Чтение онлайн

Лот смущенно выпрямился и встретился с блуждающим взглядом женщины. Она стояла совсем близко. Грудь ее взволнованно вздымалась.

– У тебя серые глаза! И кожа светлая как у женщины! И волосы твои, что выглядывают из-под парика, к которому ты, верно, еще не привык, золотистые!.. Знаешь, «кузнец», если б была я художником, что расписывает эмалью медные пластины, точит и разукрашивает камни и пишет красками на папирусе и вздумалось бы мне изобразить Гора63 солнцеподобного, взяла бы я за образец тебя – так ты необычайно красив!.. Ты ведь чужеземец, правда? Вижу, что чужеземец – по следу белому на лице от бороды, что сбрил ты совсем недавно.

– Ты угадала, госпожа, – ответил Лот, стараясь сосредоточить взгляд на ярко накрашенных крупных губах красавицы, чтобы не смотреть ниже. – Я из мест, что далеко на Севере.

– И что ты принес нам в подарок, чужеземец? – сделала еще шаг вперед женщина, так что соски ее на миг коснулись пальцев Лота, которыми он сжимал перед собой шкатулку.

– Стрелы, госпожа.

– Стрелы? Надо же, как удачно ты угадал! – совсем уже явно прижала она обе груди к его пальцам. – Меня зовут Афири. Запомни! Вдруг встретимся еще.

С этими словами женщина круто развернулась, прошла несколько шагов вперед, плавно покачивая широкими бедрами, и бросила обернувшись:

– Иди за мной!

2

Сделав большой круг по саду, так что они зашли уже на задний двор, Афири привела Лота к высокой зеленой стене из вьющихся растений.

– Это здесь, – сказала женщина, остановившись. – Я зайду, а ты подожди.

С этими словами женщина проскользнула в узкий и низкий промежуток в ограде, но не успел Лот прислушаться к странным свистящим звукам, доносившимся из-за стены зелени, как вновь появилась.

– Требует подношение. Придется тебе самому отнести. Как зайдешь, встань и не смей поднять головы, пока не окликнут. И когда окликнут, продолжай смотреть под ноги. И даже если принцесса подзовет и соизволит заговорить с тобой, не смей поднять взгляда выше ее колен. Ты понял?

– Понял, госпожа.

– Я говорю это для твоего же блага, красавчик. Вспыльчива принцесса и едва терпит мужчин. А сегодня – и вовсе злая с самого утра. Иди, и да храни тебя Маат!64 – подтолкнула Лота Афири.

Едва протиснувшись в лаз, Лот сделал пару шагов в сторону и замер с опущенной головой, как его научила Афири. Разглядывая причудливые узоры на шкатулке, он снова невольно прислушался – и вскоре ему стали совершенно понятны свистящие звуки и глухие удары, следующие за ними: неподалеку, шагах в двадцати, кто-то метал стрелы. Вот четыре стрелы поразили цель. Вот одна просвистела мимо. Вот еще два удачных выстрела. И снова – промах.

– Да поглотит тебя Апоп!65 – услышал Лот досадливый возглас, сопроводивший последнюю неудачу. Голос был явно женский, но немного резкий – как у мальчишки подростка.

– Эй, ты, неси свои стрелы! – последовал приказ, и Лот, чуть пригнувшись, осторожно двинулся на зов.

Остановился он, едва увидев сандалии из грубо обработанной кожи с высоко завязанными на тонких лодыжках тесемками.

– Подойди, я сказала! Ближе! И вытащи и подай стрелы! – недовольно зазвенел голос.

Лот сделал еще несколько коротких шагов, нагибаясь все ниже, пока не встал у самых ног принцессы на одно колено. Он оказался так близко, что невольно увидел стройные ноги девушки много выше колен – до края короткого фартука, едва прикрывавшего бедра. Лот поставил шкатулку на траву, открыл, вытащил из золотого колчана несколько стрел и, не поднимая головы, осторожно приподнял их на раскрытых ладонях.

– Что это? – услышал он над собой раздосадованный голос. – Разве этим можно стрелять? Это и есть чудо стрелы, которые так нахваливал мой заносчивый братец? Не решил ли он надо мной посмеяться?

– Это хорошие стрелы, о рожденная Амоном, – осмелился вымолвить Лот.

