Чтение онлайн

У Эспера вышибло слезу. Зад как огнём опалило, отдалось в поясницу, и парень со стоном прогнулся, чувствуя, как невозможно твёрдый член проходит глубже.

— Потужься, — услышал он хриплый сдавленный голос, — давай, детка, вот так… — Ладони Райвена легли ему на бёдра, впиваясь пальцами и притягивая к себе.

Эспер шумно и тяжело задышал.

— Мягче… — отрывисто бросил Райвен.

Дрожь волной прокатилась по икрам ног вверх, отдалась в копчике, пронзила позвоночник, заставляя резко выпрямить спину. Он едва не ударился макушкой о потолок в машине. Теперь член Райвена полностью погрузился в него, мышцы сжали тот по всей длине до основания. У мужчины вырвался громкий стон, один, второй, пока те не слились в один прекрасный чувственный звук, от которого всё поплыло в голове. Райвен весь прогнулся под ним. Эспер болезненно замычал, не разбирая уже, где боль, а где удовольствие, он начал подаваться сильнее, вцепился в кресло, боясь завалиться на Райвена. Хватило нескольких сильных толчков, как мышцы ягодиц расслабились, и неприятные ощущения полностью исчезли. Зад всё ещё горел, но этот огонь превращался в ужасно возбуждающее тепло, скапливаясь внизу живота и отдаваясь в мошонке.

Они упоённо целовались, забыв обо всём, о невыясненных отношениях, о прохожих, живущих неподалёку; пространство салона будто отрубило все посторонние звуки. Райвен крепко держал его под ягодицы, с силой разводя их. Огненный член с лёгкостью проникал, заставляя внутри всё гореть. Срывая хриплые стоны, покусывая губы, сжимая друг друга, впиваясь пальцами в кожу. Они словно резко взлетали вверх, вращались в вихре удовольствия, парили в невесомости. Одновременно задыхались. Падали с головокружительной высоты. У Райвена уже горели губы, они опухли и покраснели, и так сладко было слизывать с них стоны и жгучее желание; на лбу и груди выступила испарина, спутанные волосы облепили кожу.

Они не отдавали себе отчёта, их голоса звучали в ушах; Эспер никогда не позволял себе быть таким громким с кем-либо ещё.

И в этот момент он услышал, как кто-то стучится в окно. Каким-то чудом, не иначе. Эспер резко замер, не веря своим ушам. Соображал он не очень хорошо. Райвен открыл глаза и прислушался, расфокусированный взгляд быстро стал осмысленным. Эспер приоткрыл рот. Наверняка, его лицо приобрело уморительный вид. Да только ему сейчас было не до смеха. Горячий член по-прежнему был у него внутри, мошонка партнёра упиралась ему в ягодицы. Горло Райвена дёрнулось, когда тот сглотнул.

— Я слышала крики, — раздался снаружи старческий перепуганный голос. — Что-то случилось?

Мисс Перегрин! Эспер едва не закашлялся.

— Моя соседка! — зашептал он, в ужасе уставившись на Райвена.

— Мистер Бауэрман, вы внутри? — снова послышался знакомый женский голос. — Вам нужна помощь?

Она, наверное, узнала автомобиль.

В глазах Райвена заблестели искры веселья. Глядя на его сверкающую улыбку, Эспер, казалось, совсем перестал дышать.

— О н а н а с п р а в д а н е в и д и т? — по буквам произнёс он и с ужасом покосился на согнувшийся тощий силуэт за стеклом.

— Нет, — тихо ответил Райвен, улыбаясь. Происходящее его забавляло.

Эспер осторожно слез с его бёдер и, ухватившись за спинку ближайшего кресла, торопливо натянул трусы с шортами, только после чего плюхнулся на соседнее место. От испуга член быстро опал. Повеселились.

— Не заставляй её ждать. Опусти стекло, пока она не открыла дверцу, — посоветовал Райвен, усмехаясь.

