Чтение онлайн

— Я хочу все знать;

Целитель подобрался, сел очень прямо, посмотрел в глаза своему Господину:

— Ладно. Срок средней беременности ардорки пятнадцать месяцев, креландки же девять. Я не имею понятия чего ожидать от беременности Миры. Если бы я был в Осгилиане, я бы проверил все записи в архиве целителей. Рем, твоя жена очень маленькая и хрупкая, даже для креландцев, это может стать проблемой позже, на поздних сроках и во время родов, — Ричард увлекся, не замечая стремительно бледнеющего Рема, — я думаю…

— Беременность надо прервать! — все ошеломленно посмотрели на вскочившего Владыку, обезумевшего от волнения;

— Рем ты что несешь? — С трудом разжимая губы произнес наконец Лиэм, — это же надежда всего народа, это же будущий Владыка…

— Заткнись! — На них смотрело окаменевшее от отчаяния лицо, белая маска с черными молниями-вьюнами, стремительно прорезывающими его виски, — вы что не понимаете, она может умереть! Она и ребенок! Это слишком опасно! Ричард, надо что то сделать…

— Рем, — начал было Николас;

— Молчать!

— Привет, — все уставились на вошедшую девушку. Она вошла, стройная и легкая, и комната внезапно преобразилась в какой-то островок тепла и радости.

— Мира ты как, почему ты встала? — Креландка пожала плечами, закатила глаза к потолку;

— Я отдохнула, мне уже опять хорошо.

Николас взглянул на нее. Она действительно выглядела лучше. Глаза снова заблестели, губы стали пунцовыми, бледная кожа дышала свежестью.

— Ричард, ты совсем запугал моего мужчину, — она подошла, бледная, но с сияющими глазами, положила руки на плечи Владыке, поцеловала в щеку, дернула его за косу. — Хвостатый, я тебя знаю, ты тут сейчас напридумываешь многого. Помни! Я справлюсь. Я хочу этого ребенка!

— Но Мира, это опасно для тебя! Ты можешь не пережить этой беременности! Это все из-за меня, я погубил тебя!

— Рем, любимый, — проговорила она низким, грудным тоном, заглядывая ему в красные, горящие глаза, поглаживая его черные отметки на висках, на ее лице внезапно отразились степи, дали, луга, моря и вся мудрость мира. — Не говори глупостей. Мы справимся! Правда Ричард?

— Господин, все будет хорошо, не волнуйтесь. Мы будем наблюдать за Госпожой. Она будет под ежедневным контролем. — Мира, улыбаясь легкой, счастливой улыбкой, слушала целителя, ее глаза лучились, — Госпожа, избегайте переживаний, побольше отдыхайте, ведите разумно активный образ жизни, старайтесь чаще улыбаться. Кушайте побольше.

— Мира, это опасно для тебя, — девушка ответила ему сердитым взглядом, в отчаянии закатила глаза:

— Это мой ребенок, если он тебе не нужен, катись Великий Владыка! Выношу, рожу и воспитаю маленького монстрика в гордом одиночестве!

Мира потянулась.

— Я опять голодная. Еда еще осталась?

Мира

Беременность стала настоящим шоком.

Чем больше я думала об этом, тем больше чувствовала себя счастливой. Я готова была взвиться в воздух и взорваться на мелкие кусочки. Во мне бурлило немыслимое количество чувств, мыслей, ощущений, и все они потрескивали, искрились многоцетным фейерверком — У МЕНЯ БУДЕТ РЕБЕНОК — МАЛЕНЬКИЙ ХВОСТАТЫЙ КЛЫКАСТЫЙ МОНСТРИК! Я подумала и оценила свое состояние как абсолютное счастье.

Ричард провел со мной полдня, вливая в меня силу, все мое тело переполнено энергией, я чувствую себя здоровой и очень, очень счастливой. Полежала в кровате, потянулась. Ну и где мой муж? Прислушалась к себе. Чувствую его, недалеко, ну и конечно опять сердится, как всегда. Надо срочно спасать бедных подчиненных, знаю я Рема, готов всех на куски порвать, когда он в легком волнении, а сейчас… Бедняги…Наша связь указывает мне путь к моему мужчине. Чтобы найти его, нужно было лишь довериться чувствам.

