Чтение онлайн

Однако то, что произошло дальше, не могло и в страшном сне присниться, ведь такой мощной силы в дрожащих руках, которые со скоростью звука закрыли ему рот, предостерегая его от последнего слова, Рен ещё никогда не ощущал в шатенке. Она уткнулась лбом ему в спину, а её руки закрыли ему рот, даже не намереваясь ослаблять защиту. Тело дрожало, как осиновый лист на порывистом ветру, а слёзы текли по щёкам с громким плачем, практически истерикой, выходя наружу.

Всё его тело от головы до самых кончиков пальцев похолодело и парализовалось, не давая Рену и вздохнуть без боли. В глазах была точно такая же дрожь, как в теле шатенки, а мыслях образовалась пустота: бездонная и тёмная.

– Не надо, – с мольбой и слезами прошептала девушка по причине отсутствия сил. – Умоляю, – дрожь голоса усилилась, а боль во всём теле, которое было носителем её души, неимоверно возросла, – остановись, – писк боли вырвался вместе с этим последним словом, ведь в ту же секунду Юи почувствовала, как её руки накрыла похолодевшая ладонь парня, который, убирая её руку, поцеловал каждый пальчик, скатывающийся по его губам, от чего девушка ещё сильнее заплакала.

– Я люблю тебя, и никогда не возьму свои слова обратно, – чувствуя, как через него проходит холодный ветер, ведь в нём образовалась не просто дыра, а осталась лишь его оболочка, произнёс Тао, полностью наплевав на то, что он раньше боялся, ведь ответ он уже получил досрочно.

Он почувствовал, как она сжала его рубашку на груди, впиваясь через неё ногтями себе в ладони, а также невероятную дрожь в голове, которая всё ещё упиралась ему в спину.

Она хотела кричать от боли, но из открытого рта не вылетало ни звука, хотела лишиться чувств, но из глаз текли рекой слёзы, а ногти так сильно впивались в кожу, что казалось, она сейчас лопнет и окрасит кровью рубашку парня.

Рен стоял, не говоря больше ни слова, он лишь чувствовал, ощущал, испытывал то, что происходило за его спиной. Всё разрушилось, не оставляя камня на камне. И в этот момент было всё и одновременно ничего.

– Ты не можешь... – услышал не голос боли, а саму боль души Рен, который уже не чувствовал абсолютно никакого страха, ведь всё, чего он боялся, свершилось. Он по-прежнему не делал ни единого движения, зная, что он не сможет посмотреть в её глаза, полные не слёз, а крови. Ведь слёзы – это и есть кровь души. Однако услышав то, что произнесла девушка, Тао сдвинул брови и приоткрыл рот прежде, чем его посетила мысль о том, что же сказать.

– Что? – непроизвольно и шёпотом, словно самому себе, произнёс Рен.

– Ты не можешь меня любить, – мотала головой Вэй, всё ещё упираясь в спину парня, в котором вмиг вспыхнуло всё, что возможно и невозможно.

Ураган чувств. Ураган эмоций. Резкий порыв злости заставил парня резко развернуться и жёстко вцепиться в губы девушки своим жарким, агрессивным поцелуем, который был настолько жёсткий и настойчивый, что Юи единственное, что смогла сделать, так это пискнуть и расширить полные слёз глаза от страха.

Всё происходило так быстро, жёстко и порывисто, зачастую сшибая всё на пути, что казалось, что сейчас произойдёт самая большая ошибка в жизни Рена, который будто обезумел, желая доказать и показать, какие чувства давно томились в его сердце, которое ещё никогда и ни для кого не билось так, как для неё.

Но всё же, спустя несколько минут такой страсти, питавшейся не из любви, а гнева и ярости, Тао медленно сбавил обороты и, удерживая шатенку в своём плену, перестал насиловать её уже покрасневшие губы.

– Что мне ещё сделать, чтобы ты мне поверила? – отчаяние. Он был готов молить её о том, чтобы она сейчас придала все свои мысли и просто поверила ему.

Юи так и была прижата к стене, ощущая весь жар воспламенившегося парня, но не решаясь открыть глаз.

Верила. Она верила ему, но дело было не в этом. Абсолютно не в этом. То, что было причиной, которая не давала ей нажать на зелёную кнопку, удерживая постоянно палец на красной, она не могла сказать. Он бы счёл это глупостью, абсолютным абсурдом, но для неё эта причина, которую она усвоила, как урок, была непоколебимым отказом.

Осознавать то, что любимый человек, любит тебя взаимно и правдиво, но знать, что ты должен от него отказаться, это, пожалуй, одна из самых страшных казней души.

– Почему ты молчишь? – сжимая зубы до скрежета и пальцы, покоящиеся на её плечах, терял терпение Тао, не желая выносить этой пытки.

Но что она могла сказать? Только... ложь.

– Я... – не открывая глаз, из-под которых опять потекли слёзы, начала говорить шатенка, – тебя, – она открыла медленно глаза, встретившись с его, которые от услышанного замер в волнительном ожидании, – не люблю.

Кому было больнее, сказать очень трудно. Рену, который ощутил, что его мир раскрошился и распался на атомы? Или же Юи, которая солгала и тем самым причинила боль не только дорогому и любимому человеку, но и самой себе?

– Для меня... – проглотив неприятный ком в горле, продолжила через силу Вэй, чувствуя, как Тао ослабил медленно хватку, и видя, как он начал отворачиваться от неё, смотря в пустоту своих мыслей мёртвым, растоптанным взглядом, – ты всегда останешься только другом, потому что...

– Хватит, – холодным, но не грозным голосом, прервал её Рен, прикрыв глаза. Он не хотел и не желал этого больше слушать, а посему уйти от реальности было, пожалуй, самым правильным решением, нежели наделать много глупостей.

Он ушёл, не говоря ни слова. Она плакала, не издавая ни звука.

Эта погода, которая буквально каждые пять минут меняет настроение, сегодня решила остепениться и остановить свой выбор на угрюмости и серых тучах.

Пожалев о том, что она не взяла зонт, молодая темноволосая девушка, которая имела серые, как и эти тучи, глаза, решила, что не стоит возвращаться в коттедж, в котором она на время турнира проживала, тем более что она уже подходила к стадиону.

Зачем она идёт, было без вопросов понятно. Сегодня пройдёт бой того, кто был и всегда будет ей дороже жизни, даже несмотря на то, что между ними всё кончено, как неоднократно повторял малахитовый парень.

Пускай, не подпускает к себе, но она может и хочет наблюдать за ним издалека, чтобы знать, что у него всё хорошо, и видеть, как он светится от счастья, которое ему доставляет теперь другая.

Мазохизм? Возможно, но с течением времени Сара начала понимать, что лишь один взгляд на него даёт ей силы для жизни дальше, пускай даже этот взгляд будет каждый раз отзываться страданием.

Внутри уже было шумновато, а значит, скоро всё должно было начаться, поэтому, уловив эту мысль, девушка похлопала ресницами и уже хотела побежать вперёд, чтобы поспеть вовремя, однако в ту же секунду почувствовала, как кто-то схватил её сзади и закрыл рот и нос какой-то тряпкой, которая ужасно пахла и мгновенно отправила её в сон грядущий.

– Дител сказал, чтобы мы не применяли силу, – почёсывая щёку указательным пальцем и подойдя к обмякшей девушке на руках товарища-Патча, с опасением взглянул в будущее парень с афрокосичками и в белом плаще, который носили все члены совета.