Эспер в панике нажал на кнопку и опустил стекло, так, чтобы в поле зрения мисс Перегрин не попал Райвен.

— Мистер Бауэрман, с вами всё в порядке? — в тот же момент заговорила соседка. — Я слышала крики. У вас что-то болит? Я ждала вас завтра, но вы приехали так рано.

Отвлекало присутствие Райвена на соседнем сиденье в недвусмысленной позе. Раздался какой-то шорох, вероятно, тот усаживался в кресле.

Разумеется, о продолжении и речи быть не могло. Эспер ощущал только то, как густо пунцовеет его лицо и шея.

— У меня ничего не болит. Спасибо, мисс Перегрин. Я через минуту поднимусь, — и боковым зрением заметив, что Райвен уже привёл себя в обычный вид, добавил: — Возможно, я и слышал какой-то шум дальше по улице.

Женщина то старалась заглянуть в салон ему за спину, то удивлённо оглядывала автомобиль. Вот же любопытная!

— Мисс Перегрин, идите, пожалуйста, в дом, — выдавил Эспер.

Не дав вставить ей ни слова больше, Эспер поднял стекло. Райвен быстро приник горячими губами к его в шее сзади, вызвав новую волну возбуждения. От его отрывистого дыхания мурашки бегали по спине. Но Райвен не мог задерживаться больше, нужно было ехать.

Эспер резко обернулся. Мисс Перегрин отняла у него — у них — последние пару драгоценных секунд. Даже странно, что очередной деловой звонок Райвена им не помешал. Вместо этого им на головы свалилась его соседка.

— Вы мне очень сильно нравитесь, — в каком-то исступлении снова зашептал Эспер, когда их губы соприкоснулись. — Вы не представляете, насколько вы мне дороги, мне плевать, кто вы и что вы сделали, — ну вот, решил свалить все признания в одну кучу и вывалить напоследок. Молодец. И это после неудавшегося траха.

Эспер нащупал дверную ручку и поспешно открыл дверцу, чувствуя, как его колотит всего: от одуряющего возбуждения, от переизбытка эмоций, от щенячьего восторга — разом от всего. Он ликовал и готов был прыгать от радости. Прикосновения Райвена до сих пор горели на его коже, казалось, чужое дыхание так и скользит по шее.

Нужно только не улыбаться так глупо. Пока ещё был способен уйти, вытащил сумку с рюкзаком с заднего сиденья, хлопнул дверцей и направился к дому. Его окрыляла сама мысль: сегодня вечером они свяжутся с Райвеном через Skype, и снова смогут увидеть друг друга. Он вынес три дня, вынесет и несколько часов.

С трудом сдерживая смех, Эспер обернулся и покосился на тонированные окна мерседеса. Хотелось глупо улыбаться, смеяться, плакать. Весело подмигнул и послал воздушный поцелуй невидимке за рулём.

Он верил Райвену.

От происходящего Эспер ощущал одно отупение. Уже минут десять он неотрывно пялился в окно: едва ли унылый больничный двор успел как-то поменяться за это время.

Благодаря заботе родителей ему досталась одноместная палата; у него ещё были удобства в комнате, даже персональный холодильник, набитый йогуртами, и электрический чайник.

Он был признателен своему теперь уже бойфренду. Если бы не Райвен, ему никогда бы не удалось затащить предков на чемпионат по плаванию. При мысли о том, сколько мужчина сделал для него, грудь обволакивало тепло.

Эспер был рад уже тому, что они остались в Лондоне ради него. Хотя, как могло быть иначе? Он же их сын.

При воспоминании о первых днях в больнице его передёргивало. За ним ухаживала специальная сиделка на пару с мамой. Поначалу он почти всё время спал, ему вкалывали огромное количество лекарств, от которых он потом плохо соображал, что происходит. Только на третий день он смог самостоятельно доковылять до туалета, который, кстати, был в двух шагах, но ему не позволяли вставать с постели. Будучи уже взрослым он впервые терпел подобное.