Спеша на зов, я пересекла коридор, завернула за угол и подошла к открытой двери. Из кабинета доносились раздраженные мужские голоса. Один из них принадлежал Рему.

— Беременность надо прервать!.. Это слишком опасно! Ричард, надо что то сделать…

Глупый! Неужели он надеется на мое согласие. Я постояла около двери, опираясь на неё и опустив голову, послушала этот бред. Вошла. Потом посмотрела на мужа. Весь мрачный, красноглазый и очень злой. Как же я люблю его! Волнуется, бесится — медленно обошла вокруг стола и положила ему руки па плечи. Как бы я хотела, чтобы все ушли и оставили нас вдвоем. Мы и этот восхитительный стол… Облизнулась, утонула в глазах любимого. Сосредоточившись на ритме его сердца, я посмотрела в его красные глаза и напомнила себе, что вокруг люди, сейчас нельзя залезать на него. Рем уткнулся лицом мне в живот, застонал.

— Мира, это опасно для тебя! — Как бы мне всех выгнать отсюда и воспользоваться своим правом жены.

— Глупый. Мы справимся!

— Я опять голодная. Еда еще осталась?

Николас, как самый проницательный, понял проблему быстрее всех:

— Ладно, совещание заканчиваем, Владыку мы всё равно потеряли, вместо него остался до смерти встревоженный муж. Госпожа, хватай его и выясняй все ваши проблемы. Надо поставить ему мозги на место.

— Рем, а почему все так удивлены, что у нас будет ребенок? Ты же сам говорил когда-то, вечность назад, что дети между нашими расами возможны.

Мы медленно гуляем по прекрасному весеннему лесу. Я только что с неимоверным трудом отстояла свое право на самостоятельное передвижение, пришлось применять грязный шантаж, что убегу сама, под мрачное хмыканье желтоглазого, мол мелкая не убежит Владыка, только прикажите и противная Госпожа будет поймана, связана и доставлена в кровать. На что я громогласно объявила войну ненавистному зануде, обещая призвать на помощь тяжёлую артиллерию в виде Ариэлы, что и было сделано с громкими криками. Я объявила стресс и легкое головокружение и все по вине вот этого, да, да того самого. Ариэла меня горячо поддержала, да, да, он может довести. Это сокрушило оборону желтоглазого, янтарные глаза яростно осмотрели меня, я поняла, война принята. Решающим перевесом в мою сторону было слово Ричарда, что Госпоже нужен свежий воздух и движение.

Я наслаждаюсь относительным одиночеством со своим мужем. Сзади нас на небольшом расстоянии следует отряд охранников, во главе с чрезвычайно хмурым Николасом. Луки и мечи наготове, никакая белка не проскочит.

Мы идем по высокому склону. Лес перед нами поднимается золотисто-зеленой волной, расплеснулся вправо и влево, затопил горизонт и поглотил все;

Рем улыбнулся. тьма под сомкнутыми ресницами вдруг расцвела разноцветными огоньками.

— Видишь ли, Мира, когда то я говорил тебе уже, что у нас, ардорцев, очень редко появляются дети, у моих родителей я родился только через девяносто лет совместной жизни. Мы живем дольше вас, креландцев, но у нас мало детей, поэтому твоя беременность это поистине чудо. Сай рассказывал мне, когда объявили о том, что моя мать ожидает ребенка, весь Ардор праздновал это событие несколько месяцев — первые пятнадцать, потом начали отмечать мое рождение. — Я улыбнулась, представляя это.

— Знаешь, для каждого ардорца ты теперь священна. Не удивляйся, если перед тобой все будут падать на колени. Ну и охранять, и очень беспокоиться о тебе…

— Мне тебя и желтоглазого хватает, — пробурчала я;

Рем остановился, поцеловал меня очень нежно:

— Мира, я очень, очень волнуюсь за тебя. Мне страшно. — Грустно усмехнулся, — я никогда не думал, что любить и обладать любимой так страшно! С тех пор как я тебя встретил я постоянно трясусь от страха. — Помолчал, повздыхал, — Мира, я очень благодарен тебе, что несмотря на опасность, ты оставишь моего ребенка, у меня нет слов чтобы описать как я счастлив! Но молю, будь осторожной, я просто не могу потерять тебя.