Чтение онлайн

Ее запах донесся до него, ее собственный аромат, смешанный с ароматом мыла. От нее пахло чистотой и нежностью… как от женщины.

Его дикая сущность потеряла голову, вцепившись в его внутренности.

Хочу. Хочу женщину.

— Лорд Билл? — обратилась она к нему.

Его мысли хаотично метались туда-сюда. Хочу… такая красивая… стоящая так близко и такая красивая. Хочу женщину.

— Земля вызывает Уильяма.

Она смотрела на него своими прекрасными темными глазами. Все, что ему нужно было сделать — это прикоснуться к ней.

Нет. Неправильно.

Она не давала ему разрешения. Если он прикоснется, то возьмет ее. Брать женщин без разрешения было неправильно.

Уильям отстранился, восстанавливая контроль над собой. Дикий зверь изгибался, рычал и кричал, но он отбрасывал его, загоняя все глубже и глубже внутрь себя. Помнишь хлыст? Да, все помнили хлыст. Все помнили, как их наказывали за то, что они целовались с девушкой без разрешения. Шрамы на спине зудели, напоминая ему об этом. У людей свои правила. Он должен был следовать правилам.

Он был перевертышем. А перевертыш никогда не может быть уверен, что женщина хочет его, пока он не заплатит за нее или пока она сама не скажет об этом. Эта женщина не хотела его. Она не раздевалась, не пыталась сократить расстояние между ними, и инстинкт подсказывал ему, что он не сможет ее купить.

Она была под запретом.

— Моя очередь принимать душ, — сказал он. — Его голос прозвучал ровно. Уильям прошел мимо нее, широко распахнул дверь и заставил себя пройти в ванную, где заперся на засов.

СЕРИЗА сглотнула, прислушиваясь к звуку воды, бьющейся о кафель душевой кабины. Все ее тело гудело от напряжения, как будто она только что пережила битву за свою жизнь.

Выражение полного шока на его лице, когда он смотрел на нее в ошеломленном молчании, было бесценно. Она чуть не рассмеялась. А потом Уильям слетел с катушек. Что-то дикое смотрело на нее его глазами, что-то безумное, жестокое и полное похоти. На секунду ей показалось, что ей придется отбиваться от него, но затем все исчезло, как будто его внутренние ставни захлопнулись.

Она произвела на него впечатление. Она планировала… если он снова назовет ее Королевой бродяг, придушить его. Но она не ожидала… этого.

Она думала, что он может пялиться на нее, а может, и будет флиртовать. Но он разогнался от нуля до шестидесяти за две секунды, как говорили люди в Сломанном. Она никогда раньше не видела, чтобы мужчина так делал.

Она никогда раньше не встречала мужчину, который смотрел бы на нее так. Как будто она была неотразима.

Сериза порылась в сумке, выудила оттуда толстовку и натянула ее. Он заставил себя отступить. Очко в его пользу, но не надо искушать судьбу.

Прилив адреналина внутри нее остыл. Ее окатило теплом, за которым последовала легкая усталость. Кто бы знал… лорд Билл чуть не потерял голову из-за болотной девушки. Она усмехнулась. Королева бродяг, хренак, застала лох, тебя врасплох. «Потерял голову» и даже не стал скрывать этого. Он смотрел на нее так, словно был каким-то маньяком.

Это не должно было иметь значения. Насколько она знала, Уильям мог так смотреть на каждую женщину. Ну, может быть, не совсем так, потому что он каким-то образом сумел дожить до совершеннолетия, не будучи убитым.

И все же это имело значение. Она чувствовала острую, опасную грань во всем, что он делал, и это притягивало ее, как мотылька к пламени. Она мысленно вернулась к драке. Он оттолкнул ее. Это был не слишком сильный толчок, но она едва держалась на ногах и упала, распластавшись на спине. С полминуты она лежала в полубессознательном состоянии, пытаясь подняться, и слушала, как Уильям уводит уродца подальше от нее.

Он сбил ее с ног с наилучшими намерениями, что правда, но она должна была ударить его сильнее. Хорошо, что никто этого не видел, иначе она стала бы посмешищем для всей Трясины. Сериза поморщилась. Она действительно хотела ударить его прямо в челюсть, но удар кого-то в челюсть почти гарантировал боль в руке. Это был один из первых уроков, которым научила ее бабушка: береги свои руки. Они нужны тебе, чтобы держать клинок.

Когда она, наконец, поднялась, это коричневое чудовище было уже почти в пятидесяти ярдах от нее. Он был огромен, закован в броню и вооружен когтями. И Уильям бросился на него с ножом. Она бы сказала, что он сумасшедший или глупый, но к тому времени, когда она добралась туда, уродец истекал кровью от прорезов на руках, как зарезанная свинья. Она чуть не поскользнулась на луже его крови. Еще несколько минут, и Уильям осушил бы его.

Вода в душе прекратилась.

Сериза побежала по коридору, прежде чем Уильям выйдет и поймает ее пристальный взгляд на двери.

Слева находилась кладовая. Она перебирала банки в поисках чего-нибудь мясного.

Сериза была хорошенькой, она знала это. В Трясине всегда учитывалось, кто она и что может сделать. Ее звали Сериза Мар. У нее были Крысы за спиной, и ее меч был знаменит. Ее семья была не простой, и некоторые мужчины имели проблемы с тем, насколько хорошо она управлялась со своим клинком, но все же было достаточно парней, которые старались изо всех сил, чтобы получить шанс быть с ней. Если бы она захотела, то могла бы сделать свой выбор, и она сделала это, на некоторое время, пока не увязла в семейных проблемах с деньгами.

Знать, что вы бедны это одно. Но жить с этим знанием, втирать его себе в лицо снова и снова, быть вынужденной суетиться, строить планы и обманывать, чтобы купить детям новую одежду на зиму или внести залог за родственника — это совсем другое дело. Это истощило ее волю к жизни.

А потом появился Тобиас. Он оказался еще тем фруктом.

Теперь, если мужчина оказывал ей знаки внимания, первый вопрос, который возникал у нее в голове, был: чего он на самом деле хочет? Ему нужна она или деньги ее семьи, то немногое, что от них осталось? Можно ли ему доверять? Насколько сильно он может облажаться, и во что это обойдется семье, если они должны будут решать эту проблему? Мужчины были разными, один слишком много пил, у другого был ребенок от первого брака, и он хотел, чтобы о нем кто-то хорошо заботился. Другой, третий, трахался со всем, что двигалось… Далее шли как на подбор: слишком безрассудный, слишком глупый, слишком агрессивный… Вскоре у нее появилась репутация разборчивой барышни, хоть она не думала, что это так. А даже если и так, она не могла себе этого позволить.

Но Уильям ничего об этом не знал. Он ничего не знал о ней, и ему было наплевать на ее семью. Она произвела на него впечатление и получила честную реакцию.

Сериза вспомнила, как он смотрел на нее, и вздрогнула.

Вопрос в том, что она будет делать, когда он выйдет из душа? Эта мысль заставила ее остановиться. Он должен быть в хорошей физической форме. Он явно силен, как бык… тащить плоскодонку в одиночку через болото не было пикником, а еще он подхватил ее вместе с сумками и побежал, как будто их общий вес ничего для него не значил. Ее воображение попыталось представить Уильяма, выходящего из душа и вытирающегося полотенцем, и она очень быстро захлопнула ментальную дверь от этой мысли. Ничего страшного, если он будет сражен ею. Но у нее были и другие причины для беспокойства.