Лучезарное завтра
Шрифт:
Дорогих людей? Когда же Присцилла успела стать ему по–настоящему близким человеком? Наверное, в тот момент, когда он впервые увидел в ее глазах нежность и любовь.
– Вы сильно поссорились с Крейгом, – продолжила Шанталь, на ходу взвешивая все «за» и «против», ведь рассказать всю подноготную имеет право только Присцилла. Поэтому девушка аккуратно в сжатом виде решила намекнуть только о ссоре между друзьями. – Мы решили уплыть с тобой в небольшой круиз на твоей яхте, чтобы разобраться в чувствах, ведь я до последнего сомневалась, продолжая любить… Крейга… Неожиданно – незадолго до этого события – благодаря тебе мы с Крейгом столкнулись нос к носу и выяснили, что в прошлом против нас было много интриг и на самом деле никто никого не предавал… Все эти годы мы существовали, уживаясь с болью и мучаясь сомнениями… что было бы, если бы… Никто не предполагал, что однажды мы с Крейгом встретимся и правда выплывет наружу…
– Что там была за история? – заинтересовался Харви, забыв на минуту о времени, которое у него ограничено до возвращения друга с Присциллой.
– Думаю, у Крейга получится лучше, но… – Шанталь не хотелось вновь погружаться в прошлое, которое на несколько лет сделало из нее зомби, ведь неизбывные мечты о Крейге в то время отнимали любовь к жизни. – Вы с ним поговорили по душам, и ты отошел в сторону…
Вот оно что! Ищите женщину! Но все равно этой информации мало. Хотелось подробностей, но…
– …Я знаю, есть тонкая, тонкая грань, когда от каждого шага зависит жизнь…
Шанталь удивленно подняла бровь, не сразу сообразив, что у Харви бывают лирические моменты, когда он, погруженный в свои мысли, напевает строки из песен любимого певца.
– «Тонкая грань», – пояснил мужчина и неприятно отметил для себя по реакции Шанталь, что она в отличие от Присциллы хорошо знала его страсть к творчеству Маршалла Мэтерса.
– А вот и мы!
Эта сцена напомнила Харви момент просмотра последней минуты фильма, когда очередная серия заканчивается на самом интересном месте. Голос друга был неестественно бодрым. Его подменили? Не напускное ли это?
– Где Вы были? – нетерпеливо обратилась Шанталь к подошедшей паре.
– Милая, твоя сестра слишком вымотана и поэтому склонна все драматизировать! Она расстроилась, потеряв в женском туалете одну из серег, которые, кстати, ты, дружище, ей подарил вместе с предложением руки и сердца!
Вранье Крейга зашкаливало, но ему себя уже было не остановить. Он теперь обязан был делать все возможное, чтобы не расстраивать друга. Ситуация выходила из–под контроля, а Присцилла минутами ранее напомнила ему, что никто не имеет права рисковать здоровьем Харви. Стрессы могут ухудшить его психику, которая и так страдает от потери памяти на недавние события в его жизни.
Друг встал, чтобы посмотреть в глаза Крейгу, который верит, будто продолжает держать ситуацию под контролем. Но Харви не обмануть и поэтому его взгляд неосознанно скользнул мимо. Рядом стояла растерянная Присцилла. Неужели это она еще несколько минут назад отчитывала его крутого товарища? Даже он сам не всегда имел успех в этом предприятии, а тут итоги того жаркого спора не укладываются в голове!
– А я ей помог найти! – с достоинством произнес Крейг, демонстративно похлопав себя по груди.
– В женском туалете? – неуверенно переспросила Шанталь, а Крейг закашлялся.
