Чтение онлайн

Вот это да! Похоже пар изо рта идет, ничего себе похолодало! Точно пар от дыхания, только жиденький. Лук набирает набирает полную грудь дыхания, надувает щеки, и ждет, пока воздух в нем согреется... И выдыхает. Вроде бы, есть пар. А ну еще!.. Лук глубок вдыхает раз, и второй... Эксперимент на сей раз завершается естественным путем: Лук заснул.

Утром он проснулся сам, одновременно с Козюренком.

– Семь часов, тридцать пять минут. С учетом убегания "на моих золотых" - тридцать четыре минуты. Таким образом, Лук, что мы сейчас делаем?

– Думаю, завтракаем.

– Гм... Да. Но сначала умываемся, собираемся, проверяем - одну за другой!
– наличие всех единиц личного и государственного имущества. И только потом уже один из нас кипятит чайник на костре, а я проверю вчерашние записи: мало ли что - упущу, не дай бог, ту или иную деталь - придется возвращаться, делать все повторно.

Угу, как же. Недоверчивый Лук подозревает, что Козюренок просто лодырничает, взвалив всю тяжесть разведения костра и заварки чая на его, Луковы, плечи... Что ж, такова судьба всех угнетенных в мире...

Позавтракали. Конечно же, как Лук и ожидал, вернее, заранее знал - ничего Козюренок не забыл, все восемь раз пересчитал и перепроверил, теперь самое томительное: ждать, пока на базе проснутся, вспомнят о них и пришлют машину.

– Мне показалось вчера, что Володя, Владимир Иванович, какие-то указания Маматову давал насчет магазина? Лук, ты не слышал?

– Нет, честно говоря. Если вы имеете в виду насчет бухла - ничего такого я не слышал, а что?

– Да ничего, но если они там пили вчера, то сегодня могут припоздниться.

– Нет, я не слышал. Лев Алексеевич, если у нас пока работы нет, я отлучусь вон туда, где дюны? Просто похожу.

– Какие дюны!? Обычная кучка песка из песочницы. Вот на северо-запад когда заберемся, в самое нутро Кызылкумов, вот там пески. А это чушь одна! Сходи, но только держись в пределах прямой видимости. И уши прочисти заранее: как только услышишь мотор - бегом назад, ждать не будем!

Врет Козюренок, ждать они будут, если вдруг что, но Лук не собирается плутать по пустыне, ему любопытно походить по окрестностям, именно что безо всякого дела, просто так - руки в карманах... Десяти шагов не сделал - заурчал, закашлял горизонт!.. Едут!

Лук загадал про себя, что это будет Искандер. Но приехал Маматов.

ГЛАВА 8

Все жители Земли примерно равны по количеству непрочитанных книг и не просмотренных фильмов. В этом смысле дремучий школяр из Болоньи одиннадцатого века мало чем отличается от прилежного краснодипломника ЛГУ: и тому и другому суждено отколупнуть от Старухи Вечности малые песчинки познания: сколько их там накопится у каждого, да и то лишь на краткий миг бытия? Вечность, подобно пустыне, даже не почувствует ни убытка, ни разницы в бескрайней утробе своей.

По прихоти судьбы и начальников, Искандер и Лук снова рядом, в одной кабине, чему Искандер, похоже, весьма рад, а уж о Луке и говорить нечего: соседство с Володей Маматовым и тупое сонное безделье в кузове его достали почти в равной мере. Задача Лука не просто разговаривать с шофером и, таким образом, отвлекать его от монотонности долгой дороги, чреватой внезапным сном и аварией, он еще должен по сторонам посматривать, в поисках... в поисках... да неизвестно чего, приказы на сей счет не содержат никакой конкретики, просто надобно держать ухо востро. Вот он и держит. А в довесок, грузит Искандера всякими разными историями, по большей части почерпнутыми из прочитанных книг и просмотренных фильмов. Искандер книг не читает, а фильмы предпочитает индийские, или почему-то арабские, если нет индийских, но Искандеру двадцать шесть лет, он уже "кое-что повидал в этой жизни" и уверен, что понимает ее... Короче говоря, им обоим есть что рассказать и послушать, главное, что оба напарника довольны этим общением.

