Чтение онлайн

— Два дня, ваша милость. Вам было очень плохо. Я сделала всё, что могла, но вы никак не приходили в себя…

Только сейчас де Триен полностью понял, что произошло.

— Значит, ты меня вылечила? И заботилась всё это время?

Девчушка снова потупилась и опустила плечи, прежде чем кивнуть.

— Да. Простите, ваша милость.

— За что? — поразился барон.

— Я ведь не послушалась приказа, — покаянно произнесла девчушка. — И ещё применила к вам магию, хотя знала, что это может быть опасно.

Де Триен только покачал головой.

— Иди сюда, сядь, — позвал он.

Гвеннет неожиданно покраснела. Бросила на него быстрый пытливый взгляд, но сразу же отвела глаза и уставилась в землю. Странно, раньше он не замечал за ней подобной робости. Помявшись пару мгновений, она всё же приблизилась и несмело примостилась на краешке импровизированного ложа из мха.

— Разве ты сама не понимаешь, в каком я перед тобой долгу? — мягко продолжил он.

Девчушка коротко взглянула на него и снова отвернулась.

— Значит, вы меня не накажете? — недоверчиво уточнила она.

Де Триен не сдержал вздоха.

— Что за хаос творится у тебя в голове, а, малютка Гвен? — ласковое прозвище сорвалось с языка само собой, и барон отметил про себя, что ей и вправду подходит это обращение.

Гвеннет снова приняла сосредоточенный вид, и он поспешил успокоить:

— На это не надо отвечать. Ты всё сделала правильно и заслуживаешь только благодарности. Никогда бы не подумал, что у юной неопытной девушки найдётся столько отваги. Ты молодчина, малютка Гвен, и поверь, я этого не забуду.

Щёки девушки стали ещё ярче. Она счастливо улыбнулась, не скрывая, как рада слышать похвалу.

— Для меня честь быть вам полезной, — негромко ответила она.

Она говорила искренне и явно не собиралась просить награды за свою самоотверженность, даже не считала, что достойна её. Но де Триен уже знал, что теперь обязан о ней позаботиться, иначе сам себя не сможет назвать достойным человеком.

Пора было снова отправляться в путь. И так они потеряли много времени, к тому же барона беспокоило опасение, что нападение может повториться. Пожалуй, лучше было добраться до ближайшего города обходными путями, а там потребовать положенное императорскому советнику сопровождение. Но до этого им всё равно придётся где-то остановиться хотя бы ради того, чтобы пообедать.

Стоило подумать о еде, и сразу, словно услышав его мысли, рядом засуетилась Гвеннет.

— Вы, наверное, голодны, ваша милость? Вам обязательно нужно подкрепиться перед дорогой!

Она протянула ему наполовину пустую флягу с водой и небольшой свёрток, в котором де Триен обнаружил краюху хлеба. Насколько барон помнил, именно такую он на всякий случай взял с собой, не исчезло ни крошки.

— Ты что же, ничего не ела всё это время?

— Я нашла здесь неподалёку растения, у которых съедобные корни, — отозвалась девчушка, и на этот раз в голосе прозвучало довольство собой и даже гордость. — Конечно, вареными они вкуснее, но я всё равно поела.

Де Триен молча разломил хлеб напополам и протянул одну часть девушке. Она покачала головой, намереваясь отказаться, но барон настойчиво вложил кусок ей в руку.

— Ешь.

Несмотря на его тревогу, остальная часть путешествия прошла спокойно. За день они, не показываясь на широких людных тропах, добрались до границы Приморской провинции. Дальше дорога шла по равнине и, убедившись, что Гвеннет хоть и устала, но ещё держится в седле, барон решил продолжить путь даже ночью.

На рассвете они уже въехали в Фесмас, центральный город Восточно-Ачерской провинции. Там де Триен, воспользовавшись правом высокопоставленного лица, взял в сопровождение отряд проверенных солдат. Те должны были проводить их до центра соседней провинции, где можно будет сменить сопровождение. Всего им с Гвеннет предстояло миновать ещё два региона, и в этот раз барон всё же решил воспользоваться экипажем.

В результате всего путешествие растянулось на целую неделю. Ночевать останавливались на постоялых дворах, и де Триен старался выбирать на ужин блюда повкуснее, чтобы побаловать девчушку. Она встречала любое внимание с восторженным удивлением и благодарностью, и скоро барон сам начал получать удовольствие от своей опеки. Давно ему не доводилось видеть такой искренней, бесхитростной радости.

И всё же по мере приближения к столице она всё чаще задумывалась, и не похоже, что мысли были весёлыми.

— Когда мы доберёмся, вы сразу отвезёте меня в Академию? — однажды всё-таки выдала она своё беспокойство.

— Нет, — опроверг он её опасения. — Сначала тебе предстоит кое с кем познакомиться, потом подумаем, как тебя лучше представить. До зачисления останешься моей гостьей.

Барон думал, что это ободрит девчушку. Он не сомневался, что её тягостные раздумья вызваны страхом перед будущим. Это было и немудрено. Одно дело только мечтать о бегстве из дома, и совсем другое — по-настоящему оказаться на пороге новой неведомой жизни. Конечно, тут будет страшно остаться совсем одной. А он хоть и чужой человек, но после пережитых вместе испытаний уже может считаться хорошим знакомым.

Однако девушку не слишком успокоили его слова.

— А потом? — смущаясь, продолжила настаивать она. — Мы больше никогда не увидимся?

— Почему же? Обязательно увидимся, малютка Гвен, — ласково ответил барон. — Думаю, мы часто будем видеться.

Тогда она повеселела. Снова оживилась и принялась выглядывать в окно кареты с прежним любопытством, то и дело поворачиваясь к нему с вопросами или восторженными возгласами. Иногда она спохватывалась и замолкала, наверняка думая, что ведёт себя неприлично или докучает ему, но природная живость раз за разом брала верх.

В Альенд, столицу империи, они прибыли на седьмой день путешествия. Время близилось к вечеру и, отдав распоряжение приготовить для Гвеннет апартаменты в южном, солнечном крыле дома, де Триен направился в свои покои. Нужно было написать несколько писем, и это не терпело отлагательств.

Первым делом он отправил записку графу Лаконте. Барон помнил, что тот рассчитывал на его незамедлительный визит, однако, поразмыслив, решил, что ректору Академии будет интересно самому взглянуть на необычную одарённую. Поэтому он сообщил бывшему наставнику о своём возвращении и пригласил того на ужин.

Потом барон написал главе Тайной службы. В письме он не стал упоминать о покушении, на случай, если то попадёт в чужие руки. Сообщил лишь, что у него возникли требующей личной встречи вопросы, и он просит уделить ему время завтра до полудня.

Только когда с неотложными делами было покончено, барон, убедившись, что время до ужина ещё есть, позволил себе принять ванну и немного отдохнуть с дороги.

Как барон и ожидал, Бернар де Лаконте явился без опоздания.