– Нет, конечно, милая! Я просто помог ей вернуть веру в себя, ведь еще недавно за этим столом она блистала в украшениях, а значит потеряла либо в уборной, либо по дороге туда. Дедукция! Необходимо было всего–то скорее вернуться и поискать! Это не та вещь, из–за которой стоило так сильно расстраиваться, но женщины часто придают большое значение приметам и предметам, а это всего лишь ерунда, которая ничего не стоит без…
Харви напрягся, потому что совершенно не помнил, что было одето из драгоценностей на Присцилле, а Крейг вдруг обратил внимание! Странно…
– Ты за пять минут успел рассмотреть, что было у Присциллы в ушах? – сыпанул Харви, надеясь, что подловит друга на мелочи.
– Да ты посмотри какая прелесть! – воскликнул Крейг и заправил Присцилле ее локон за ухо, чтобы продемонстрировать Харви серьгу. – Это же черные бриллианты! Ты же тогда просто изнасиловал меня поиском адресов лучших ювелиров, чтобы сделать это на заказ! Мне не забыть той нервотрепки!… Что тут произошло?
Шанталь резко глянула на своего мужчину, а тот в долю секунды одним раскаявшимся взглядом попросил прощения, ведь это был его подарок, который он так и не успел подарить ей после ужина.
Все напряглись. Харви хотел задать очередной каверзный вопрос, потому что чувствовал несостыковки в явном вранье друга, как вдруг слова Шанталь заставили его деланно сложить руки и предоставить ей возможность самой ответить.
– Я рассказывала Харви о нас с тобой… О нашем давнем расставании и воссоединении…
– Все? – посерьезнел Крейг, потянув за собой на стул все еще стоящую Присциллу, которая еще больше сникла от заявления сестры.
– Касаемо нас – да, но не смогла толком подробно вспомнить, как сошлись Харви и Присцилла…
– Мне тоже это интересно! – немного нервно воскликнул Крейг, обращаясь к Присцилле. – Мы долго были в ссоре, но теперь все устаканилось и сейчас неплохо было бы восполнить некоторые пробелы… Мы с удовольствием послушаем Вашу историю любви! Шанталь, мы с твоей сестрой восстановили разрушенный нами мост взаимопонимания и обоюдно признали, как сильно были не правы друг перед другом. Теперь между нами мир! Я – очень большая задница, – серьезно произнес мужчина, пристально посмотрев на свояченицу. – Прошу у тебя прощения при всех. Я был не прав. Давайте вернемся к приятному! Так как Вы оказались на первом свидании?
Губы Присциллы дрогнули и глаза повлажнели. Она обернулась к Харви в надежде увидеть на его лице удовлетворение от воцарившегося мира – ведь он отчаянно хотел, чтобы вечер так и закончился. Но Харви запутался в происходящем еще больше, и его лицо не было озарено той же беззаботностью, как в начале вечера, ведь взаимная неприязнь друга и Присциллы не могла улетучиться за мгновенье. Харви на секунду успел смириться с явным враньем Крейга, но почему же и Присцилла заняла ту же позицию? Почему она продолжает этот фарс, ведь перед бегством из ресторана ей без сомнения претила пустая, ничего не значащая, выдуманная болтовня Крейга? Тогда получается, что друг разговором в парке помешал какому–то признанию? На чьей стороне Шанталь? Она же ведь, в конце концов, приняла чью–то сторону? Сторону Крейга? Поэтому у сестер межличностный конфликт? Неужели Присцилла не понимает, что может потерять в одночасье всю его симпатию, если продолжит создавать вокруг него… туманные иллюзии? Из него делают дурака?
Харви постарался сбросить напряжение, залпом выпив стакан минеральной воды. Удивительно, но переключиться на мажорные ноты оказалось легко. Последняя фраза Крейга все же немного снизила тревожность Харви, и он с небольшой долей деланного веселья в голосе остановил товарища:
– Нет уж, дружище! Полегче на поворотах! Эту важную часть моей жизни я вообще не знаю, а ты еще смеешь говорить о неизвестных тебе подробностях?! Прости, но это очень личный, и я сказал бы, интимный момент. Думаю, что тебе придется потерпеть, потому что я считаю принципиальным первым узнать эту историю.