Чтение онлайн

– И тогда Дитан, почтенный купец и наш благодетель, предложил дяде моему устроить лавку на Дороге. Дядя и согласился. С тех пор мы и торгуем. Поначалу нам было трудно, конечно, по причине незнания нашего ремесел новых и обычаев Та-Кемет, но сейчас, слава Птаху, все налаживается, так что на пропитание мне и моим людям хватает. А что еще надо бедному человеку в чужой стране?

Так Лот закончил свой рассказ. Принцесса, словно что-то обдумав, сделала знак Афири и та, склонившись к ней и выслушав, обратилась к Лоту:

– Благодарим мы тебя, чужестранец, за рассказ складный и любопытный. Удивил ты нас и порадовал своими байками. И больше остального удивляет нас, как хорошо и быстро выучил ты язык наш. Видно – правда, что человек ты не простого племени и рода, имеющий природное разумение и получивший воспитание достойное. Одно странно в твоем рассказе, что ни разу ты в нем не упомянул женщин. Не верится нам, что в твоей жизни нет женщины, достойной упоминания словом добрым и уважительным – матери, сестры или юной супруги? Ведь мужчина ты хоть и молодой, но уже в возрасте, когда иные и детей имеют.

И укор Афири был справедлив. Не упомянул в рассказе своем Лот по странной стыдливости ни о матери своей бывшей рабыне, ни о сестрах, ни о наложнице своей Хавиве, ни даже о дочери своей Хане, которой шел уже третий год.

И ответил Лот, чуть замешкавшись:

– Мать моя благородная померла, когда я был еще отроком. Сестры остались в родном краю. А здесь у меня лишь дядя да тетушка – жена его. И живут они со всеми людьми нашими, как я и говорил, в поместье вельможи знатного, что в земле Та-Ше.

– Не хочешь ли ты сказать, чужеземец, что даже нет у тебя невесты на примете? Трудно нам в это поверить, глядя на завидную стать твою мужскую и красоту редкую, – лукаво улыбнулась Афири.

– Была, – ответил Лот чуть дрогнувшим голосом, вспомнив утопленницу Табил и ее сестру Аййу. – Но боги ее забрали.

– Ах ты, несчастный! – воскликнула Афири, но в голосе ее звонком совсем не чувствовалось участия.

– Хватит! – встала вдруг резко с трона принцесса. – Наш гость наверняка уже устал от разговоров. Скажи мне только одно, чужеземец. По рассказам твоим и по виду кажешься ты воином отменным. Так ли это?

– Отвечу тебе честно, Великая Дочь, – сказал Лот, тоже поспешивший подняться. – Меня не обучали в детстве воинским искусствам. И сражался в жизни я лишь раз – при городе Асоре, что в Ханаане, о чем уже рассказал тебе. Но мы, скотоводы, знаем толк в оружии, ибо ходим часто по дорогам, где полно лихих людей, от которых иной раз приходится отбиваться.

– А из лука ты так же ловко стреляешь, как выдумываешь сказки?

– Умею. Но лучший стрелок, которого я знаю, это друг мой – Ханох. А на мечах лучше других дерется другой мой друг – Звулун. Вместе со мной они при кузне работают сейчас.

– Так у вас там целый отряд удалой – при кузне? – усмехнулась принцесса. – Что ж вы тогда пыль глотаете на Дороге, а не идете воинами в армию отца моего непобедимого? Платит он хорошо тем, кто служит ему отважно.

– Мы и не помышляли об участи такой почетной, о дочь Владыки, – смутился Лот. – Мы ведь пришли в земли Та-Мери, спасаясь от голода и неурожая, что разразились в Ханаане. Думали – на одну зиму всего.

– Все вы, хериуша, приходите кормиться от даров земли нашей. И никто из вас не желает служить Владыке Та-Кемет, пока вас не заставишь силой! – неожиданно надменно воскликнула принцесса. – Ладно – иди пока! Отнесите в комнату гостя пищу его!

6

К ночи рана Лота снова разболелась. И хорошо, что пришел к нему Джахи, посланный принцессой. Добрый лекарь очистил рану и снова смазал своей чудодейственной мазью. А когда уходил, дал проглотить Лоту порошка, разбавленного в вине, и вскоре Лот крепко заснул. А проснувшись утром, почувствовал себя бодрым и почти уже здоровым. Тем сильнее ощущал он беспокойство неопределенности своего положения в стенах дворца. Не гостем он чувствовал себя здесь, а пленником – полевой птицей в золотой клетке.

Оказалось, что его пробуждения ждали. Только он поднялся с постели, явились служанки, чтобы помочь необычному гостю совершить утреннее омовение. А едва они ушли, вслед за ними вошел улыбчивый лекарь.

– Болит рана? – спросил, завершив втирание, Джахи, и попросил, чтобы Лот осторожно приподнял руку. – Теперь я могу сказать точно, что кость цела. А через несколько дней рана и вовсе заживет – и боль окончательно уйдет. Если ты, конечно, будешь беречь руку от тяжелой работы и пользоваться мазью, как я тебе говорил.

– Ты настоящий чародей, Джахи, – поблагодарил его Лот.

– Я всего лишь человек, прочитавший много мудрых папирусов в храме Хонсу,74 – улыбнулся польщенный лекарь.

– Джахи, могу я тебя кое о чем попросить? – спросил, смущаясь, Лот.

– Проси, – сделал приглашающий жест лекарь.

– Ты ведь доложишь госпоже, что я почти здоров? Так не мог бы заодно испросить для меня разрешение покинуть дворец?

– Ты куда-то спешишь? – неподдельно удивился лекарь.

– Я боюсь вызвать гнев князя Аменанха. Он приказал мне вернуться сразу, как только я передам его подарок.

– Ах, вот ты о чем! – снисходительно улыбнулся Джахи. – Тогда тебе не о чем беспокоиться. От князя уже был с утра человек. И ему сказали все, что необходимо.

– Что ему сказали?

– Поблагодарили за подарок. И еще просили передать, что принцесса им очень довольна.

– И это все?

– А что ему еще должны были сказать?

– А как же я? Не было ли от принцессы каких-либо указаний насчет меня?

– Нет, насколько я знаю.

– Так напомни ей обо мне, добрый человек!

– Только если она сама меня вызовет и спросит. А это будет не скоро.

– Почему?

– Принцессы нет во дворце. И не спрашивай меня, где она.

– Но могу я в таком случае поговорить хотя бы с ее служанкой – Афири?

– И это невозможно. Первая Подруга принцессы всегда и повсюду сопровождает свою госпожу.

– И что же мне делать? – воскликнул в растерянности Лот.

– Отдыхай, – пожал плечами в притворном недоумении лекарь. – Поешь хорошенько. Служанки с подносами, полными блюд со стола госпожи, уже заждались у дверей твоей комнаты. Разве ты не голоден?