Лучшие друзья
Шрифт:
Услышав эту сталь в голосе, Вальдемар посмотрел прямым взглядом в глаза медиума, будто спрашивая о том, ему ли предназначался этот приказ, но, увидев всю ту ненависть и силу, исходящую от девушки в его адрес, он понял, что не ошибся. Ему оставалось лишь устало прикрыть на секунду глаза и тяжело выдохнуть, видимо, снова набираясь терпения перед очередными нападками, а то, что они последуют, он был уверен на сто процентов.
И вот дверь зала наконец-то, закрылась, оставляя внутри двух мужчин и одну бесстрашную девушку, которая, похоже, совершенно лишилась контроля и снова стала той, кем она является в действительности.
– Генрих, ты должен мне сейчас поверить, – отдавшись чистой импровизации, так как плана о донесении на Вальдемара у неё не было, начала с вводной части Анна. Она была настолько в себе уверена, что упустила из виду то, чего ей не следовало никогда забывать, – то, кто перед ней.
– Во-первых, – прозвучал голос Шварца с такой внутренней силой, что Анна в тот же миг почувствовала словесную пощёчину, выбившую из неё всю уверенность, – какое право ты имеешь так врываться и отдавать приказы? – его голос не срывался на крик, но был очень жёстким и подавляющим. Он стоял во главе стола, так и не поднимая взгляда от резкой столешницы, и уже после первого упрёка девушка поняла, что перешагнула черту дозволенного и вышла из своей роли. – А во-вторых, – на сей раз голос был намного мягче и спокойнее, из-за чего Анна подняла на мужа осторожный взгляд и увидела то, что он в ту же секунду изменился в лице, – я надеюсь, у тебя уважительная причина, чтобы так поступать? – последовала короткая пауза. – Я слушаю тебя, – было такое ощущение, что Шварц произнёс первый упрёк для того, чтобы показать, кто здесь главный, и чтобы его жена тоже вспомнила об этом. Однако второе замечание носило более реабилитационный характер, тем самым показывая, насколько он её любит, что готов простить ей все вольности.
Необходимо было взять себя в руки и вернуться в роль послушной жены. Нужно было срочно затолкать свои истинные эмоции и выдать всю информацию с предельной аккуратностью. Однако это было очень непросто для такой девушки, как Анна, которая не привыкла склонять голову и идти на поводу чужих желаний.
– Дело касается сегодняшнего нападения на нас якобы Лайсерга... Дитела, – в последний момент не забыв произнести фамилию, начала с главного девушка, параллельно с этим чувствуя, как в ней борются эмоции и разумное мышление, из-за чего всё тело начинало ломать изнутри.
– Якобы? – сначала сдвинув брови на переносице, а потом выгнув одну из них коромыслом, совершенно не понял Генрих значения этого слова.
– Да, якобы, – подтвердила правильность своих слов девушка, ощущавшая, как мрачные стены зала сдавливали её своим холодом, доводившим до озноба. – Это был не он, – сжав кулак, тем самым решившись на очень опасный шаг, с уверенностью выдала эту новость медиум, взглянув прямым взглядом в глаза своего мужа.
Он же, в свою очередь, смог лишь посмотреть на Вальдемара, который в ту же секунду не смог сдержать насмешки над абсолютно абсурдными, на его взгляд, словами.
– Госпожа Анна, трём людям не может показаться одно и тоже, – разведя руки в сторону, Вальдемар сделал к ней шаг навстречу. – И вы, и я, и господин Шварц видели именно его, разве не так? – заряженный противостоянием вокруг воздух стал ещё более холодным, несмотря на то, что обстановка накалялась, а Генрих уже начал потихоньку выпадать из этой «беседы» вечных соперников. Ни Анна, ни Вальдемар уже не замечали Шварца, так и стоявшего позади них, потому как Вольф прекрасно понимал, для чего девушка попросила его остаться.
– Ты забываешь одну вещь, – самоуверенно смотря на оппонента, дёрнула бровями блондинка, тем самым будто заявляя о своей опасности для него. – Мы находимся не в мире людей. Среди нас одни шаманы, – в то время, как на лице девушки начинала проступать кривая и самонадеянная ухмылка, глаза Вольфа стали темнеть от злости, так прекрасно контролируемой им.