– Что?! – вскрикнула зло принцесса. – Разве я спрашивала тебя о чем-то, раб?! – и на плечо Лота неожиданно обрушился чувствительный пинок, который его едва не опрокинул.

– Прости за дерзость, Великая Госпожа, – не сдержал обиды Лот. – Я говорю так, потому что эти стрелы сделал сам, и они мной не раз испытаны.

– Ты снова смеешь со мной говорить?!.. – услышал он возглас гневного удивления.

На мгновенье над Лотом нависло грозное молчание. И вдруг девушка резко развернулась, отошла на несколько шагов и требовательно сказала:

– Оставь подношение, где сидишь, а сам иди туда!

Лот поднялся и бросил быстрый взгляд на девушку. Принцесса стояла к нему спиной, с закинутым за плечи луком, вытянув указующе руку в сторону трех высоких пальм, перед которыми были выстроены чучела зверей и мишени в виде человеческих фигур и щитов разных форм.

– Я сказала – туда! – еще резче вскрикнула принцесса и в нетерпении притопнула, выбив пыль из-под сандалии.

– Повернись ко мне, раб! – услышал он окрик девушки, когда почти дошел до ряда мишеней. – Подними голову, презренный чужеземец! Ты ведь наверняка желал втайне увидеть лицо дочери Амона, если дерзнул со мной заговорить? Так смотри на меня! Я тебе приказываю!

Лот поднял взгляд. Девушка стояла у дальнего желтого флажка треугольной формы, насаженного на древко. Между ними было примерно семьдесят шагов.

– Ты похвалялся, раб, что сам изготовил эти стрелы и даже испытал их?.. Что ж, мы тоже сейчас их испытаем! Посмотрим – насколько ты умелый мастер и насколько храбрый мужчина!

С этими словами принцесса сняла с плеча лук, завела привычным движением стрелу, натянула тетиву – и тут же выстрелила навскидку, почти не целясь.

Лот, наблюдающий за происходящим с непонятной отрешенностью, даже не вздрогнул, когда стрела засвистела в его сторону, также как и не испытал радостного облегчения, когда она, обессиленная, едва воткнулась в песок в десяти шагах и, не удержавшись, завалилась набок. Он не мог поверить, что это в действительности происходит с ним. Его не могла убить эта взбалмошная девчонка в грубом солдатском наряде, возомнившая себя воином! Это было бы несправедливо и даже нелепо – ведь в чем он провинился перед ней? А принцесса меж тем стояла в полной растерянности, обескураженная неожиданной неудачей. И вдруг она быстрым шагом пошла на Лота, заправляя на ходу вторую стрелу, и остановилась у второго флажка. Теперь между ними было не больше пятидесяти шагов. Девушка не спеша подняла лук повыше, тщательно прицелилась – и выстрелила. Стрела просвистела над самой головой Лота.

– Да будешь ты пищей для Амат, проклятый раб! – вскричала в отчаянье принцесса. – Еще ни разу с тех пор, как я взяла в руки этот лук, не видело небо, чтобы я дважды промахнулась в цель со столь близкого расстояния! Уж не колдун ли ты, заговаривающий стрелы, если стоишь так уверенно под моим луком?.. Что ж, раз так!..

И девушка быстро прошла к третьему флажку – красному и, чуть замешкавшись, сделала еще несколько торопливых шагов вперед. До нее было всего двадцать шагов – и Лот с жадным любопытством разглядывал принцессу, словно и не замечая угрожающе поднявшегося до уровня его груди лука с уже заправленной стрелой. Никогда еще в жизни не видел он подобной девушки. Она была высокой, стройной – и грубо выделанная черная кожа короткого двухстороннего фартука и нагрудника, едва прикрывавшего небольшие крепкие груди, особенно подчеркивали невыразимую прелесть ее юного, но сильного тела. У нее был большой рот с изящно выгнутой линией верхней губы, прямой короткий нос, высокие скулы, широко расставленные крупные миндалевидные глаза и коротко постриженные прямые черные волосы с небольшой челкой на высоком лбу. Она то щурилась, прицеливаясь, то вдруг, широко раскрыв глаза, смотрела на Лота – удивленно и встревожено. И каждый раз, когда взгляды их встречались, Лот непроизвольно улыбался ей – так же удивленно – словно между ними шел безмолвный разговор, словно они наперебой задавали друг другу вопросы и, не получая ответов, задавали новые…