Чтение онлайн

— Успокойтесь, моя дорогая, вы с нами. Вы спасены. Мы забрали вас и теперь никому не отдадим.

Пытаюсь дышать глубже, хочется пить — я резко сглотнула, и горло тут же пронзила острая боль. Из глаз брызнули слезы. Я смахнула их и провела языком по пересохшим губам, чувствую, что они растрескались до крови.

— Миледи выпейте, — мужской голос, чувствую стакан у своих губ. Выпила что-то противное и горькое.

— А теперь спите, — голос успокаивает, — помните, вы в безопасности…

Я уплыла в сон.

Проснулась. Тишина. Лежу, вспоминаю. Пикник, нападение, Ариэла, мое первое пробуждение… Рем… Как там мой Рем, он наверное там с ума от волнения сходит! Как он пережил расстояние.

Сконцентрировалась. Как же он далеко! Чувствую его сердце, оно стучит в сумасшедшем ритме, что он там, бегает что-ли? Его сердце встрепенулось, ускорилось — он знает, что я тянусь к нему, что я думаю о нем. Чувствую, волнуется, очень — лежу, пытаюсь дать ему понять, со мной все в порядке, не ранена, ничего не болит, медленно погладила живот — наш ребеночек тоже в порядке…Только голова расскалывается и пульсирует там, где меня ударили, только слабость неимоверная, только очень страшно… Сердце моего мужа не успокаивается, выскакивает из его груди…

Оглянулась. Комната, где стояла моя кровать была выкрашена в светло-зеленый цвет. Окна стояли раскрытые настежь. Стол. Ваза с цветами. Странно, в такие минуты замечаешь все, хотя почему-то думаешь, что от волнения человек теряет способность видеть.

Открылась дверь. Вошел мужчина. Я лежу, внимательно смотрю на него. Это был высокий для креландца, тощий, веснушчатый господин лет сорока пяти, он поморгал красноватыми веками и обратил взгляд бесцветных глаз на меня. Мысли перескакивают, наскакивают друг на друга, что сказать, как представиться.

— Маркиза, мое почтение, — низкий поклон. — Наконец мы вас нашли. Позвольте представиться, лекарь Богран. — «Лекарь! Не маг-целитель! Отлично»

— Где я? — Мой голос дрожит.

— Да, да, конечно, вы растеряны. Вы были без сознания два дня и еще один день мы поили вас снотворным. — «Три дня! Бедный Рем!» — Вы находитесь в городе Мелеборен. Вас узнала баронесса Эмилия Ванж, ваша лучшая подруга. — «О как однако! Лучшая!»

— Я ранена?

— Нет, маркиза, всего-лишь шок, небольшая рана на лбу, нервное истощение. Даже маг-целитель не понадобился. Мы все так рады вашему избавлению! Это чудо! Вы родились под счастливой звездой! — Продолжая говорить, лекарь послушал мое сердце, посмотрел глаза, покрутил голову. Удовлетворенно кивнул. — У вас все просто отлично. Кушайте побольше. Вы такая худенькая. Эти звери морили вас голодом, да? — Не нуждаясь в моих ответах, он продолжал говорить. — Вам подберут одежду, но до завтра не вставать! Нет, нет. Отдыхайте. Я настаиваю!

Вышел. Я осталась одна. Вошла горничная, принесла мне кашу и молоко. Я съела все, и, хотя еда должна было меня оживить, та усталость, которая мертвой хваткой вцепилась в мое тело, стала лишь сильнее. Я лежу на подушках, обессиленная, словно меня ударом сбили с ног. Слушаю сердце своего мужчины. Это моя опора, мой якорь. Дышу в такт его дыханию, чувствую, что он дышит вместе со мной, успокаивается вместе со мной. Я справлюсь, я смогу. Мне есть ради кого, положила руку на живот: «мы вместе, монстрик, я спасу тебя, ради папочки».

