Чтение онлайн

Таисия была на год младше Эсме, но порой казалась куда взрослей. Не только внешне, из-за удлиненного лица с острым подбородком, из-за умиротворяющего спокойствия и ума, что светился в глазах. В ней была та же рассудительность старших, которую Эсме наблюдала в лунных жрицах. Каталина, разумеется, не в счет. Та умела лишь говорить повелительным тоном и хлестать голосом, словно розгами – столь же резко и столь же болезненно.

– Ничего не меняется, Тай… Здесь никогда ничего не меняется! Я ведь не могу жить за других, не могу жить чужими воспоминаниями! Мне нужны мои собственные, понимаешь?

Таисия молча смотрела на Эсме своими зелеными глазами. При всей своей рассудительности, она, кажется, не понимала.

В комнате Эсме не сиделось, особенно после разговора с подругой, который только раздосадовал ее. А потому она бродила по гулким залам храма, сквозь высокие, от пола до потолка, окна разглядывая Лунные Сады. Выскользнув из Зала полной Луны, тихая, словно мышь, Эсме направилась в Зал полумесяца.

Каждая фаза Луны имела для жителей Подлунья большое значение, но полнолуние, пожалуй, влияло на жизнь людей сильнее всего. Однако главным символом послушниц Храма Луны был именно полумесяц – новорожденная Луна, что благоволила юным созданиям, только вставшим на путь учения. Каждый закат послушницы проводили за молитвами и воззваниями к Луне, чтобы очистить свой разум и открыть его еще неизведанному.

Один из залов, к ее удивлению, оказался заперт. Висящая на нем табличка гласила «На реставрацию». Эсме подозрительно сощурилась. Лунные Сады и храм в их сердцевине находились в ведении королевского ордена Паттара и существовали на средства самого короля. А значит, жрицы могли позволить себе вызвать камнеплава прямиком из королевского замка. Лучшему из них хватило бы и дня, чтобы отстроить небольшую хижину, а уж отреставрировать одну комнату – и подавно.

Да и что могло случиться с Залом молодой Луны?

Прислушавшись к звукам, что доносились из-за двери, она различила голоса жрицы Анн-Софи и… Каталины. Эсме впервые слышала, чтобы старшая лунная жрица, напоминающая ей рыбину, была настолько взволнованна.

– Я даже слышать об этом ничего не желаю!

Эсме, разумеется, тут же навострила ушки и приникла к двери так близко, как только могла.

– Угроза нашей безопасности и нашему спокойствию не исчезает с рассветом, – увещевала Анн-Софи.

Пусть ее тон и был мягок, все же она единственная из жриц Храма Луны осмеливалась спорить с Каталиной.

– Разве у наших стражей нет когтей и клыков? – вскипела старшая жрица. – А у тех, кому и этого мало, нет оружия?

– Но лунные капли могут даровать всем нам возможности, о которых мы прежде не знали!

«Лунные капли?» – одними губами прошептала Эсме.

Если бы Каталина хотела сохранить этот разговор в тайне, она ни за что бы не поддалась эмоциям и запретила бы Анн-Софи говорить о неведомых лунных каплях даже за закрытыми дверьми (которые, впрочем, оказались не такой уж серьезной преградой). А значит, те не были чем-то секретным. Почему же тогда Эсме никогда не слышала о них?

– Они ведь и нам передали лунные капли не как реликвию, а как возможность защитить себя и наших послушниц – если это, не приведи Луна, однажды потребуется.

– Никто в Храме Луны не будет использовать флиарены в мирских целях, – отчеканила Каталина. – Они – дар нашей богини, сила, сокрытая в божественных слезах. Что, если лунные капли станут игрушкой в чужих руках? Что, если станут оружием?

– Я понимаю ваши опасения, – с тихим вздохом проговорила Анн-Софи. – Зал молодой Луны будет закрыт до тех пор, пока мы не решим, как защитить флиарены.

Разговор стих. Эсме приготовилась бежать, но этого не потребовало. Зал был сквозным. Каталина с Анн-Софи ушли через другую дверь, так с ней и не столкнувшись. Она еще долго стояла, лихорадочно прокручивая в голове услышанное, а по лицу расплывалась восторженная улыбка. Наконец-то.

Чем бы ни были эти загадочные лунные капли или, как называли их жрицы, флиарены… Их появление в Храме Луны означало одно: долгожданные перемены.

Всю следующую ночь Эсме кружила вокруг Зала молодой Луны, как тескера возле блюдечка с молоком. Охранные чары на двери – не такая уж серьезная помеха, ведь Эсме не зря звалась луноплетом. Однако рядом постоянно кто-то был, мешая ей понять, как разрушить замок на двери и проникнуть на запретную территорию. А днем, когда магия исчезала, у зала ставили стражей, притом весьма суровых на вид. Под их неизменно хмурыми взглядами Эсме не рисковала подходить к залу слишком близко, чтобы не показать свой интерес.

Расспрашивать паломников и менестрелей о таинственных флиаренах она пока не решалась. Порой казалось, и у храмовых стен есть уши, и услышанное они на крыльях ветра доносили самой Каталине. И все же, терзаемая любопытством, оставить все как есть Эсме не могла.

Храмовая библиотека была вторым ее излюбленным местом после Лунных Садов, где на ее глазах оживала история, рассказанная чужими устами. А еще – одной из причин оставаться здесь. Во внешнем мире, как это ни прискорбно, за книги надо платить. Эсме никогда этого не понимала. Книги – это крупицы мудрости… Как мудрость может продаваться?

Она запоем читала любые книги, которые только могла отыскать: учебники магии, романы и даже энциклопедии. Жриц удивляла ее любовь к чтению, едва ли не доходящая до одержимости. Шанари подобное несвойственно. Они передавали историю своего народа через устные легенды, сказки и песни. Некоторые шанари, к стыду Эсме, даже не умели читать и писать. Зато умели плести сотни интереснейших историй, которые ей самой приходилось узнавать с книжных страниц.

Открывая новую книгу, Эсме открывала для себя целый мир – новый, загадочный, еще неизведанный. И в этот миг смолкали беспокойные мысли, и притихало неуемное желание куда-то бежать.

Все пространство у стен библиотеки, кроме одного-единственного окна, занимали высокие, до потолка, шкафы, плотно заставленные книгами. Порхающие лестницы, подчиняясь призыву посетителей библиотеки, подносили их к нужному стеллажу. Эсме хихикнула, глядя на взбесившуюся лестницу, которая никак не могла перестать биться о потолок. Уставший зачарователь, который чинил сломанные чары, наградил Эсме мрачным взглядом. Он явно не разделял ее веселье.

К жрице-архивариусу за помощью обращаться она не стала, а потому пришлось долго бродить среди стеллажей в поисках нужных книг. Однако ни в одной из них Эсме не нашла даже упоминания о лунных каплях… или флиаренах. Как так вышло, что о них не знали даже главные мудрецы во вселенной – книги?