Чтение онлайн

Боль разрывала его голову, билась в черепе, гнала кровь толчками. И только пульсация стен, пола, воздуха давала силу, чтобы не завыть. Злость вскипела в нём удушливо – говорил же ей, не появляться здесь! Но если бы Тир пришёл один, стены бы не сотрясались от гнева, злобы и обещания. Где-то коридорами уже шла его серебряная девочка, стряхивала с руки презрительно кровь и слушала: “а вдруг он где-то совсем рядом?»

Преподобный прижал бритву к горлу:

– Кто она? Говори! Или до счастливой встречи не доживешь! – слюной брызгал священник, уже спиной чувствуя, что близко, совсем близко подошла смерть.

– Она? Дочь своего отца и своей матери. Отец – Тёмный Властелин Подлунного Мира, а мать – богиня Луны, богиня Волков. Она и шавок твоих богиня. Только они хвосты поджали и упали на колени перед Белым Богом. Все ещё хочешь лично встретиться с нею? – Волк чувствовал, как стремительно опухает щека, лоб, стараясь задержать убегающую кровь.

В камеру ворвался трясущийся прелат:

– Ва-ва-ваше Преосвященство! На нас напали!

– Я знаю, идиот! Девчонка, которую вы упустили, бестолочи! – гаркнул священник, но прелат его не услышал, хоть и жался испуганно к епископу.

– Там столько... Столько… За периметром просто бойня! Охотников не хватает, мы не можем связаться с тренировочной базой, – заикался экзекутор и судорожно хватался за рукав Гавриила. Тот раздражённо ударил по руке прелата.

– Убирайся и сражайся с остальными, трус! – взревел епископ и вытолкнул из камеры священника, который испуганно упирался ногами.

– Ничего, ничего… Справлюсь с обоими, со мной сила Господня, – бормотал он, задумчиво расхаживая из конца в конец крохотной камеры. – Они – всего лишь тёмные твари, им слово Божье страшнее всякого оружия. Это даже хорошо. Какая удача, Волк, что ты мне попался... – довольно расхохотался Преподобный.

Дэро лишь криво ухмыльнулся.

– Слышишь что-нибудь? – Тир настороженно всматривался в серую кишку узкого каменного хода.

Редкие тусклые лампы не разгоняли мрак, а только сильнее нагнетали тьму. Подразумевалось, что чужим здесь делать нечего, а свои и так ходы знают на зубок – им яркий свет и не нужен. Змей шёл слегка согнув спину – потолок был ему низок. Он брезгливо поджимал плечи, чтобы ненароком не прикоснуться шёлком плеча к заплесневелой стене.

– Люди бегут, но не к нам. Они бегут наверх. А здесь, дальше по коридору стоят трое, ждут. Там дверь, потому их почти не слышно, – камень под ногами услужливо подрагивал, донося сквозь свою неподъёмную толщу редкие движения замерших людей.

– И мы пойдём к ним? – Тёмный Властелин искоса полоснул глазами.

– Да. Дэро внизу.

Все чувства в ней обострились, дыхание чужаков за дверью грохотало в ушах не тише беснующейся музыки. На мостовую Кафедрального Собора лилась кровь. Камень губкой впитывал её, напиваясь, стосковавшись за века. Хэлен кожей чувствовала чёрную, смертельную волну зла, что билась в стены Храма, вгрызалась, рвалась внутрь. Кого позвал сюда Тир? Она словно видела корявые, жуткие тени, хлынувшие на пустынную площадь; серебряных неуловимых призраков – высших фэйри, что с презрением и наслаждением убивали ненавистных людей.

– Что происходит наверху? – она приостановилась, чтобы немного успокоиться – сердце забыло, сколько ударов в минуту должно отсчитывать, и грозило разорваться от страха.

– Мои слуги. Все, кто был в пределах досягаемости, атакуют Собор со всех сторон, оттягивая на себя основную массу Охотников и священников. Они не очень-то любят Святую Инквизицию… Белый Бог здорово потеснил их позиции за последние несколько веков. Вот они и оттягиваются сегодня, – весело улыбнулся Тир.

