Чтение онлайн

Слабый лязг дверного засова заставил Палантида вздрогнуть. Узкая полоска света пролегла через порог, в ней возникла женская фигура. Сначала пленнику пришло в голову, что это его жена. Ведь она была единственной женщиной, чье лицо на миг всплыло в памяти графа. Впрочем, нет. Была еще какая-то дама, чей нежный образ слабо проступал за обликом супруги, но казался таким запретным, что даже касаться его в памяти, не причиняя себе боли, Палантид не мог.

Однако женщина, выскользнувшая в небольшой световой круг с тяжелым зарешеченным фонарем в руках, не была ни той, ни другой, застрявшей в голове капитана дамой. Палантид понял это сразу, как только хорошенько разглядел ее узкое лицо с высокими скулами, тонким хищным носом и уверенной складкой губ. От всего ее облика смутно веяло угрозой.

– Кто вы?
– садясь спросил рыцарь.
– И зачем сюда пришли?

Незнакомка тихо рассмеялась.

– Ты шутишь, Палантид?
– в ее голосе была враждебность и едва скрываемое чувство превосходства.
– К делу. Я пришла...

– Кто вы?
– глухо повторил воин, настороженно глядя на незваную гостью.

Тонкие, словно наведенные углем, брови Зейнаб сошлись к переносице.

– Да ты что? Правда потерял память?
– она недоверчиво покачала головой.
– Брось дурить.

Палантид подумал, что, возможно, ему и не стоит сообщать этой женщине об истинном положении вещей. Рыцарь инстинктивно не верил ей, чувствуя, что она непременно воспользуется его беспамятством в своих целях. Ему пришло в голову, что он больше узнает, если подыграет ей.

– Хорошо, - сказал капитан.
– Зачем вы пришли?

Зейнаб присела на корточки возле Палантида и внимательно заглянула ему в глаза.

– Я твоя королева и госпожа Зейнаб, мать законного властителя Арелата Брана.
– твердо сказала гостья.
– А кто ты сам?

Слова странной посетительницы затронули в душе графа какие-то струны, точно она назвала важный пароль, на который он не мог не ответить. "Арелат. Законный властитель. Бран". С последним именем было не все в порядке. Оно звучало как-то не так...

– Маленького короля Брана, сына великого воина Арвена, погибшего месяц назад.
– тонкие золотые браслеты на руках Зейнаб звякнули.
– Я пришла сюда, чтобы помочь тебе, другу моего покойного мужа, и, надеюсь, что в ответ ты поможешь мне.

Капитан склонил голову.

– Какой помощи ты хочешь, женщина?

Его непочтительный тон покоробил фаррадку.

– В твоем положении ты мог бы быть и повежливее, - усмехнулась она. От меня зависит оставить тебя здесь или выпустить на свободу.

– Если ты пришла сюда с ключом от моих кандалов, значит, я тебе нужен, - парировал рыцарь. Скажи зачем, а уж принимать или не принимать твои условия - мое дело.

– Ты упрямый дурак, Палантид, - вспылила гостья.
– Как и все де Фуа. Вы всегда презирали меня. И даже теперь, когда твоя жизнь в моих руках, ты вместо того, чтоб целовать мне ноги, говоришь об условиях!

"Ага, значит, я ее презирал, - подумал Палантид.
– Интересно, за что? Впрочем предложения целовать ноги уже достаточно".

– Так как на счет условий?
– вслух спросил он.

– Гордец и осел.
– Зейнаб встала и прошлась по подвалу.
– Я сознаю, что мы враги...

"Ах, мы, оказывается, даже враги", - с удовлетворением констатировал рыцарь. Не зря он сразу не поверил этой красивой женщине с таким безжалостным очерком губ.

– Но и у нас могут быть общие интересы, - продолжала она.

– Какие, например?

– Аль-Хазрад, - усмехнулась королева.

"Знать бы еще, кто это".

– Или Астин.

Произнесенное имя всколыхнуло в душе графа целую волну чувств, нежных и горьких одновременно.

– Да, Астин. Твоя сестра. Она тоже исчезла.

"Что значит "тоже"? Кто еще исчез?" Палантид терялся в вопросах, задавать которые не рисковал.

– Ведь это все из-за нее!
– едва сдерживая злобу, прошипела гостья. Она погубила Арвена, величайшего из воинов и владык Арелата! За ней пришел Валантейн! Она открыла путь беотийцам в сердце страны! А как она ненавидела тебя? Ты помнишь?!

"Ненавидела? За что?" Палантиду вдруг сделалось больно. Все, что говорила эта женщина, чьи звенящие браслеты и змеиный шелк платья за несколько минут разговора уже осточертели ему, поднимало в душе рыцаря волну смутных воспоминаний. Они как будто подтверждали ее слова.

– Ведь это ты выдал сестру Арвену, - продолжала Зейнаб.

"Я? Выдал?" Смятение и ужас охватили графа. "Да, кажется... Значит, я предатель?" Так вот почему неясное чувство стыда мучило его с тех пор, как он пришел в себя. Он "выдал" кому-то собственную сестру! "Но она тоже хороша! Призвать в Арелат беотийцев! Кстати, кто такие беотийцы?"

– Все твои драгуны погибли из-за нее!

Палантид вопросительно поднял брови.

– У кого еще в Лотеане было достаточно власти, чтобы послать "горячо любимому брату" и его воинам лучшее королевское вино по случаю будущего обручения короля Арвена и принцессы Орнейской?

– Да у кого угодно, - возразил Палантид.
– Хотя бы и у тебя. Ты ведь называешь себя королевой.

– Я к этому времени потеряла во дворце всякую власть и была заперта на Лебедином острове, - грустно усмехнулась Зейнаб.
– Да ты от меня бы и не принял подарка.

"Логично".

– Клянусь жизнью своего ребенка, - заключила гостья, - вино с опием послала она, и когда вёльфюнги взбунтовались, драгуны не могли оказать сопротивления. Их перебили спящими.

Палантид взялся руками за голову, стараясь не сойти с ума от бешеной скачки воспоминаний. Вот он бежит по городу домой, боясь, что у жены начнутся без него роды... Вот какие-то люди с черными орлами на щитах наступают на него по лестнице, а он отмахивается от них коротким мечом, досадуя, что нет в руках настоящего оружия... Вот его волокут сюда...

Похоже! Господи, как похоже! Несчастье, замешанное на предательстве. Обоюдном предательстве. Но неужели из-за него надо было мстить всему Арелату? Какая подлая жестокая девчонка!

– Убей ее, - выдохнула Зейнаб.
– Найди и убей, как она убила Арвена, твоих драгун и убила бы тебя, если б ты чудом не выжил в этих подвалах! Кто знает, сколько зла может принести Арелату сжигаемая жаждой мести принцесса Орнейская?

"Знаешь, Зейнаб, я не убиваю женщин", - он чуть было не сказал этого вслух, но вовремя спохватился. Зачем разочаровывать даму? Тем более ту, у которой в руках ключи от твоих кандалов.