Утро. Горничная принесла мне ворох одежды. В мою комнату как вихрь влетела Эмилия Ванж, кажется, говорить она начала еще в коридоре. Я застонала про себя, «ну за что мне такое наказание! Я же так больна.» За пять минут я узнала все, что произошло за почти полтора месяца моего отсутствия, кто с кем переспал, кто приехал, кто уехал. «Подруга» вывалила на меня ворох незнакомых мне имен и сплетен про незнакомых мне людей. Я охала, ахала, переспрашивала, уточняла, смеялась где надо…Мыслями я была далеко. Как мне выбраться отсюда и как вернуться к мужу. В моей голове роилась куча идей так до конца и не сформировавшихся, одна блестящей другой всплывали и тут же разбегались множеством различных идей.

— …Сотни ардорцев… — Мое внимание вернулось к баронессе:

— Что простите?

— Так, говорю я Антуанеточка, что вся тюрьма здесь заполнена сотнями, сотнями ардорцев. Их недавно поймали где-то на востоке. Вы раба то потеряли, вот и сходите туда, присмотрите себе нового. Все наши туда ходят, выбирают.

— Да вы что! — Я заинтересовалась. — А их что в Меронию для церемонии не отправят?

— Нет, душечка, ах, вы же не знаете! — Эмилия всплеснула руками, — сам великий император с огромным войском и магами идет сюда. Пора уже покончить с этими повстанцами. Здесь же, в Ардоре, и проведут церемонию. Сюда, в Мелеборен, вся знать бросилась. Мы теперь на пике популярности! С самой великой победы такого улова не было. Генерал Броган в огромном почете теперь, ордена ожидает. Он провел блистательную операцию, а главное, взял семь носителей камня Жизни! — Баронесса едва не приплясывала от счастья.

— А когда? Когда произойдет это прекрасное событие, — я готова визжать от «восторга», на глазах выступили слезы «счастья».

— По последним новостям, они уже на подходе к Сорве. Ждем.

— А те, кого поймали со мной, — я постаралась, чтобы мой голос не дрожал. — Те женщины-ардорки, вы не слышали, что с ними? — Я запрещала себе думать об Ариэле. Я знала, какая участь ожидает ардорскую женщину в креландском городе. Сколько их там будет пятьдесят, сотня насильников…Это была моя лучшая подруга…

Баронесса поджала губы и покачала головой:

— Нет моя дорогая, хотелось бы ободрить вас, но, к сожалению, я не знаю. Хотя я уверенна, что прямо сейчас они очень, ну очень заняты, убложая солдатню. Помните, вы будите отомщены.

«Мы» еще «поболтали» немного, причем моя роль сводилась к улыбкам и радостному или восхищенному гудению, большего от меня и не требовалось и, к тому же, я ничего большего и не смогла бы выдать. Меня душили слезы. Поскорее бы она ушла! Мне срочно надо поплакать. Бедная моя подруга! Бедный желтоглазый! Этот удручающе нудный разговор, непрекращающаяся трескотня Эмилии — изощренная и совершенно пустая игра слов, показавшаяся мне изощренной пыткой, длился вечно…

Наконец ушла. Принесли еду. Ничего не хочется, но я должна, ради Рема и маленького внутри меня. Я не могу их потерять. К сожалению, еда не только подкрепила тело, но и обострила чувства, и на смену отупению опять пришло отчаяние. Настроение мое, и с самого — то начала неважное, по мере того как я ела, падало все ниже и ниже.

Итак, сюда идет драгоценный папочка. Без сомнения, ему покажут бедную девушку, спасшуюся чудом из ардорского плена. Без сомнения, он увидит вполне крепко обтягивающий мою руку браслет Госпожи. Он поймет, что Рем еще жив. А что будет потом…При первой же моей боли мой муж прибежит сюда.

Ах, как жаль, что я не могу предупредить его. Ну почему эти вередийцы не добавили ментальную функцию в эти ошейники. Как Рем говорил когда-то — вот-вот и мысли мои начнет читать.

Лежу на кровати, задумчиво играю с ножиком для резки фруктов. Надо наверное очень сильно сконцентрироваться и послать ему мысленный приказ: «Сорве, Рем, Сорве, иди и взорви его!» — думаю, транслирую мысли. Чувствую ритм сердца своего раба, ему больно, страшно, он очень ослаб — не ест ничего что ли? Вся напряглась от старания. Голова трещит. Сейчас, сейчас он меня услышит…Все вокруг меня закружилось. Я почувствовала головокружение и тошноту. Дыхание стало коротким и поверхностным. Давай же, давай, услышь меня…