Лучезарное завтра
Шрифт:
– Убежала? Да тут она где–то! Не мерзни, – обратился к нему Крейг, хлопая по плечу. – Она просто на каждую мелочь дает острую реакцию, хоть и храбрится иногда, копируя смелость самой Боудикки. Шанталь рассказала в чем может быть дело, – придумав новую ложь, убедительно сказал Крейг. – Все будет хорошо. Пройди внутрь. Я обещал Шанталь, что ты присоединишься, а я пока выкурю пару сигарет и настроюсь на жесткач, потому что не обладаю и долей того терпения, которое необходимо в беседе с будущей свояченицей.
– Ты же бросил! – возмущенно выдавил Харви, а челюсть Крейга вновь оказалась на уровне пола, ведь он бросил совсем недавно! И непонятно сразу, какой период жизни вспомнил друг – недавние события перед несчастным случаем или события четырехлетней давности, когда он сначала завязал с пагубными привычками, а затем от отчаяния после расставания с Шанталь вновь закурил и запил.
Пока Крейг пытался проанализировать услышанное, Харви добавил:
– Она в парке… Я почти догнал ее, но остановился, когда увидел, как она кому–то позвонила и пошла пешком по той аллее. – Мужчина показал рукой направление и продолжил: – Она всем видом показывает как я ей дорог, но почему тогда предпочла убежать? Кому она позвонила? С кем она хочет быть сейчас, когда ей плохо и необходимо чье–то плечо? Я понял, почему так долго был один, – с грустью заключил он. – Я симпатизировал твоей сестре Кэрри, которая в итоге два раза выходила замуж не за меня… По твоим словам, унизительно таскался за Шанталь, которая в итоге выбрала другого – тебя… – Харви легонько ткнул Крейга в грудь, указывая кого имеет в виду. – Теперь и Присцилла, которая вроде сама выбрала меня, но сейчас почему–то предпочла кого–то другого…
Крейг тряхнул головой и наигранно фыркнул:
– Да у тебя дар придумывать патовые ситуации! Тебе не бизнесом нужно заниматься, а писать сценарии для фильмов ужасов или драм с душераздирающим финалом! Слушай, дружище, пройди внутрь, а я постараюсь найти Присциллу и вернуть туда, где ей самое место – за нашим столом. Она просто истеричка! – без зазрения совести вновь съязвил он. – Поверь мне, что ты зря накручиваешь себя. Иди, не позволяй Шанталь ждать. В прошлом ты бы не позволил себе такой роскоши.
Харви хмыкнул, представив себе на минуту, что когда–то был ковриком у ног женщины Крейга. Другу он мог довериться, ведь тот знает больше о его жизни, чем он сам, ведь еще недавно находился в клинике со сложным названием диагноза после сотрясения головного мозга… а по окончании лечения выписан с одним из разновидностей амнезии…
– Хорошо, – согласился Харви и стиснул челюсть, ведь таким бессильным он, кажется, еще себя не чувствовал. Хотя нет… Что–то внутри скребло, будто терзания – его обычное дело.
Крейг сразу же побежал в сторону аллеи и скрылся в темноте. Харви отключился. Он совершенно забыл, что в ресторане его ждет женщина, в которую он еще недавно был безумно влюблен, и направился вслед за другом. На удивление мужчины не пришлось идти далеко. Присцилла стояла у кипариса и будто ожидала Крейга, потому что совершенно не удивилась его появлению. Харви не слышал слов, но картину можно было интерпретировать лишь в серых красках.
Крейг сказал ей пару фраз. Поначалу мягкость в тоне друга улавливалась, но девушка отреагировала странно. Она стала ругаться и кричать, а Крейг продолжал приближаться, что–то не менее бурно доказывая. Высказавшись до конца, Присцилла резко развернулась и пошла прочь. Крейг не дал ей уйти, схватив на руку выше локтя и развернув к себе. Девушка на мгновение перестала сопротивляться и неожиданно заплакала. Крейг попытался по–дружески обнять ее, но она не позволила, высвободившись из его рук с бранными словами. Разговор был жаркий и Харви нахмурился: какие тайны хранят они все? Что же происходит вокруг?
