Чтение онлайн

– Мадам хочет текилу или мартини? – любезно спросил на английском бармен, который выбрал оптимальный язык, видя, что девушка явно не европейка, а также предложив два варианта самых популярных у девушек напитков. Но, как уже и было сказано, Анна не просто девушка. Она исключение.

– Мадам хочет саке, – ответив холодным тоном, не очень оценившим любезность и игривость бармена, которого надо было бы уволить за такое побратимство, ответила Анна, даже не зная, что в паре шагов от неё бровь блондина, который может и оценил девушку, но не спешил с действиями, дёрнулась, выражая крайнее удивление и игривое любопытство.

Он всё также продолжал говорить со своими приближёнными, но всё же часть его внимания уходила за спину к девушке, которая в своих мыслях уже начала паниковать из-за его бездействий.

Она не знала, что сделать или как, чтобы Генрих подошёл к ней и сам познакомился. А мысль о том, что она, может, ему и не понравилась, всё чаще мелькала в её голове, заставляя залпом осушить маленькую чашечку – чоко.

Возможно, ей лучше уйти, чтобы не привлекать именно подозрительного внимания, а встретиться ему на пути в другой раз? Рассуждая именно в этом направлении, Анна кивнула легонько сама себе, словно согласившись со своими мыслями, но вдруг, совершенно неожиданно, почувствовала так вольготно и по-хозяйски приземлившуюся на её оголённое плечо мужскую ладонь.

Повернув голову влево, она увидела отнюдь не ожидаемого блондина, который стоял к ней спиной по правую руку в нескольких шагах. Вместо него был какой-то неизвестный, вообще непонятно откуда взявшийся смазливый брюнет, улыбающийся во все тридцать два и один золотой зуб.

– Что делает такая красивая девушка одна? – с уже знакомой интонацией, которая так и сквозила похотью и желанием, произнес брюнет, смотря на вернувшую в исходное положение лицо блондинку, которую он ещё заметил во время танца. Он не знал, как насчёт оргазма, но невероятную эрекцию он себе обеспечил.

– Руку убрал, – забыв абсолютно про Генриха, с холодом, в котором читалась угроза и злость, ответила коротко, не церемонясь, Анна.

– А милая дама не хочет мне сказать, как её зовут? – не обратив абсолютно никакого внимания на её своеобразный рык, продолжил слепить своей улыбкой парень, скользнув рукой по плечу вниз.

– Я сказала: руку убрал, – повторив во второй раз и целенаправленно одарив его ненавистным взглядом, резанула словом девушка, которая снова была не осведомлена в том, что за ней искоса следит одним глазом блондин, который уже подумывал о вмешательстве.

Он даже прервал рассказ своего приближённого, сделав мысленный шаг вперёд, однако в ту же секунду застыл на месте с широко распахнувшимися от удивления глазами, когда увидел, как эта, на его взгляд, милая и обворожительная девушка резко двинула локтём назад, делая омлет из двух яиц и сосиски.

Согнувшись в три погибели, парень шипел от боли и даже кинул в Анну пару нецензурных слов, за что поплатился ещё одним ударом под дых коленом от девушки.

Только спустив злость на парне и получив удовлетворение от проделанной работы, Анна застыла на месте, даже спиной ощущая внимание не только Генриха, но и его приближённых.

Она совершенно вышла из себя, поэтому и забыла, что нужно хоть как-нибудь себя, да сдерживать. Наверное, сейчас у неё за спиной Генрих смотрит на неё испуганным и отрешённым взглядом, полностью потеряв интерес к женщине-терминатору.

И что же остаётся? Быстро покинуть вечеринку и вернуться к Йо? Жить вместе счастливо, но недолго? Да, наверное, так и надо поступить. Поэтому сойдясь на этой мысли, Анна пометалась взглядом из стороны в сторону и двинулась вперёд, даже не слыша, что сказал блондин, отошедший от шока и расплывшийся в любопытной улыбке.

– Все дела на завтра отменяются, – получив в ответ смиренное «как скажете», Генрих поспешил своим величественным шагом за крайне любопытной девушкой, типаж которой он ещё никогда не встречал.

Пустые, глупые, чересчур озабоченные своей внешностью – всё это он проходил, и всё это было до ужаса скучно. А вот это... Страсть, огонь, воинственность, достоинство и сила – это было что-то, что пленило и заставляло тянуться к этому.

– Мадам, – догнав девушку, лёгким движением остановил Генрих Анну за запястье, а она прежде, чем посмотреть, кто это её остановил, сразу же развернулась с боевым видом и заявила.

– Что? Тебе тоже врезать? – и только договорив это, Асакура поняла, что перед ней снова застыл он приятного и какого-то будоражащего шока Шварц собственной персоной.

– Э... нет, – протянул с улыбкой и постоянно норовящимся наружу смехом парень, вылетавший за грань своего понимания, после каждого слова и действия незнакомки. – Для начала я бы хотел познакомиться.

То, что его не испугал воинственный и горячий характер Анны, заставил её кое о чём задуматься, а в процессе нескольких секунд обдумывания понять одну вещь, сузившую её глаза и гордо вздёрнувшую подбородок.

– Вот ещё, нужно мне с Вами знакомиться, – фыркнув, закатила глаза блондинка, не медля ни секунды, чтобы уйти от парня, который снова встал столбом с часто моргающими от потрясения глазами.

«Чем меньше девушек мы любим, тем больше нравимся мы им» – в случае с Генрихом действовало точно такое же правило, и Анна именно это поняла, удостоверившись в своей догадке, когда парень снова нагнал её буквально через несколько секунд.

Конец Flashback.

И снова вернувшись в действительность, где Анна стала женой Генриха, оба компаньона впервые за год встретились лицом к лицу, озадаченные одной единственной проблемой, вытекающей из статуса жены.

– Сегодня ему явно будет не до меня, – продолжила говорить по теме блондинка, уперев свой взгляд в землю. – Да и я, если что, скажу, что устала после перелёта, – да уж, Дител впервые видел в Анне столько тревоги, которая всё нарастала снежным комом в её сердце. – Но завтра мне не отвертеться.

– Ладно, я что-нибудь придумаю, – чувствуя невероятную тяжесть на веках, выдохнул даузер, мотая головой. – Только вот, – он понимал ещё одну важную вещь, – после сорванного завтра будет послезавтра, послепослезавтра. Сорвать – не проблема, проблема – его не разозлить.

– Дител, мне всё равно кто и как это будет делать, запомни лишь одно, – грозно заявила блондинка, вцепившись в парня стальным взглядом, в котором не было места шуткам или несерьёзности. – Я не буду изменять Йо.

Возможно, кто-то скажет: «Он и так уже думает, что ты ему изменила и даже предала», – однако уровень поцелуев стоит порядком ниже высоких чувств, когда происходит единение двух любящих друг друга людей.

====== 84. Гореть в аду за каждую букву лжи. ======

Это утро стало поистине самым ажиотажным за всё время проведения турнира, и причиной тому послужил один из самых долгожданных боёв турнира. Мало того, что это был последний бой второго этапа, так в нём ещё и участвовала команда с громким и уже внушающим восхищённый страх названием.