– К чему Вы клоните, госпожа Анна? – его выдержка с каждой секундой всё больше и больше приводила в бешенство, кричавшее о том, чтобы он не строил из себя дурака.
– К тому, что неплохо дуришь голову простому человеку, неспособному отличить духа-хамелеона от настоящего шамана, так? – очень открыто намекнула Анна на козни Вольфа в отношении Шварца, однако вот, что удивительно: во всём облике и выражении лица Вальдемара всё равно не произошло ни малейшего изменения. Ни злости, ни растерянности – ничего.
– Это было бы неплохо и с шаманами, вот только был бы такой дух в действительности, – ни раздумывая и не ища себе оправданий, тут же усмехнулся Вольф, сбивая своей надменностью и контратакой девушку с её уверенного настроя. Хоть причастность Вольфа и стала для девушки очевидным фактом, Вальдемар вёл себя так уверенно и стойко, что она невольно начинала сомневаться в себе, особенно после такого прямого взгляда мужчины, говорящего: «Лучше отступись, иначе хуже будет».
– Он есть, и ты об этом прекрасно знаешь, – снова сжав кулаки, тем самым одёрнув себя, подняла гордо подбородок Анна, подбираясь к сути. – Ведь это именно ты подослал духа-хамелеона в облике Лайсерга Дитела, чтобы он...
– Чтобы он, что? – неожиданно резко перебил её своим грубым голосом Вольф, однако в его глазах уже плясали озорные огоньки. Эти беспочвенные нападки лишь забавляли его, потому как он прекрасно знал, что выйдет из этой войны победителем. – Осторожнее, госпожа, Вы можете оказаться в очень неловкой ситуации, обвинив человека в том, чего он не совершал и тем более предотвратил, – гора никогда не склонится перед ветром, вот так и Вольф не склонялся перед буйствами Анны, и даже, наоборот, «по-дружески» старался намекнуть ей на то, чтобы она вела себя аккуратно, тем самым вселяя в девушку неуверенность.
– Ты сделал это специально, я уверена, – решив пропустить мимо ушей его едва ощутимые угрозы, произнесла с некой робостью блондинка, вызвавшая ещё один сдержанный смешок Вальдемара, прикрывшего рот кулаком.
– Вы даже неуверенно произносите слово «уверена», госпожа Анна, – специально воспользовавшись такой игрой слов, с сарказмом подметил Вальдемар, окончательно дошедший своей медленной походкой к медиуму, стоявшему в конце длинного стола. – Позвольте спросить, раз Вы так уверены? – этот вопрос был по большей части риторический, потому что Вольф не стал ждать разрешения. – А у Вас есть доказательства Ваших обвинений?
Ну вот мужчина и использовал самое главное оружие в своей обороне. Он прекрасно знал, что у Анны нет ничего, что бы доказало её теории и обвинения, и теперь, видя её опустившиеся к полу глаза, полные отчаянных поисков и попыток выпутаться из паучьей сети, которую она сама же и сотворила, Вальдемар с нетерпением ждал, что же она ответит.
– У меня есть неоспоримый факт, – наконец-то, найдя выход из ситуации, подняла голову девушка, желающая вцепиться в абсолютно равнодушное и чересчур насмехающееся над ней лицо мужчины. – Нападение произошло тогда, когда Генрих стал сомневаться в своих планах.
– Это обычное явление, госпожа, – замотал головой Вальдемар, на лице которого было разочарование от того, что девушка не смогла придумать ничего более убедительного. – Мы все каждый день сомневаемся.
– Но только не ты, – в очередной раз ощутив прилив уверенности, перебила его девушка, понимающая, как действовать дальше. – Ты-то твёрдо идёшь к своей цели, и я даже не удивлюсь, если выяснится, что... – на секунду Анна застыла от осознания пришедшей в её голову мысли. Она так всё чётко поняла и осознала, что глаза сами начали расширяться от догадки, а рот то и дело пытался ухватить побольше воздуха для очередных громких слов. – Это ты, – глазами всё ещё сопоставляя звенья одной цепочки, не могла поверить в такую жестокость этого мужчины медиум. – Это ты убил...