– Ладно. Как мы откроем дверь? – девушка выдохнула, стараясь отогнать тошноту, которая взметнулась при мысли о том, что по её милости сейчас убивают.

Небольшая, плотно сбитая из толстенного дубового бруса, дверь казалась непоколебимой.

– Пф… Не бывает непробиваемых дверей, – юноша щёлкнул переключателем своей странной винтовки, на толстой рукояти загорелось три жёлтых огонька.

Он вскинул ствол и надавил на триггер. Что-то мягко ухнуло и в сторону двери покатился небольшой ком серебристо-белого колючего света.

– Моя разработка. Стабилизированный заряд, – начал было он расхваливать свое изобретение, но увидев абсолютное непонимание в глазах отца и дочери, сбился, – короче сгусток холода в чистом виде.

– Так бы и сказал, – проворчал Змей, и двинулся к двери, которая покрылась густым мехом инея. Он даже не ударил – просто прикоснулся длинным ногтем, и дверь рассыпалась в прах с неприятным визгливым скрипом. Три огромных рыси, взрыкивая громогласно и бархатно, метнулись пятнистыми клубками, сбили Змея с ног. Рёв наполнил узкий коридорчик до краев, грозя размазать непрошеных гостей по стенам. Тир отшатнулся, толкнув Хэлен назад. Она же видела лишь вздёрнутую тонкую руку с жутким маникюром, которую рвала здоровенная кошка, от удовольствия зажмурив жёлтые плошки глаз. Изогнутые клыки впились в плоть. Хэлен сжалась за спиной отца, готовая услышать хруст костей. Чёрная струйка побежала по закушенной руке, спустилась медленно к локтю. Хэлен видела это из-за плеча юноши, что целился в ближайшую к ним рысь, которая рвала и никак не могла справиться с кожаной, изукрашенной каким-то чёрно-сизым металлом, портупеей.

– Не стреляй! Убьёшь всех троих! – вскрикнула и пробилась под рукой.

Чёрная, сумеречная, лунная кровь вскипела внутри, рванулась к другой, которая бежала тягучей струйкой на пол.

Кошки замерли, обернувшись. В жёлтых глазах плавало удивление и радость: “ещё добыча! Ещё!”

И холодок скользнул по коже, кольнул кончики чутких пальцев.

Со стены упал целый пласт камня, обнажив чистую серую изнанку, рассыпался острыми пластинками, с уютным стуком лёг замызганный на пол. Кошки с утробным урчанием в горячих пастях мягко двинулись навстречу. Тир осторожно отошёл подальше назад, освобождая место, но не сводя прицела с пятнистых туш.

Хэлен слышала сквозь грохот музыки, как скрежещут по камню выпущенные когти. Позволь таким прикоснуться к себе – и увидишь собственные кости. Если успеешь.

Рыси не сводили алчных глаз с девушки. Тонкие листочки камня мелко подрагивали в такт, как по линейке размеченному ритму песни.

Damit ihr wisst, wie es ist

In der H"olle zu sein

Так теперь вы узнаете,

Каково это – находиться в аду...

Неровный грязный пол ощетинился острыми гранями каменных осколков. Крохотные – с ноготь на мизинце, и длинные – с мужскую ладонь, пластины взметнулись, каждая находя свою цель. Звери взвыли от внезапной боли, от нападения с неожиданной стороны.

Damit ihr wisst, wie es ist

Nach Erl"osung zu schrein

Теперь и вы знаете, каково это –

Просить об избавлении.

Шарахнувшись, они повалились на пол, извиваясь сильными телами, стараясь ускользнуть от проникающей в плоть смерти.

Хэлен стояла окаменев, чувствуя, как по пальцам горячо потекло. И эта кровь была не чёрной, а обычной, алой, горячей и жидкой, как вода из-под крана на кухне. Разве отличишь, что проливаешь, когда глаза застилает такая ненависть?

Кошки уже не выли, они задыхались и сипели, выплескивая на пол розовую пену, размазывая по стенам и полу клоки шерсти, кровь и предсмертный страх.