Чтение онлайн

— Именно, профессор Кеторован. А откуда ты знаешь?

— Я была в их деревне. Это долгая история, но и Виршеру я видела. Значит, это она… — я представила себе тоненькую фигурку девушки и ее необычные глаза. Глаза… они рождали невольно второй вопрос, — Хэн, она ведь имеет какой-то дар?

— Да. Управление энергиями. Сначала я даже не догадывался об этом. Узнал случайно, когда она вылечила порез у меня на пальце. Я тогда был у нее дома, помогал готовить обед. Собственно, его мы должны были съесть на пару. Порезался. Сам себя я лечить не могу, такая вот дурацкая особенность. А Вирш быстро затянула ранку одним прикосновением. Тогда-то я и узнал, что она способна и не на такое. Для нее возможно любую ауру подделать. Тем более, если она была когда-то в энергетическом контакте с ее обладателем. Достаточно было девушке залечить приличную рану, и она уже знала об особенностях биополя все. Второй раз, когда напали на короля, мы отбивались. Уложили троих из четверых нападавших, последнего поймали и сдали правосудию. Меня тогда хорошенько задели. Рана бы всего за месяц полностью затянулась, не слишком опасная. Но Вирш вылечила и ее. А после того, как она призналась о цели своего приезда в столицу, то стала просить меня провести ее во дворец. Сделать, скажем, горничной, чтобы иметь доступ ко всем помещениям дворца. Я отказал. Тогда Виршера пожала плечами, но разговаривать со мной перестала. А еще через три месяца она добилась своей цели. Уж не знаю, кто ее пропихнул на столь сомнительный пост, но факт в том, что я стал сталкиваться с ней в коридорах все чаще. Конечно, это меня коробило. Я пытался отговорить ее от планов мести. Она играла роль послушной овечки. Снова сошлась со мной, стала дружить. А потом оказалось, что я убил министра с женой. В этот день Виршеру назначили готовить молодым комнату. Я теперь не сомневаюсь, что это она сделала.

— Но зачем?

— Догадайся! — хмыкнул Хэн, — Трис, все во дворце знали, что значит для Араиля эта свадьба. Убийство влекло за собой неминуемую войну. А как ты думаешь, что бы стало делать правительство, если бы она началась? Оно бы призвало все лучшие умы королевства, вернуло бы титулы. Я не сомневаюсь, что и Кеторована бы простили. А так как я знал о планах Виршеры, то она решила убрать еще и меня.

Я молчала. Хэнеан вновь умоляюще вскинул глаза, кидаясь к подножию моего стула. От неожиданности я чуть не вскрикнула.

— Трис, ты мне веришь? Скажи, веришь? Даже не знаю почему, но я очень хочу, чтобы ты мне верила. Трис, ты какая-то настоящая. Я даже не знаю, что со мной.

— Я тоже, — мрачно протянула я. В душе моей, как и в голове все смешалось. Если я поверю ему, если встану на его сторону, то предам друзей. Я столько прошла вместе с Клен, с Ирсианом, с Тертеном. И что теперь? Перечеркнуть все отношения? А Хэна я знаю всего три дня от силы. Конечно, он спас мне жизнь. Но и ребята столько раз вытаскивали меня из разных передряг, что и не перечесть. И почему-то я почувствовала, что верю веисталю. Верю даже больше, чем себе, чем приятелям. Он мог делать все, что угодно, мог даже что-то скрывать. Но мне казалось, что Хэнеан не способен меня обидеть или обмануть. Почему? Не знаю. Я, конечно, на всякий случай предостерегла себя, убеждая, что у веисталей ненормальная аура, что они умеют расположить к себе даже камни. Но от этого моя вера ни на йоту не поколебалась. Я просто была убеждена, что парень не врет. И все, — Я совсем ничего не понимаю. Ты ведь мне никто, я знакома с тобой только третий день. Но, черт бы меня побрал, я тебе верю!

Хэн улыбнулся, осторожно вставая с корточек и прижимая меня к себе. Я не выдержала, совсем непонятно почему, разревевшись. Что теперь со мной будет? Как я дальше смогу жить? А если нас найдут, если схватят? Плевать. В любом случае нужно будет всеми средствами доказывать, что Хэн не виновен. Просто потому, что для меня это правда.

— Трис, дождись послезавтра. Луна наберет силу, и тогда мы с тобой отправимся на лодке к водопаду. Я обещаю, что тебя никто не тронет. Я обещаю, что ты будешь довольна.

— Я знаю, — отлипла я от парня, вскидывая глаза вверх, — Мне почему-то кажется, что ты не можешь врать.

Через день после того, как состоялся этот разговор, веисталь разбудил меня ни свет ни заря. Солнце только подкрадывалось к земле, еще не выставив на ее обозрение ни одного луча. Горизонт уже посветлел, и в комнате можно было различить все предметы. Я недовольно повернулась на другой бок, но тут же вскочила, вспомнив, что сегодня мы должны были прогуляться к водопаду.

— Вставай, Трис. Мы и так опаздываем. Завтракать будешь прямо в лодке, я уже все в нее перетащил, — сообщил парень, одним движением распахивая шторы.

— Который час? — зевнула я, потирая глаза. Сон еще не оставил меня полностью и они никак не хотели открываться.

