Чтение онлайн

Я стояла во дворе со шкатулкой и книгой в руках, когда в ворота начали въезжать всадники и кареты попроще-поменьше внушительных наших. С приезжающими мы здоровались, Дамиан меня всем представлял как свою невесту. Многие знали Майри в лицо, все слышали о том, что она ведьма и, мягко говоря, недоумевали. Мужчина под пятьдесят с широким лицом и шрамом через всю щёку – к сожалению, я почти сразу забыла его имя – сказал прямо:

– Друг мой Дами, ты помешался?

Дамиан коснулся моей руки, улыбнулся ободряюще и повернулся к задавшему вопрос и остальным, недоверчиво поглядывающим на меня.

– Можешь лично угостить мою невесту Лорнской водой или даже сыграть ей песню на флейте. Она чиста будто ангел.

– Угу, – ответил тот здоровяк, скривившись.

Его «угу» означало одно – не очень-то эти люди мне верили.

Извинившись, я сказала, что у меня ещё много дел из-за сборов, и оставила их. Дамиан предложил помощь, но я попросила его не беспокоиться.

Мне следовало побыть одной и всё обдумать, а им – дать свободно всё обсудить.

Я подошла к другой карете, где должна была ехать, и кучер Густав – мужчина весьма представительного вида с большими усами – откинул подножку и подал мне руку, чтобы было легче подняться по ступенькам. В длинном платье, из-за которого не видишь ног, такая помощь – дело нелишнее.

– Что-нибудь ещё нужно, госпожа? – спросил он, когда я уселась.

– Нет, ничего. Большое спасибо, Густав. – Я постаралась улыбнуться, но смотрела больше на шкатулку в руках, чем на него. Взгляд так и тянуло вниз, к рухнувшему в пыль настроению.

– Всё будет хорошо, госпожа, – сказал он мягким басом. – Люди поговорят-поговорят, да забудут. Всё у вас сложится хорошо, только время немножко надо. Поглядят на то, какая вы милая, пообвыкнутся. – Он закрыл дверцу кареты до того, как я сообразила, как ему лучше ответить.

Наверное, мне стоит поучиться у Дамиана носить маску невозмутимости на лице. Моя, видно, больше походит на плакат с большой надписью «Я расстроена, пожалейте меня, люди добрые».

– Спасибо вам большое, Густав, – сказала я в пустоту, и мне почему-то стало чуточку легче, но не веселей.

Удивительно, как быстро внешний мир напомнил, почему не стоило выходить из дома Дамиана без особой причины. Для всех я оставалась Майри, ведьмой, убившей нерождённого ребёнка королевской четы. И даже охотники на демонов сомневались в том, что я достойна доверия. Им легче было поверить, что я каким-то образом умудрилась обмануть Дамиана, чем в то, что Лорнский суд справедливо меня оправдал.

Лучше б я пришла в этот мир простушкой. Но леди Майри, фрейлину королевы, приёмную дочь герцога Вирского, неслучившуюся невесту графа Мортона знали все. Её тень всегда будет со мной, волочиться погребальным саваном кровавой славы. И с этим ничего сделать нельзя. Не подойдёшь же к каждому, не объяснишь, да и как это возможно.

Суд людских языков всегда строже к подозреваемым и обвиняемым, чем даже страшный суд.

Её вина – не моя вина, а всё равно горько.

Возле кареты раздалось негромкое тявканье, затем скулёж, а потом нетерпеливый Бренан поднялся на задние лапы и заглянул внутрь через окно. Вид при этом он устроил премилый, умолял меня открыть ему.

Я распахнула дверцу, и он забрался внутрь одним прыжком. Улёгся рядом на сидении и закрыл глаза с таким видом, что это его законное место, и только посмейте его попытаться согнать – не позволит.

– У тебя лапы грязные, – сказала я, а он тихонько рыкнул, не открывая глаз. – Ну ладно, дело твоё. Получишь от Софи нагоняй. Лежи, только платье мне не испачкай.

Бренан молчал, притворялся спящим.

– Тебе они тоже не доверяют?

Он негромко рыкнул и накрыл нос лапой. Кажется, и у него настроение стало не очень.

– Всё будет хорошо, – сказала я и принялась гладить его по мягкой шерсти. – О, а у тебя тут ошейник.

У Бренана настолько густая и длинная шерсть, что прежде я даже не замечала, что он носит ошейник.

К карете подошла Софи, внимательно посмотрела на Бренана, тот – на неё, и, к моему удивлению, строгая хозяйка нарушителю планов ничего не сказала.

– Виконт Дамиан позволил Бренану отправиться с нами, в этой карете? – спросила я, и Софи, заняв место напротив, кивнула.

– Да, он едет с нами. Им в пути нужно обсудить детали будущей охоты, не предназначенные для посторонних ушей.

– Я поняла.

Во дворе стало намного тише, никто больше никуда не ходил, ничего не носил. Загруженные кареты стояли, готовые отправляться в путь. Задержка возникла из-за собравшихся возле той кареты мужчин, среди них находился и Дамиан.

Я разглядывала их – серьёзные люди. Многие в тёмной одежде, в высоких сапогах, в дорожных плащах, один – в чёрной коже. На многих – ремни, портупеи, оружие. Выглядели они стильно и грозно, и правда – то ли охотники на демонов, то ли на дичь покрупнее, то ли банда преступников, планирующая дерзкое ограбление.

Дамиану с ними было хорошо. Он расслабился, забыл обо всех масках, смеялся. Он находился среди своих людей, товарищей и друзей. Им он доверял. А они мне – нет, и это уже моя проблема, разделяющая нас с Дамианом, разводящая в разные стороны.

– Всё будет хорошо, Майя, – сказала Софи. – Они знают вас как леди Майри, теперь им придётся изменить о вас мнение. Будьте терпеливой, и это когда-то случится.

– А разве у меня есть другой выход? – ответила я, рассеянно поглаживая Бренана по загривку. – Я только и могу, что быть собой и ждать, что это оценят.

В открытые ворота въехал ещё один всадник. Он подстёгивал лошадь, и та скакала очень быстро. Не знаю, как называется этот ход – быстрая рысь или даже галоп, – но гравий из-под копыт лошади так и летел. Она остановилась вся мокрая, дрожащая, и один из конюхов принял скакуна, а молодой человек, спрыгнувший на землю, быстро отправился прямиком к собравшимся мужчинам.

Я не слышала, о чём они говорили, но это и так понятно, когда люди обмениваются рукопожатиями, похлопываниями по спине и широкими улыбками. Новоприбывший показался мне весьма симпатичным, радость встретивших его – искренней.

– Кто это? – спросила я у Софи, и та выглянула в окно.

Обычно она лучше держала лицо, но сейчас я легко поняла, что, в отличие от других, новичку она не обрадовалась.

– Я надеялась, что он этого не сделает.

– Не сделает чего?

Софи откинулась на спинку кареты и скрестила руки на груди.

– Майя, постарайтесь не принимать это близко к сердцу.

– М-м?

В дверцу кареты постучали, а затем она отворилась. За ней стоял тот самый молодой человек. Вернее…