Крейг продолжал стоять молча, а Присцилла будто ждала чего–то. И наконец, друг что–то ответил, будто признался в чем–то противозаконном. Его вид стал подавленным и отстраненным. Присцилла же неожиданно успокоилась и покосилась в сторону ресторана. Харви инстинктивно понял, что беседа близится к завершению и ему стоит вернуться в здание. Но что значит этот странный разговор? Было большим безумием додумывать, но червь не зависимо от сознания мужчины начал грызть все ощутимее. Поэтому Харви усомнился в решении не обращаться к неприятному прошлому, а любыми способами узнать, что за всем этим стоит.
Мужчина вернулся в зал ресторана и, приближаясь к столику Шанталь, пытливо смотрел на нее. Девушка была встревожена и не заметила этот колкий взгляд:
– Ты не догнал Присциллу? Где Крейг?
Харви задумался над ответом, ведь без сомнений Шанталь играла в молчанку, подыгрывая всем, и у него зародилось неприятное чувство даже к этой сидящей напротив женщине, которую он видел впервые и которой, по словам друга, он болел, считая в недавнем прошлом лучшей из всех.
– Они в парке, – медленно бросил он, выстраивая свое предложение по словам, которые еще секунду назад не собирался произносить. – Стоят и обнимаются, если не сказать больше…
Реакция Шанталь испугала его, потому что девушка приняла его слова на веру и побледнела. Харви отругал себя и поспешил взять свои слова обратно:
– Прости, – буркнул он, кипя от своего бессилия и душевной боли. Он не понимал: его придают или это простая игра его больного воображения? – Ложь заразна, верно?
Шанталь непонимающе покачала головой со стороны в сторону:
– Что это значит? Почему ты решил поиграть на моих чувствах? Что я тебе такого сделала?
– Верно, я вижу тебя впервые…
– Прежний Харви никогда бы не пошутил так черно! – не сдержалась она, приводя дыхание в порядок. – Для меня все еще отдается болью наша прежняя разлука с Крейгом. Мы вновь обрели друг друга, и я не могу себе представить, что тот ужас может вновь повториться…
Мужчина пристально рассматривал рисунок на тканевой салфетке, не находя сил посмотреть в глаза человеку, которому осознанно сделал больно:
– Если ты так любишь Крейга, то почему другим запрещаешь любить? Понимаешь, на что я намекаю? Еще суток не прошло, а я без страховки окунулся в прежнюю жизнь и ужаснулся происходящему. От меня что–то скрывают; о том, что не договаривают – я вообще молчу! Обманывают, как сейчас пытается это сделать мой названный брат! – с горечью констатировал он. – Но я его знаю с детства, поэтому его старания напрасны. А самое главное, Вы оба явно против наших отношений с Присциллой, хотя она любит меня, что не подлежит сомнению. Мне объяснят, наконец, что происходит и почему ты запрещаешь сестре жить так, как ей хочется? И почему Присцилла с Крейгом на дух друг друга не выносят? Я затеял в этот вечер примирить дорогих мне людей. И что я получил в итоге?
Шанталь претила вся эта ложь, которая нарастала как снежный ком. Одобрит ли ее слова Крейг?
– Кое–что Крейг уже тебе поведал, но это не все, – несмело начала она сжато обрисовывать историю их четырехугольника. – Я тебе понравилась. Мы стали встречаться. У меня были долги, с которыми ты помог, оформив договор займа под залог моего бизнеса. Так как с твоими счетами была какая–то неведомая мне история и свободных средств не было, то ты пошел к Крейгу. Подпись свою поставила Стольман, так как имела все полномочия заключать сделки, и поэтому я не знала, кому именно должна денег, потому как сглупила – не потрудилась внимательно просмотреть бумаги. Запутанная история, но в итоге мы с Крейгом встретились и разобрались с теми давними событиями, которые, как нам казалось, положили конец нашим отношениям. Но узнав, что Крейг готов бороться за меня, ты посчитал его предателем, который решил увести твою женщину…
Шанталь сделала паузу, потому что по–настоящему никогда не считала себя женщиной Харви.
– Продолжай.
Харви не терпелось узнать всю подноготную, которую он может не услышать до конца, ведь где–то в парке двое дорогих ему людей уже окончили разговор и возвращаются в ресторан. В том, что Присцилла вернется, он не сомневался, ведь она любит его.
Стоя не так далеко за кустом кипариса, Харви прочел на лице Крейга смирение и желание пойти на уступки напротив стоящей женщине. Как Присцилла могла добиться такого выражения на лице друга? Просто это не тот человек, который легко сдает свои позиции, оставаясь верен своим убеждениям!