податливо ответил он. – Мы спрогнозировали.

А это ничего, что я начала так фамильярно с ним разговаривать? По идее, Рэй был вышестоящим начальством, перед которым притихал весь отдел… Но он с ними и на ланч не ходил. И почему-то казалось, что если ассистент директора терзал меня своей дотошностью по вечерам, мне тоже была разрешена капелька хамства.

Рэй пролистал до конца отчета, и я невольно напряглась, но никаких дополнительных приписок не увидела. Ага, значит, чистый и незамутненный учебный материал. Удобно выбрал, ничего не скажешь, но почему не «Хортенсонс»? Не хотел объяснять инсайды?

– А теперь посмотрим, какие еще отчеты были по этой компании.

Он немного изменил запрос, и система выдала шесть разных файлов. И все они не были моими!

– Задача продажника – проанализировать актив с разных сторон, – ровным голосом продолжал Рэй. – Развитие компании. Операционная прибыль за последние несколько периодов. Фон общественного мнения. Кадровые перестановки. В этом случае пригодились даже новости о покупке новой техники. В конце концов, общедоступные слухи и сплетни.

– У нас есть департамент слухов и сплетен? – удивленно повернулась я.

Он смотрел на меня. Запах кофе снова заставил сердце биться чаще. Рэй опустил взгляд на мои губы, а потом сжал свои. Господи, каким же он был красивым…

– Это Бен Графтон, он сидит в противоположном углу от тебя, – мягко сказал он. – Парень с кружкой «клмнопошелнахуй».

– Ты мог просто озвучить эту надпись, – улыбнулась я.

Рэй чуть поднял уголки губ, и в этот момент я в него влюбилась. Он был… божественно прекрасен. Даже вечная дотошность и непреодолимое желание спорить со мной не могли испортить этот образ восхитительного зануды.

– Ты – часть команды, Уна. Большой и слаженной команды, которая становится глазами и ушами продажников. Благодаря вашим отчетам они могут составить картину, охватывающую триста шестьдесят градусов.

– Но почему тогда…

– Часть. Картины. Но еще не вся она. Поэтому каждая работа так важна. Я проверяю твои отчеты, чтобы они не стали неверной деталью общего. Сейчас мы вместе посмотрим остальные файлы и сравним с теми стратегиями, которые предложили клиентам продажники. И ты увидишь, какой вклад внесла.

Он находился слишком близко. Да, с Эриком я сидела буквально у него на коленях, но это совершенно несравнимо. В Эрика я не была влюблена, именно поэтому мы могли делать все, что угодно, – работать вместе, обедать и ужинать, тусить в гостиной на диване и трахаться. Но Рэй и его дыхание были обжигающе горячи.

Я с трудом концентрировалась на словах, но в какой-то момент между двумя интересными вещами – чужие отчеты и выбившаяся прядь из прически Рэя – восстановился баланс. Я начала слышать в его проникающем в глубины души голосе слова и даже понимать их.

Странно, конечно, что он показывал мне так много. Научил искать в базе отчеты продажников, даже кратко объяснил, как их читать. Правда, некоторые слова пришлось запомнить на будущее, но мой внутренний тезаурус грозил и так быть переполненным к концу вечера.

Когда Рэй вдруг подвел итог и заставил меня повторить вслух то, чему я научилась, показалось, что нам еще слишком рано выходить. Но на часах была половина седьмого, и уже стоило поторопиться… Как же хотелось схватить его за руку и остановить. Побыть наедине еще хотя бы немного, или даже чтобы он взял меня за подбородок, как в прошлый раз.

– Пора, – повернулся ко мне Рэй.

Мы едва не столкнулись лбами, но он вовремя отстранился. Я сходила с ума от неловкости и желания дотронуться, но пришлось взять себя в руки.

Гребаная влюбленность, почему нельзя было подождать с этим хотя бы до утра? Мы сидели в дюйме друг от друга, и секунды текли, пока мы молча смотрели друг другу в глаза…

Все произошло одновременно. Я потянулась за сумкой, он – выключить программу. Наши руки столкнулись, сумка с грохотом упала на стол, а содержимое высыпалось.

– Прости, – отпрянула я. – Сейчас…

– Я помогу.

Рэй подхватил падающую с края губную помаду, пока я запихивала обратно остальное. Но брелок с бегемотиком на ключах привлек его пристальное внимание.

– Что это? – поморщился он, проводя пальцем по меху. – Какое чудовище.

– Бегемотик, – протянула ладонь я. – Его зовут Макс.

– Тебе нравятся уродцы?

Это же не должно было звучать так сексуально… и с такой надеждой. Я забрала Макса из рук Рэя и пристально посмотрела ему в глаза. Он считал уродцем себя? Тогда он, выходит, полнейший кретин, потому что в этом лице не было ни одной некрасивой черты.

– Очень, – все-таки ответила я.

Он наклонил голову, скользя взглядом вниз, по моим губам и к груди. Словно оценивал. Словно у него нарастал особенный интерес. Я мысленно наступила себе на ногу, напоминая, что сейчас адекватность моего восприятия мира под огромным вопросом.

– Мы можем идти, – застегнула сумку я. – А то опоздаем.

Все же мы были бы странной парой: красивый камушек Рэй и бешеная табуретка Уна. Но он подал мне пальто и шел буквально на полшага позади, словно защищал, и этого хватало, чтобы мое сердце ушло в свою собственную спринтерскую гонку.