— Шесть утра, и нечего возмущаться. Пока мы доплывем до водопада, пока там побудем, пока еще обратно доберемся, день кончится. Так что давай, одевайся!

— Ты монстр, Хэн, — откликнулась я, натягивая штаны. Следующим шагом было стягивание ночнушки. Веисталь чуть покраснел, поспешно отворачиваясь. Я как можно быстрее напялила на себя красивую свободную рубашку с вышивкой и теплый свитер, — значит, говоришь, есть придется прямо в лодке?

— Да. Я подумал, что тебе захочется рассвет встретить, — смущенно признался парень, вновь поворачиваясь ко мне. Я только довольно улыбнулась, заплетая косу и перевязывая ее широкой лентой. Хэнеан удивленно посмотрел на меня, кашлянул и признался, — Трис, это, вообще-то пояс.

— Да? — я критически скосила глаза на кончик тонкой ткани, — Слушай, а можно я им волосы завяжу, или это считается оскорблением?

— Нет, мне лично все равно, что ты им завяжешь или подвяжешь. Просто предупреждаю.

— Тогда пойдем, что ли? — затянув бант, предложила я. Хэнеан кивнул, подхватывая меня под локоть и выводя из дома. Снаружи еще вовсю пахло свежестью едва остывшей после ночи земли. Ни одна птичка пока не начала свою трель, но уже неподалеку в кустах прошел какой-то зверь. На траве лежала густым севом роса. Я наклонилась, чтобы поближе посмотреть на каплю, блеснувшую бриллиантом. Но та пугливо юркнула вниз по листу, впитываясь в землю. Воздух постепенно наполнялся каким-то чувством ожидания. Хэнеан кинул взгляд на горизонт, секунду недоуменно глядел в разрез редких облачков и вдруг, схватив меня, побежал вниз по холму к реке.

— Хэн, ты что? — крикнула я, цепляясь за его горячую руку. Мои ладони почти мгновенно стали подмерзать на легком, но достаточно прохладном ветерке. Первые несколько шагов я боялась упасть, пока не привыкла к бешенной скорости. Мы бежали к подножию холма, огибая деревья и кусты. Лес становился все реже, пока перед нами не открылось чистое пространство пестрого луга и светящаяся слабым голубоватым светом полоска водоема. Я видела, как ветер шевелит верхние слои воды на речке. Как она морщиться, словно человек от холодного прикосновения.

— Трис, восход! Сейчас начнется! — крикнул в ответ парень, — У реки лучше всего его встречать.

Я только хмыкнула про себя, вспоминая невольно катание вместе с Клен на коакле. Сейчас же я спешила куда-то, рвалась не бесцельно. Я тысячи раз видела рассветы. Солнце вставало в тумане, во мгле. Поднималось ярким желтым пятном, красным яблоком. Но я никогда не хотела с такой силой увидеть начало. Хэн сумел заразить меня веселым настроением ожидания чуда. Я боялась не успеть поймать именно тот момент, когда чуть покажется еще слабенький, но удивительно яркий в этом пока сером мире луч светила. Я всю жизнь пропускала его, то просыпаясь слишком поздно, то рано, но закручиваясь в делах, в суете. Хэн остановился так внезапно, что я чуть не вписалась носом в его спину. А потом посмотрела на горизонт, краешком сознания начиная понимать, что сейчас начнется то, что я ждала всю жизнь, то, что больше не повториться — рассвет, миг, когда начинается жизнь. Время рождения солнца, его обновления, его победы над тьмой.

— Смотри, Трис, — прошептал веисталь. Я, словно испугавшись чего-то, прижалась к парню, вдыхая запах проточной воды, леса, трав. Ощутила, как начинает чуть заметно нагреваться воздух. Горизонт стал светлеть с каждой секундой. Я боялась моргнуть, я почти не дышала, зато отчетливо начала слышать стук своего сердца. Секунды растянулись вечностью. Веисталь чуть вздохнув, заставив меня невольно вздрогнуть.

И солнце взошло. Я видела, я своими глазами видела тот момент, когда золотая полочка яркой стрелой разлилась по небу, как вышел малюсенький краешек великого светила, слепя глаза. Уже через минуту река заблестела золотом. По траве, по деревьям пронесся свежий ветер, играя выбившимися прядями волос. От всего этого, от красоты, засиявшего янтарем, рубинами и изумрудами листьев леса, от чуть колыхающейся полоски живой, текущей медью реки сердце переворачивалось внутри, а голова совсем разучилась ощущать время и пространство, переставая разграничивать видения и явь. Если бы не крепкое сжатие моей ладони горячими пальцами приятеля, я совсем растворилась в этом необычайном сне. Тысячекратно отраженный свет раскалывал окружающее на сотни разноцветных лучей, питая каждую клеточку сознания своим неповторимым сиянием. Раскаленный шар дневной звезды так быстро двигался, что я не переставала в течение нескольких минут удивляться все новым проявлением красок земли и неба. Тучи на горизонте, словно по волшебству разошлись, открывая, как завеса сцены театра весь солнечный спектакль. Малиновое зарево сменилось яркой оранжевой органзой, словно накинутой сразу на половину мира. Первая нота птичьей песни разорвала звенящую тишину, вливаясь в это утро, вплетаясь и дополняя его.