Чтение онлайн

– Да так, – возведя смеющийся взгляд в небо, сначала решил отмахнуться от вопроса парень, в очередной раз заставляя девушку увидеть его истинные чувства, не прячущиеся за аристократскими принципами. А вот Вольфа эта перемена в хозяине не обрадовала, так как он сразу же напрягся и, не привлекая внимания, стал аккуратно одним лишь взглядом осматривать людей, чтобы они не заметили этого в Шварце. – Странная компания, – снова произнёс Генрих, взглядом следя за тем, что творится на арене. Асакура подбежал не к своей девушке, которой он обзавёлся благодаря всеобщему мнению трибун, а к сидящему на коленях северянину, который утирал кровь с губ. Потом взгляд Шварца перешёл на Рена, сначала проверившего пульс побеждённой шатенки, а потом взявшего её на руки, отказавшись от помощи медиков. – Один с ней встречается, другой сражается, а третий морду бьёт, – снова заулыбался Генрих, разговаривая, судя по всему, с самим собой, но из-за этого не менее поражаясь тому, что же эта за девушка такая, которая является всеобщим достоянием в этой компании. Но то были ещё цветочки.

Когда Шварц увидел то, как Тао направился с шатенкой на руках к выходу, а на его пути встретились златовласая красавица, байкер и человек, от которого у графа сцепились крепко зубы, то тут уж его удивлению не было границ.

Глаза Генриха распахнулись больше от смеха, чем от удивления, когда он увидел то, как Тао что-то грозно рявкнул на малахитового принца, пытавшегося забрать у него шатенку. Они несколько секунд испепеляли друг друга ненавистными взглядами, практически не слыша то, как их одёргивает Рио, чтобы они не устраивали здесь балаган, и, к удивлению Шварца, которое выразилось в дёрнувшейся брови, в этой битве взглядов победил Тао, которого Дител пропустил, так позорно проиграв его натиску.

Всё встало на свои места. Анна, наконец-то, смогла откинуть всё это давление массы и нелепых слухов и понять то, что именно эта незнакомая ей шатенка, проигравшая бой, является нынешней девушкой Дитела, а никак не Йо. С плеч даже упал какой-то груз, который она сама на себя водрузила, поддавшись сплетням тех, кого она больше всего не любила – глупых девушек. Скорее всего, она просто перенервничала, поддалась тому, о чём и сама боялась думать. Но стоило ей лишь всё осознать и придти в себя, как тут же на смену ревности пришло беспокойство о том, что Шварц не просто так пристально следил за всей компанией.

– Генрих? – аккуратно посмотрела на мужа блондинка, видя то, как в его глазах играет что-то странное и неизвестное. Однако парень тут же заморгал, вернув на лицо маску безразличного величия, и резко встал со своего места, гордо вытянув шею и сказав:

– Отличный бой, но пора бы уже и домой вернуться, – после этих слов он, как всегда, развернулся лицом к своим приближённым, взмахнув чёрным шлейфом, словно чёрная птица, и сказал холодным и безразличным голосом: – Идёмте.

Рассказать о том, что случилось после боя между Треем и Юи, было очень непросто, хотя бы по той причине, что нельзя кого-то выделить, а кого-то оставить на затворках истории.

Каждый из героев не мог так просто отпустить то, что произошло на арене, хоть все сейчас и находились порознь друг от друга.

Начать, пожалуй, следует с той, чьё сердце буквально разрывалось от стоящего перед ней выбора. С одной стороны златовласки была её подруга, которая грезила достаточно долгое время в стране снов, а с другой стороны – муж, который вот уже несколько часов не говорил ни слова. Он лишь смотрел в окно своей комнаты, о чём-то напряжённо думая, хотя, скорее всего, просто мысленно коря себя за всё, что он сделал.

Как ни странно, но тот, кого вообще не должно было быть с шатенкой, опираясь на то, что у него постоянно какие-то дела с Патчами, сейчас сидел возле футона Юи, задумчиво водя указательным пальцем по своей нижней губе.