Краснохолмский "караван-сарай" то разбухает до размеров среднего табора, за счет ленинградских и ташкентских командировочных, то вновь разлетается автономными брызгами по намеченным к поиску территориям. Теперь они вновь в окрестностях Самарканда, и Лука злят постоянные и бесплодные обещания "старших" нагрянуть на знаменитый Самаркандский Базар!..

Небось, и нет на свете никакого такого базара, а есть элемент издевательства старожилов над новичком! Глумитесь, сволочи, ага? Ну-ну!..

– Да ладно тебе, Лук, - успокаивает его Искандер, - есть базар, и мы точняк его увидим. Там такие дыни, о-о! Больше на свете нигде таких дынь нет!

– Угу, и ты туда же! А я тебе говорю: нет никакого базара, и Самарканда нет! Все это миражи! Когда зарплата???

– Ага, нет! А где мы ночевали давеча? Ты тогда еще незрелые черешни во дворе обирал!?

– Это было давно, и кроме глиняных сараев во дворе и пьяного Козырева в ресторане "Юлдуз", я ничего дельного так и не увидел.

– Увидишь еще! У тебя, кстати, первая "полевая" зарплата будет - так, нет?

– Вроде бы.

– Отлично: обмоем! С тебя, короче, проставка! Ну, это когда уже в Гушсай на побывку приедем. В Ангрене у меня дома и отметим: водка твоя, все остальное мое, Верка готовит - будьте нате! Но сейчас я тоже без денег сижу, меня самого скоро домой не пустят, Верка скажет: пропиваешь все и на баб тратишь! А я же не виноват, что Ташкент никак ведомости не пришлет! Завтра дадут, Нина Ивановна слышала, как они по телефону ругались. Или, край, послезавтра.

Искандер, как и любой подневольный пролетарий, тоже любит пожаловаться на зажравшееся начальство и нехватку денег, но карманные зузы-музы, как он их называет, у Искандера не переводятся. Дело в том, что он постоянно за баранкой, вне зависимости от того ?- в поле геологи, или на базе: туда-сюда съезди, то привези, это отвези, кому-то что-то передай. Искандер почти ежедневно топит по трассе, а это значит, что всегда можно приработать! Взял пожилого бабая с мешками - на базар подвезти, зачастую даже и крюка давать не надо, вот уже и полтинник, а то и целковый на кармане, в зависимости от ситуации. Другие шоферы и "мануфактурой", "дефицитом" подзаработать не прочь: там купил, например, в богатых магазинах Чермитана, а там перепродал, в том же Ангрене или Ташкенте. Но Искандер, по его собственному признанию, спекулировать не умеет. Говорит, что пробовал несколько раз, да только всегда сам стриженым возвращался, то есть орудовал себе в убыток.

И в этом Лук ему верит... ну, или почти верит, ибо знает, убедился по опыту совместного путешествия, что Искандер не жулик и не жмот. Гораздо труднее было раскрутить Искандера на признание в еще одном виде заработка, по всем статьям "левого", но Луку удалось, ибо Искандер уверен: Лук его никуда не заложит. "Да и вообще - все и везде это проделывают, что - не так, что ли!"?

Лук не согласен категорически, он считает, что - нет, не все и не везде, но... На чужбине всякое бывает, в каждом тереме свои обычаи.

Искандер что делает (и уверяет, что не по доброй воле, дескать, обстоятельства заставляют)?
– Он с государственным бензином "химичит", под грузом тяжелых неизбежных обстоятельств, разумеется, но - в свою пользу, то есть с выгодой. Ничего хорошего в подобном обращении с народным достоянием нет, ибо грузовик, по идее, принадлежит народу и бензин тоже, сие безусловно, да только кто такой Лук, чтобы других жизни учить!? А кроме того, конкретно здесь, насчет бензиновой "химии", он в объяснительно-оправдательных аргументах Искандера не сомневается ни на атом, потому как всему очевидец.