Чтение онлайн

Л а р и с а. Он совсем изменился, Олег Тимофеевич. Переживает очень.

Б у р ц е в. Не знаю, не знаю… Теперь суд это скажет. Он ведь тоже из стаи… Коршуна с Ястребом надолго упрячут. Колю из строя выбили.

Л а р и с а. Я была вчера у него. Веселый. Через неделю, говорит, выпишут.

Б у р ц е в. С Потаповым ходила?

Л а р и с а. В палату — одна. Славик внизу ждал.

Б у р ц е в. Зайти побоялся?

Л а р и с а. Стыдно ему… Он, правда, все понял. Против него дело прекратили.

Б у р ц е в. Как — прекратили? Когда?

Л а р и с а. Сегодня. Мы сейчас от следователя. У Славика нет состава преступления. И у Чирка. Они пойдут свидетелями.

Б у р ц е в. Не побоится твой Славик против Коршуна выступить?

Л а р и с а. Нет.

Б у р ц е в. Все-то ты за него знаешь. Сам вот он чем теперь дышит?

Л а р и с а. А вы у него спросите.

Б у р ц е в. Спросил бы… Да он, наверное, райком за версту обходит?

Л а р и с а. Он здесь… В приемной сидит. Боится, что вы его видеть не захотите.

Б у р ц е в. Правильно боится… Зови.

Лариса выходит и возвращается с Потаповым.

Что скажешь, Баклан?

П о т а п о в (вздрогнул, как от удара). Я не Баклан.

Б у р ц е в. А кто?

П о т а п о в. Потапов, Вячеслав.

Б у р ц е в. А если дружки Коршуна и Ястреба окликнут?

П о т а п о в. Не отзовусь.

Б у р ц е в. Поставят в круг, как Петю Глазова?

П о т а п о в. Пусть попробуют.

Б у р ц е в. Ножом пугать станут?

П о т а п о в. Лучше умру.

Б у р ц е в. Посмотрим… Чего ты от меня хочешь, Вячеслав Потапов?

П о т а п о в. Меня в техникуме из комсомола исключили.

Б у р ц е в. Правильно сделали.

Звонит телефон.

(Берет трубку.) Когда?.. Постараюсь быть… Да, Кротов, ты постановление бюро о пленуме получил?.. Что непонятно?.. Мы все справки пишем: сколько на учете, сколько шефов, а шпана Колю Каменева чуть не угробила… Начинать с чего? Обсудить, кто вечером хозяин микрорайона — мы или они. Толково объяснить комсомольцам задачи… Драться будем долго и упорно… Вот именно. Ну, будь. (Кладет трубку.) В техникуме исключили, а что ты от меня ждешь, Потапов?

П о т а п о в. Теперь ваше бюро должно утверждать…

Л а р и с а. Не исключайте его, Олег Тимофеевич. Вы же видите… Он другой… вернее, прежний, как два года назад…

Б у р ц е в. Не такой слабохарактерный?

Л а р и с а (обрадованно). Ну конечно! Как вы все правильно… И он все понял.

Б у р ц е в. Что ты понял, Потапов?.. Не слышу!

П о т а п о в. Не исключайте… Я докажу.

Б у р ц е в. Решать будет бюро… Я поддержу тебя, Потапов… Ради Ларисы.

П е т я (входя). Здравствуйте. Я к вам, Олег Тимофеевич.

Б у р ц е в. Здорово, Петя, рад тебя видеть.

Петя со всеми здоровается за руку.

Л а р и с а. Мы пойдем, Олег Тимофеевич?

Б у р ц е в. Конечно-конечно… Постой минутку. (Подходит, берет руку Ларисы, целует.)

Л а р и с а. Ну что вы… зачем…

Б у р ц е в. Извини за старомодный жест. Спасибо тебе. Смотрю я на многих девчонок. Чересчур компанейские. Косметика, сигареты в длинных пальцах, насчет девичьей гордости никакого понятия. Такие от Коршуна не спасают… Ты ведь не куришь?

Л а р и с а. Нет.

Б у р ц е в. Мотай на ус, Петя, какую девушку искать.

П о т а п о в. До свидания, Олег Тимофеевич.

Б у р ц е в. Будь здоров, Вячеслав. Заходи. А может, Чирка как-нибудь приведешь?

П о т а п о в. Попробую. Он ведь из детдома. Один тут оказался в техникуме. Ну и связался с ними, он добрый.

Б у р ц е в. Ну давай его теперь спасать.

П е т я. Лариса, погоди, тут и тебя касается.

Л а р и с а. Что касается, Петя?

П е т я. Записка вот. Коля Каменев просил передать. (Протягивает записку Бурцеву.)

Б у р ц е в (разворачивает записку). Ты от него сейчас?

П е т я. Прямо из больницы.

Б у р ц е в (читает). «Дорогой шеф! Бандитская рана уже затянулась. Готовь фронт работ. Будем сводить чужую территорию к нулю». Синхронно думаем. (Продолжает читать.) «Ларисе передай, что выставка НТТМ сегодня последний день. Обнимаю. Коля».

П е т я. Выставка у нас в актовом зале.

Л а р и с а (берет под руки Славу и Петю). Пойдемте, мальчики. Роботы, цветомузыка. Это же очень интересно!

П е т я. Погоди-ка. Олег Тимофеевич, мне Коля насчет рейдов сказал, к пленуму вашему… Я знаю места, где компании собираются. Как у Коршуна с Ястребом.

Б у р ц е в. Можешь показать?

П е т я. Могу, если надо.

Б у р ц е в. «Если»… Ты сам-то как думаешь?

П е т я. Пропадают там ребята, время зря теряют.

П о т а п о в. Если возьмете, я бы тоже… в рейд.

Б у р ц е в. Возьмем, Вячеслав. Добровольцы нам всегда нужны. А в таком деле — тем более. Мы должны быть единственными настоящими хозяевами на улицах, в парках и во дворах. И мы станем ими!

АНАТОЛИЙ САВКИН.

ВАЛЕРИЯ ВЕНЦОВА.

ОБОРИМОВ.

НАТАША.

АВСЕНЬЕВ.

НИКОНОВА.

Служебное помещение, разделенное стеной, в которой зияет дыра — след незавершенного ремонта. Заведующая сектором В е н ц о в а сидит за своим рабочим столом в комнате справа. Венцова — молодая, элегантно одета. Вспомнив, что сегодня она не успела дома закончить утренний туалет, подкрашивает ресницы, тихонько напевая, шлифует ногти. В комнату слева, где располагаются сотрудники сектора, входит С а в к и н. Он несколько старше Венцовой. Нетороплив, даже чуточку мешковат, что, между прочим, ощущается и в его одежде. Войдя, он прислушивался: у себя ли Венцова. Понял, что у себя, обрадовался и подмигнул самому себе. Набирает номер телефона, но появляется Н и к о н о в а, ярко одетая женщина лет за тридцать, с пронзительно-острым взглядом.

Н и к о н о в а. Хм… Савкин!

Савкин вздрогнул, обернулся.

Мог бы и поздороваться с женщиной. Почему все, с кем бы я ни повстречалась, превращаются в каменный столб? Можешь хоть что-нибудь выдавить?

Савкин молчит.

Соблюдай, соблюдай автономию. А насчет твоей Венцовой… Доживает она тут последние денечки.

Савкин испускает какой-то нечленораздельный звук.