Если бы сейчас в комнате Вэй был хоть кто-нибудь из привычного окружения Дитела, то они бы тут же заметили в нём странные метаморфозы. Смотря то в окно, туда, где на другом конце деревни были спонсорские дома, Лайсерг возвращался взглядом к шатенке, на лице которой было сейчас столько ссадин, что казалось, она пахала носом землю.

Он смотрел, вглядывался, пытался хоть что-нибудь в ней найти, но с каждой секундой его голова сама начала покачиваться из стороны в сторону, а с губ слетело такое беззвучное, но чётко очерченное на его устах «прости».

Резко став со складного стула, детектив подошёл ближе к окну и вгляделся в возвышавшиеся западные холмы деревни, на которых стоял коттедж той, которую для него никто и никогда не заменит.

Каждый вздох без неё, каждая мысль о том, что он и правда может ей изменить, даже если это было для её же блага, отзывались в груди даузера такой пыткой, что казалось, сейчас небеса разверзнутся громом и молнией от переизбытка его разрушительной силы чувств.

Если он сам отпустит шатенку, если он поступит так, как говорит ему сердце, сможет ли он не потерять контроль над собой? Обязательства – это сильная вещь, которая позволяет человеку держать себя под контролем, но вот свобода бессильна перед сердцем, взывающим к безрассудству и риску. Так что же выбрать?

Над данным вопросом, но только в несколько другой сфере задался ещё один человек, который сейчас тоже, к удивлению, находился в одиночестве своей комнаты. Ещё никогда байкеру не было так скверно от мысли о турнире. В какой-то степени он начал презирать его за то, какая это жестокая игра. Но с другой стороны, Рио понимал, что эта несправедливость относится лишь к дружбе, которой, по сути, не должно было быть в таком месте.

Здесь каждый друг другу должен смотреть в спину косым взглядом, постоянно остерегаться не только за своё здоровье, но и жизнь. И именно за это Умемия и возненавидел этот турнир, который просто не оставлял шаманам другого выбора, кроме как стать диким зверьём, борющимся за добычу и плюющим на все святые чувства.

Ну что ж, пока кто-то думал о смысле и роли в турнире, кто-то (а именно двое лучших друзей) решился на такое, чего никто не мог ожидать. Йо и Рен пропали из виду друзей, как только Тао донёс подругу до постели и убедился в том, что она спит под присмотром Лайсерга. Да-да, сейчас дело, которое предстояло сделать Рену, имело место уступкам, даже таким большим, как оставить Дитела наедине с Вэй.

Что же это за неотложное дело, из-за которого Тао буквально за шкирку поволок за собой Асакуру, даже Йо не знал до последнего момента. Однако, видимо, затея Рена была чрезвычайна важной и серьёзной, раз они пропали не на час, не на два, а на целых четыре часа и вернулись лишь тогда, когда стрелки часов стремились к пяти вечера.

– До сих пор не верю в то, что я позволил себя уговорить, – вбежав по порожкам подъезда вслед за другом, мотал поражённо на самого себя головой Асакура, придёржав дверь и пропустив в общежитие гордо державшегося Тао.

– Мне больше не верится то, что мы Патчей уломали, – обведя полукруг глазами, вспомнился самый ужасный момент Рену, который тут же принялся растирать затёкшую от напряжения шею.

– И как ты об этом скажешь Юи и, в особенности, Трею? – подняв указательный палец при упоминании северянина, нагнал в коридоре своего друга Йо, тут же увидев, как тот подавился смешинкой.

– Я? – вытянув удивлённое лицо овалом, поперхнулся Тао. – Это теперь не моя забота, всё, что требовалась от меня, я сделал, – видя такое редкостное гадство со стороны Тао, у Йо аж губы вытянулись трубочкой от возмущения и цыканья.