Лунная песнь
Шрифт:
Та, как ужаленная, резко отскочила, сбрасывая ладонь мужчины и лихорадочно улыбаясь. Развернулась, и почти бегом кинулась к бару, едва не сбивая шатающегося бедолагу, бредущего к туалету. Я кинула рассерженный взгляд на охранника, но тот с видом не сильно одаренного ковырял мизинцем в ухе.
— Агнесса, — я поймала девушку за рукав, и она испуганно дернулась, словно не понимая, что перед ней всего лишь я. — Не подходи к тому столу больше, поняла?
— Как же мне тогда…
— Возьму его на себя. За меня не волнуйся.
«И найди себе другую работу, твою ж мать». Этого я так и не решилась сказать вслух, делая в голове заметку, что ещё обязательно переговорю с девушкой по этому поводу. Вот же дурёха-то, а…
Не знаю, что было написано у меня на лице, но явно хотящая возразить Агнесса медленно кивнула, бросив на меня странный взгляд.
Поварёнок, который слышал наш разговор, разлил несколько бокалов пенного и кивнул на нехороший стол.
— Ну что ж, тогда тебе туда. Ты сама особо не боись, если что, Кэнг мигом выкинет всю эту компашку, даже не сомневайся.
Я улыбнулась, и подхватила бокалы. Их было всего четыре, видимо, большая часть этих выпивох решила сразу начать с настоек, поэтому я взяла по две кружки в руки, обойдясь без подноса, и направилась к веселящимся.
На смену официантки они отреагировали бурно.
— Эй, а куда это вы ту девчулечку-то дели, а?.. — Тот худой тип, что пристал ранее к Агнессе, казалось, искренне негодовал. — А мы тут ей уже тепленькое местечко нашли.
Он похлопал по своим острым коленкам.
— Девчулечки больше не будет, — медленно проговорила я, ставя бокалы на стол.
Может, всё и обойдётся?..
— Да и хрен бы с ней, зато вот какое нам тут добро подвалило! — громогласно заявил оплывший товарищ худого, сидевшего слева от меня.
Звучный шлепок обжёг мою ягодицу и зазвенел в ушах. Я неудачно дернулась, обливаясь пивом, и от того мешкая.
Дальнейшее произошло слишком быстро.
Первый лицом тарелку поприветствовал мой обидчик, забулькавший в домашнем грибном супе из шампиньонов. Следующими были те его друзья, которые неразумно попытались подорваться и отомстить за товарища, в итоге валясь на стол, после того, как отхватили по меткому удару в голову.
Остальные члены веселой компании застыли в оцепенении по своим местам, полностью ошарашенные происходящим.
Да, те трое, что сидели за дальним столом и что совершенно неожиданно пришли мне на помощь, явно были не простыми выпивохами.
Человек, лицо которого скрывал капюшон, поглубже окунул моего мерзкого обидчика в бульон и в одно движение вывернул ему руку, отводя под неестественным углом. Безмолвный крик мужчины полностью ушел пузырями в суп.
Худой, что приставал к Анессе, не выдержал подобного зрелища. Он резко встал, но моя танкетка, вонзившаяся ему в солнечное сплетение, заставила храбреца осесть обратно.
Я искренне ликовала, пока тусклый свет ламп неожиданно не скользнул по обнажившемуся мечу незнакомца, макающего любителя домогательств в суп.
Погодите-ка, он что это, собрался отрубить пьянчуге кисть?!…
— Стой! — испуганно завопила я, вцепляясь в руку незнакомца, заодно пачкая его пролитым на свои пальцы пивом.
Двое его приятелей ощутимо дернулись, когда я схватила своего спасителя, не давая совершить задуманное, но остались на своих местах.
Оказавшись так близко, я вдруг натолкнулась на взгляд знакомых синих глаз в глубине капюшона, и абсолютно оцепенела, чувствуя, как от щёк отхлынула кровь.
— Ты… — выдавила я, вмиг лишаясь связно выражать свои мысли.
— Что вы мне здесь, сукины дети, устроили?! — голос Кэнга едва не порвал барабанные перепонки.
Я оглянулась и поняла, что на нас уставились все посетители «Дырени», с интересом ожидая, чем закончится бесплатное шоу. Оценив силы троицы, хвала предкам, никто ещё ввязываться в увеселительную драку благоразумно не стал.
Кэнг, вернувшийся с перерыва, побагровел до опасного оттенка красного, и судя по выражению лица, готов был лично придушить каждого нарушителя порядка.
— Лия, что за херню ты творишь?!
Я вдруг поняла, что до сих пор сжимаю пальцы своего спасителя, в которых был зажат одноручный меч, и что вдвоем мы застыли в весьма странной позе. Со стороны мы смотрелись словно скульптура эмансипированной работницы и кузнеца, которая была возведена в столице, только вместо молота был меч, а вместо потенциальной наковальни — рука несчастного мужчины.
Я отшатнулась, отпуская спасителя, и попыталась хоть что-нибудь сказать в свое оправдание, но дыханье сперло, и я не выдавила ни звука. Меч, который едва не искалечил грубияна, скрылся в ножнах.
Охранник, трусливо притворявшийся мебелью, под взглядом Кэнга попытался изобразить какое-то подобие храбрости на блеклом лице и нерешительно двинулся к нам. Сам Кэнг кивнул поварёнку, и на свет из-под барной стойки вдруг показалась внушительная черная двустволка, которую мрачно принял хозяин заведения.
Дело принимало крайне нехороший поворот.
Один из неизвестных мне, стоящий напротив через стол, поспешно скинул капюшон. Под ним оказался симпатичный молодой человек, незнакомый мне северянин с короткими взъерошенными волосами.
— Примите наши извинения за суматоху, — сказал он приятным баритоном и положил увесистый кошель на стол. — Кое-кто здесь повел себя неподобающе, и нам пришлось вмешаться. Но мы уже уходим.
Вид кошеля мигом остудил гнев Кэнга. Он шумно выдохнул и отставил ружье.
— Тогда, хорошего вечера, господа. Искренне надеюсь больше вас здесь никогда не увидеть.
Он повернул голову ко мне:
— И тебя, Лия, это тоже касается. Я тебя нанял, чтобы ты бухло гостям разносила, а не принимала участие в избиении моих посетителей.
Я опешила от такой несправедливости. Да я же спасла целостность грубияна, который, между прочим, меня по заднице ударил!
Почти утопленный в супе мужчина, которого, наконец, выпустили из хватки, начал громко откашливаться и причитать, нянча дрожащую руку с вывернутым суставом. Троица моих спасителей, пока я стояла и рефлексировала, двинулась к выходу. Секунда размышлений, — и я бросилась за ними.
— Форму, твою мать, верни!.. — прилетело в спину от Кэнга, но сейчас возвращение формы меня беспокоило меньше всего.